Колыбель Героев

Глава третья: Так гибнут миры (3.3)

Вот Хранительница Библиотеки, яркий пример. Натэя вдруг увидела то, чего никогда не видела все эти годы за безукоризненной маской строгой ильмариссы. Перед ней сидела немолодая женщина, уставшая держать спину прямо и прятать уязвимую душу в стальной корсет воли. У нее нет детей – кроме тех, которые каждый день наполняют библиотеку - и никогда уже не будет. У Кэ-Райни нет жизни за пределами Северной Башни. Только долг, исполняемый изо дня в день, из года в год. Дежурная – или резервная? – кварта. Пять лет – или больше? Насколько? – в мире за пределами крепости. Возвращение в Колыбель Героев. Вряд ли ей сразу дали место Хранительницы Библиотеки. Наверняка сперва она помогала прежней хозяйке Северной Башни. Стирала пыль с полок, переписывала пришедшие в негодность страницы древних фолиантов. Потом – проводы прежней Хранительницы на покой, передача Щита Фаяла, незримые нити в неловких еще руках.

Но до этого, очень давно, ведь она была ключницей! Почему ей, Натэе, никогда не приходило в голову посмотреть на Кэ-Райни не как на непогрешимую Хранительницу Библиотеки, а на ключницу давно уже отпущенной на вольные хлеба кварты?

Натэя очень ясно представила себя, идущую путем Кэ-Райни, след в след. Она вполне могла бы, если бы захотела, попроситься к Хранительнице в помощницы. Вряд ли наставники отказали бы. Жить среди книг, день за днем, и дни были бы похожи один на другой, и каждое утро солнечные лучи освещали бы витраж Первой Ключницы. Как сегодня.

Натэя знала, что не останется.

«Предательница, - казалось, нахмурилась Первая. – Уходишь? Ты клялась защищать эту землю от вторжения. А теперь бросаешь свой долг?»

«Как оказалось, защитников тоже нужно защищать, - мысленно возразила Ключнице Натэя. – Пока они стоят грудью на рубежах родного мира, кто-то замышляет кровавые ритуалы».

- Вы только что потеряли щитовика. Я понимаю ваши чувства.

Натэя вздрогнула, возвращаясь к реальности и понимая, что совершенно потеряла нить разговора. Но с Кэ-Райни и без ключницы было кому побеседовать.

- Уважаемая, вот только не нужно этих душещипательных бесед. Все как один в этой крепости понимают наши чувства и готовы о них поговорить. Только вот почему-то нас никто не спросил, хотим ли мы вообще разговоров. А может, мы хотим поубивать всех, кто тычет любопытным пальцем в открытую рану? Такого никто не ожидает, правда?

- Пожалуй, беседы и правда не получится, - развел руками Эштерил, неловко ерзая на скамье. Уши перехватчика были пунцовыми. – Но мы… эээ… очень благодарны за протянутую руку помощи.

- Когда я говорю, что понимаю ваши чувства, то не хочу вас вызвать на разговор по душам за чашкой успокоительного настоя. Я констатирую факт. Мне довелось в свое время пережить подобное. Но тогда погибли трое. Я одна из всей кварты осталась жить после того Прорыва. Дежурная кварта полегла вся, мы были в первом резерве. Я не видела ничего, кроме света звезд под ногами, я пыталась танцевать быстрее, но от этого только оступалась. И начинала заново. А они сражались. Помню два укола в сердце, один за другим. Перехватчики. Сначала Орха, потом Фартан. Мне оставалось еще три шага.

Мир перед глазами Натэи задрожал и поплыл.

- Знают ли перехватчики, как долго тянется для нас время там, под куполом лиар’т’хассэ, в плену звёздной магии прославленной Колыбели? Перехватчики могут убить полсотни хорношей, а мы, ключницы, успеем сделать только один шаг. Я не успела. Оставался всего шаг, когда сердце снова замерло в когтях боли. Треллес. Держал щит до последнего, и когда хорноши зашли с тыла, попытался его перестроить. Не смог, отвлекся, не удержал – кто теперь узнает? Я только почувствовала изменение в потоках вокруг, а потом – всё.

Натэя обнаружила, что намертво вцепилась пальцами в край столешницы – чувствует ли это Хранительница с ее Щитом Фаяла?! – а Эштерил накрыл ее руки своими.

- Нет больше сто сорок первой кварты. Осталась одна ключница Кэр. Достойная всяческих похвал героическая ключница Кэр, на последнем шаге отрезавшая хорношей от их проклятого мира. Верная своему долгу ключница Кэр, которая ругала себя за глупость – и все равно жалела, что созвездие было выбрано верно и ключ подошел. Сколько раз мне, полукровке-сайг, снился один и тот же сон. В нем я ошибалась и выбирала из ста восьми созвездий не то. Не треклятое Колесо, которое я протанцую в любое время дня и ночи, хоть разбуди меня ведром ледяной воды на голову.

Натэя осторожно высвободила одну руку, чтобы вытереть мокрые щеки. Интересно, Эштерил боится, что я впаду в хальгрский ступор? Или…?!

- Я выбираю Клепсидру, или Сеть, или Ожерелье Ллиенар. И мне одновременно обидно – из-за меня они все погибли, и погибли зря! – и легко. Потому что я убираю звездный купол, оскаливаюсь на мерцающий воздух вокруг – ну, кому тут вкусненького? И мне не страшно позволить хорношам высосать мою душу, потому что я ухожу не одна. Ребята, подождите, я сейчас! В последний миг я еще успеваю мысленно пожелать удачи второй резервной кварте. «Отпразднуйте победу в полном составе! У меня это бы уже не получилось, поэтому – ваш выход». Знаете, я просыпаюсь в слезах, но слезах счастливых, потому что в этом сне каждый на своем месте. Я – в чертогах Первой Кварты с Орхой, Фартаном и Треллесом. А та вторая резервная кварта закрыла Прорыв и с чувством хорошо выполненного долга наслаждается триумфом.