Когда звезды умолкли

Глава 7. Путь во тьму

В воцарившейся тишине громким эхом отдавался любой звук, даже самый незначительный, и тихие шаги стальных подошв армейских бронескафандров тут же разносились по коридорам, снова и снова повторяясь под низкими каменными сводами. Отряд разделился на небольшие группы, чтобы ускорить процесс установки маяков и как можно быстрее закончить задание. По пути десантники, подключив нашлемные и подствольные фонари, осторожно пробирались вперед, в удивлении крутя головами по сторонам.

Вокруг они видели следы цивилизации, прекратившей свое существование еще тогда, когда на Земле первые обезьяны пытались понять, что можно сделать с поднятой палкой. Выложенные старыми монолитными плитами из гранита, уже изъеденные дыханием времени, стены и пол коридора выглядели настолько древними, что девушки боялись их даже просто касаться. И там, под слоем пыли, местами даже расчищенной исследователями, тянулись ряды непонятных символов и иероглифов, складывавшихся в нечитаемые послания давно исчезнувшего народа.

Под ногами глухими звуками отдавался выложенный матовыми плитами пол, засыпанный нанесенным сверху песком. Ветер выл в развалинах где-то гораздо выше, так что сюда долетали только легкие и незаметные порывы откуда-то через местную вентиляцию. Эти случайные звуки, похожие на стенания неизвестных существ, тревожили людей, которым казалось, что враг все еще где-то поблизости.

В этих коридорах постоянно встречались и следы исследовательской экспедиции. Ученые установили тут прожектора и провели временное освещение, протянув кабеля и прямо на полу разместив лампы. От этих трудов практически ничего не осталось: полевые генераторы не работали, то ли отключенные, то ли разломанные, оставшись на верхних уровнях, наполовину засыпанные песком. Единственными источниками света были только солдатские фонари, лизавшие потолки и стены. И пока десантники все глубже проходили в комплекс, встречали все больше следов разоренной экспедиции и бессмысленной жестокости аборигенов, отчаянно крушивших все, что здесь установили ученые. Они не оставили целым ни одного прожектора, перебив на них все лампы, раскурочив переносные генераторы и буквально на клочья разодрав установленные палатки с лабораториями анализа. Ящики с собранными образцами, артефакты угасшей цивилизации, научная аппаратура и стеллажи с записями – все было изломано, разбито и растоптано.

Однако больше всего пугали самые свежие следы. Здесь, перед ними, прошли десятки человек, ступая плотно друг за другом, едва проталкиваясь в узких переходах, не обращая внимания на капавшую кровь и давя упавших. Переломанные и раздавленные тела нескольких аборигенов, по которым не останавливаясь прошли их товарищи, десантники обнаружили по пути.

– И долго нам еще до места? У меня от этого всего мурашки по коже бегают, – протянула Эльза на общем канале. Из-за толстых стен и глубины сигнал связи теперь шел нечетко, часто прерываясь помехами, и трое связистов отряда, подключив свои мобильные радиостанции, пытались сделать все возможное, чтобы сохранить бойцам возможность координировать все свои действия. Только чем ниже они спускались, тем сложнее было сохранять чистоту канала.

– Тебя что-то не устраивает? – судя по голосу, это была Ирен, такая же спокойная и холодная. – Наверху сейчас бой идет, пока мы здесь тихо-мирно шатаемся по старым и грязным коридорам. Только песок и камни… Камни и песок.

– Вот именно! – заявила Эльза возмущенным тоном. – И это напрягает больше всего! Где все? Что мы вообще тут ищем? Тут только какие-то пустые коридоры и дурацкие статуи непонятно кого! У меня от этих морд у самой лицо сводит!

В этом моменте с девушкой спорить сложно. Стоявшие статуи действительно выглядели жутко. С четырьмя руками, тонкими телами на таких же тонких ножках, торчавших из-под мантий, они стояли в нишах стен, скаля жуткие безглазые морды. Словно древний скульптор забыл, как выглядят лица, и прямо над широкими челюстями с кривыми зубами начиналась уродливая мешанина кожаных складок, словно лицо смяли в кулаке, так и оставив. Впечатление производило жуткое.

– Мы предполагаем, что так выглядели строители этого комплекса, – в диалог вмешалась Гарсальез, до этого тихо выслушивавшая солдатскую болтовню. – Их изображения встречаются чаще всего…

– Вот тогда я точно не против, что они все вымерли, – более спокойным голосом сообщила Ната. – Не знаю, кем они были на самом деле, но почему-то есть ощущение, будто такие уроды не могут оказаться добрыми и отзывчивыми существами. Возможно, столкнись мы с ними живыми, пришлось бы стрелять… Так что пусть и дальше гниют в своих могилах, где бы те не находились.

– Болтовня на канале… – сухо отрезала Анабель, и так пребывавшая не в самом хорошем расположении духа. Больше нее об этой операции знали только сама Гарсальез и командование, но и имевшейся информации хватало, чтобы настроение у нее портилось с каждым новым шагом. Не давая продолжить начинавшийся разговор на общем канале, она велела: – Отчет по группам. Доложить положение и ситуацию.

– Первая группа, коридор шесть. Противник не обнаружен. Продолжаем движение, – первый доклад поступил практически сразу же. – Сержант, мы вышли в какие-то залы… Больше всего напоминает массовое захоронение. Тут ряды каменных капсул в нишах до самого потолка. Некоторые открытые, но тел там нет…

– Зал мертвых… – снова вклинилась Гарсальез, не способная промолчать, когда дело касалось ее работы. – Простите. Во всяком случае, мы его так называли. Сержант, мне нужно отправить туда хотя бы трех сотрудников, необходимо взять анализы тел и закончить сканирование надгробных плит. На многих из них есть письмена, с помощью которых мы предполагаем расшифровать их язык.