Колыбель Героев

Глава пятая: Черно-золотой в отставке (1.3)

Ночью Натэя подскочила, пытаясь отдышаться. Сладкие ручьи свивались внутри, жгли и щекотали, стекая из области живота вниз. От пульсации в висках голова шла кругом. Было жарко – и это в самом сердце прохладной весенней ночи, на открытом всем ветрам сеновале. Ключница поднялась и наощупь побрела к выходу, мечтая о прикосновении ледяного бриза к пылающим щекам.

Уже подходя к навесу, где чутко дремали лошади, Натэя услышала шорох и чье-то дыхание. Две тени двигались на груде мешков, и в их ритмичных движениях было что-то, от чего у ключницы перехватило горло, как удавкой. Эштерил! Жгучее наводнение перехлестнуло через край, выдернуло землю из-под ног. Разрываясь между желанием броситься вперед с кулаками и убежать куда глаза глядят, Натэя приросла к месту. Ступор? Нет. Эмоции бурлили, плюясь обжигающими брызгами, норовили выплеснуться – криком? Бегом без остановки до самого Дора?

Беззвучно всхлипывая, Натэя потянулась к связи кварты, к нити, тянущейся от ключницы к перехватчику. Дернуть бы, да так, чтобы подскочил и - как есть, путаясь в штанах - побежал помогать дежурной кварте закрывать Прорыв! Нить отозвалась низким гудением, похожим на мурчание огромной кошки. Что, перехватчик Эштерил, будем тренироваться? Мы спасем Марчиса, мы еще будем сражаться с хорношами, надо уметь вскакивать по тревоге из любого положения!

…Или схватить Кинру за косу, залепить оплеуху, чтобы искры из глаз, спихнуть беспамятную соперницу на пол – и скользнуть на ее место, бесстыдно распахиваясь перед перехватчиком, позволяя ему окунуться в жгучие воды сладких ручьев. Ему, похоже, сейчас все равно – с кем, как, где. Жесткие мешки, холодный ночной ветер со стороны леса…

«А если все равно, то почему не я?!»

Жесткая, привычная к рукояти меча ладонь зажала Натэе рот. Алата всегда двигалась неслышно, но на этот раз она могла с тем же успехом скакать, размахивая факелом – ключница все равно бы не заметила.

- Только не ори, - судя по сдавленному шепоту перехватчицы, ту тоже накрыло не меньше соратников по кварте. – Люди нас приютили, нехорошо получится. Пусть себе спят спокойно. Ну-ка пойдем.

Натэя хотела было вырваться, но поняла, что все силы куда-то разом делись. Ночная прохлада обожгла лицо. Тропинка, едва различимая в свете звезд. Грядки. Кусты. Канава. Запах влажной земли и близкого болота. Дорога с колеей от тележных колес. Дальше начинался лес. Алата толкнула ключницу на ближайший пень и сунула Натэе в руки ее же собственную сумку.

- У тебя там наверняка найдется что-нибудь успокоительное.

- Почему она? – тихо проговорила ключница.

- Почему не ты? – усмехнулась перехватчица.

- Почему чужая? Не та, что знакома с детства?!

Алата вытянула меч из ножен. Силуэт перехватчицы чернел среди светлых древесных стволов, как густая клякса на серой от времени странице ветхого фолианта.

- А теперь представь, что мы не доехали до этих гостеприимных хозяев. Или что у них не оказалось бы никакой дочери. О да, тогда Эшу пришлось бы довольствоваться кем-то знакомым с детства. И представь – он бы выбрал не тебя, а меня. Было бы тебе легче, ключница?

- Тебя я бы убила на месте! Тебя не жалко!

Несколько резких рубящих движений мечом. Движения смертоносного танца перехватчицы казались конвульсиями - Алата сражалась с самой собой. Что поделаешь, раз у друзей Колыбели не оказалось взрослого сына помимо дочери. Перехватчица, беспощадная к хорношам, ввязалась в битву, в которой не могла победить.

- О да, ты бы меня убила, конечно же! Хотела бы я на это посмотреть! Батальное полотно достойное кабинета Верховного Наставника Шетта, будь он проклят!

Алата крутанула мечом «восьмерку» - пафосный, совершенно бесполезный прием, даже ключнице это видно! – и замерла, глядя на сжавшуюся на пне Натэю.

- Я смотрю, рыданий в обнимку над горькой женской долей у нас с тобой все равно не выйдет. Бывай, ключница! Надеюсь, ты найдешь дорогу обратно без тупой перехватчицы, ведущей тебя за ручку.

Мгновение – и тень Алаты затерялась во влажной темноте ночного леса. Натэе захотелось что-нибудь бросить ей вслед, но под рукой не было ничего, кроме сумки.

«Там пузырьки, они разобьются. И их, в отличие от перехватчицы, будет жалко», - собственные мысли долетали до ключницы будто издалека.

Пузырьки! Как ужаленная, Натэя соскочила с пня, рухнула перед ним на колени и стала вытаскивать из сумки склянки и мешочки.

Лиарэ морхайнанн нэсс! Поблизости никто не вспарывал границы мира, как нож вспарывает ткань. Хорноши не сочились сквозь распахнутую рану, высасывая жизненные силы из всего, что попадалось на пути. Ключница и не собиралась искать точку Прорыва и разворачивать полный купол. Звездная нить упала с небес, наматываясь на веретено, которым сейчас была обезумевшая от желания и боли ключница. Колючая, чужая стихия.

«Думаешь, это поможет?!»

В дрожащих руках звенели, сталкиваясь стеклянными боками, пузырьки. Глиняная плошка едва не треснула, впечатанная в сухое дерево. Звездная струна гудела, грозя порваться, вкачивая магические силы в ослабевшее от борьбы с самим собой тело. Резко пахнуло сводящей зубы горечью из очередной склянки.