Когда звезды умолкли

Глава 5. Приказ дан

– Стройся! – рявкнула капитан Хиллари и повернулась к лейтенанту военной полиции, стоявшей рядом. – Можете приступать.

– Благодарю, – лейтенант кивнула и бросила строгий взгляд на выстроившиеся ряды девушек десанта. В тренировочном зале, одном из самых больших помещений крейсера, разбившись по отрядам, стоял весь личный состав приписанных к крейсеру десантных частей. Все замерли, практически не шевелясь, вытянув руки по швам и сделав равнение направо, только грудь немного поднималась при дыхании.

И в самом центре зала стояла временно установленная растяжка с высокими, по уровню человеческого роста, креплениями. – Согласно постановлению капитана военной полиции ударного крейсера «Космический вихрь» Первого военного флота Коалиции Объединенных Систем, вынесен приговор рядовому первого класса Свенсон Оллерд за нарушения, совершенные на борту военного корабля в свободное от службы время. За нанесение тяжелых травм служащим военной полиции во время исполнения ими должностных полномочий вынесено наказание в качестве пятидесяти ударов плетью публично. Приговор будет приведен в исполнение на общем собрании всех служащих десанта Коалиции Объединенных Систем. Приговор зачитала лейтенант военной полиции Элизабет Сорн, пятнадцатого августа три тысячи двести пятьдесят второго года Четвертой эпохи по ныне существующему летоисчислению.

– Смирно! – скомандовала капитан, и десантники синхронно топнули по полу, подтянувшись и замерев. – Привести приговор в исполнение!

Две полицейских вывели Свенсон в наручниках, в одной только армейской майке и штанах. Девушка держалась гордо и спокойно, не сопротивляясь и равнодушно следуя к месту исполнения приговора. Она спокойно позволила себя пристегнуть ремнями и не напряглась, даже когда ее растянули между креплениями. Одна из полицейских взяла хлыст из перекрученного кожаного ремня и посмотрела на лейтенанта. Девушка вздохнула и кивнула головой. В следующую секунду раздался звук первого удара.

Порка считалась дисциплинарным наказанием и не заносилась в дело военнослужащего, чтобы в последующем не мешать в гражданской жизни после окончания службы. Армия Коалиции обладала широкими автономиями в государственном строе и внутри собственных структур нередко игнорировала существующие законы и установленные порядки, особенно внутри судебной системы. И существующая в десантных войсках система наказаний имела мало общего с судебными структурами в гражданской жизни.

Пятьдесят ударов считались даже не самым жестоким наказаний из тех, что мягче расстрела. Хотя назначенную сотню ударов, которая вообще была редкость, мог пережить не каждый даже подготовленный человек. Исполнителю следовало бить в полную силу, кожаный хлыст уже через несколько ударов распарывал кожу и рвал мясо на спине, брызгая каплями крови в разные стороны. Даже десантники, привыкшие к жестокости и смертям за время боевых высадок, не всегда выдерживали вид такого наказания. Некоторым проще смотреть, как людей разрывает пулеметными очередями, чем на равномерные удары, постепенно превращающие живое тело в окровавленное мясо. Многие из присутствующих отворачивались, чтобы не видеть подобного, и капитан не торопилась их окрикивать. Ей самой такое зрелище далеко не приятно.  

Свенсон держалась на удивление крепко, сжав зубы и не издав ни единого звука. Хиллари даже не сразу поняла, что девушка крепко зажала челюстями скрученный кусок резины. На ногах она уже не стояла, колени подломились, но натянутые ремни не позволяли ей упасть. Свенсон просто склонила голову, сжав резинку с такой силой, что практически ее прокусила, но так и не издав ни единого звука. Исполнение наказания происходило практически в полной тишине, слышно было только как свистит хлыст, заносимый для нового удара.

После последнего удара полицейская опустила хлыст, тут же бессильно свалившийся на пол. Подошедшие караульные осторожно расстегнули крепления и подхватили девушку под руки прежде, чем та успела свалиться на пол. На спину Свенсон теперь страшно даже взглянуть. Не осталось ни одного целого места, хлыст распорол кожу и мясо до кости, и кровь продолжала сочиться из длинных вытянутых ран. Ее несли с максимальной осторожностью, стараясь не причинять лишних страданий. Свое наказание она уже получила, и теперь ей требовалась помощь. Такое отношение тоже стало правилом, которого строго придерживались в армии. Даже тело расстрелянной за преступления хоронили с теми же почестями, что и всех остальных. Приговор не имел последующей силы, и с человека снимались все обвинения сразу после приведения его в исполнение.

Свенсон должны отправить в медицинский отсек, где её ранами займутся профессиональные врачи, а десантников распустили, разрешив вернуться к своим делам. Анабель, до самого конца не произнесшая ни слова, приказала отряду собраться в казарме.

Такой злой её десантники давно не видели. Она уже успела порядком наорать на них, когда услышала про драку, обложив таким количеством ругательств, что некоторые из них девушки даже услышали впервые. А теперь сержант и вовсе выглядела так, словно собиралась их всех разом сжечь.

– Я надеюсь, что вы довольны устроенным, – говорила она тихо и спокойно, но  голос ее звучал даже еще страшнее, чем удары хлыста. – В этот раз даже превзошли сами себя, устроив подобное. Я и прежде подозревала, что после выпуска мозги у вас потихоньку выветриваются, но даже и подумать не могла, что все происходит настолько быстро!

– Сержант, можно… – начала было Ната, но Анабель смерила её таким взглядом, что десантник снова вытянулась по струнке.