Конец - это Начало. Своя кровь

Часть 3. Глава 13.

 

Непокорных закапывали живьём. Тех, кто помладше — заточив в долблёную колоду, старших — безо всяких хитростей, раздев донага, так, чтобы комья сырой земли плотнее прилегали к растрескавшейся, покрытой струпьями лишайников коже. Через неделю-другую выкапывали и били палками — так с тела разом ссыпались все черви и большая часть их личинок. Да и «земная наука» через дубину доходила до бунтарей лучше. Потом они в красках рассказывали остальным юнцам, каково это, когда землица засыпается в нос и в рот, давит холодной тяжестью на грудь, и как больно бывает, когда хочешь не хочешь, а начинаешь дышать… Как и чем можно дышать под землёй, то непонятно, но при этом внутренности горят огнём и сочится через кожу кровь. По сравнению с такой болью черви и жуки, что спешили отведать свежей плоти и отложить яйца в борозды лопнувшей кожи, а также битьё палками, становились сущим пустяком. Попавшим под «земную науку» обычно хватало одного раза, чтобы набраться ума и покорности. Редко кто умудрялся напроситься дважды. Трижды — вовсе невидаль. А уж шесть раз за один только оборот, как тот недомерок, которого приволок однажды в слободу страж Борич-Бус — дело прежде неслыханное.

 

...Случилось это около пяти оборотов назад. Тогда, оставив испуганного обожжённого мальчишку у порога, страж надолго закрылся со старейшинами застав в ду́мной зале. В тот момент никто из них даже и помыслить не мог, что нескладный заморыш за дверью — сын воеводы Родобора, а узнав, всё не могли поверить и развели такую свару, что впору уж подраться… Да кто-то вспомнил, что теперь, поди, не до того — ведь если сотоварищ воеводы не ошибается и мало́й действительно полукровка — как знать, не Явьяир ли он, о котором написано в священном Своде? Какой он такой, Явьяир, и сам ли по себе обретает особые умения, да и что это за умения — никто из старейшин точно не знал, но все понимали — если окажется так, как говорит Борич-Бус, то лешим выпала большая удача. Кто ещё сможет переписать Свод, уклонив законы Нави в пользу их клана, как не кровный лешак? Вот и порешили — оставить его у себя в слободе, укрыв и от своего, и от других кланов, и дождаться, пока почтит их своим визитом сам воевода Родобор. А ожидая, взростить из юнца настоящего стража, такого, чтоб не хуже отца был.

Отослали парня на заставу, ту, где расположилось правление Верховного старейшины лешаковой слободы — Боримужа, определили в казарму. И так всё устроили, что даже наставники не знали, кто перед ними есть. Чуяли, конечно, неладное — слишком уж часто справлялся о новеньком сам Верховный — но помалкивали и не давали юнцу поблажек. И уж точно даже представить себе не могли, что жар, обжигающий им глаза и заставляющий тревожно сжиматься внутренности — это не страх, исходящий от странного мальчишки, а остатки светлой Живы, что постепенно покидала его тело, оставляя после себя замысловатый узор едва заметных шрамов на коже.

 

Спустя месяц пришла весть о том, что воеводу Родобора, а с ним заодно и воеводу водных, Будиволна, одолел в смертной схватке некий явьий колдун. О том рассказывали речные да лесные шуше́ры — шиликуны́ и ау́ки, которые будто бы своими глазами видели, как дело было. Им бы, может, никто и не поверил, да вот предводители обоих кланов действительно пропали, а по тайным ниточкам информаторов поползли слухи — по стражьим слободам разъезжают отряды Орденской инспекции, а с ними, под видом простых служак, едут и Орденские ищейки.

Через какое-то время те и впрямь появились. Прочесали все казармы, оставили с дюжину предписаний, поощрили особо усердных старейшин поблажкой в стражьей тя́готе, наказали нерадивых и убрались с глаз долой. По виду — так простая инспекция и, кроме чванливых Орденских прихвостней, никого в ней не было. Однако то, что после их отъезда Верховному старейшине велено было за каждую ерунду предавать приведённого Борич-Бусом мальчишку земле, говорило о том, что ищейка всё же была и, похоже, нашла, что искала.

 

***

 

Борута же земной науки не боялся. Она оказалась поразительно похожа на то, что почувствовал он, провалившись однажды в лаз под старым дубом, когда впервые окунулся сначала в тёмную, потом в светлую Живу. Правда, в здешней яме, вырытой на центральной площади заставы, у ног ритуальных истуканов, Жива была только тёмная. Она, в отличие от мягкой, исцеляющей светлой Живы, была колкой, от неё тело горело прозрачным синим пламенем и из раза в раз покрывалось всё новыми завитками ожогов. Впрочем, это было такой ерундой по сравнению с требованием смириться и подчиняться без слов жестоким наставникам, что Борута предпочитал наперекор всему снова и снова нести наказание.

Не считая земной науки, первые месяцы Боруте было одно только развлечение — сбегать по ночам из душной казармы и, взобравшись по упругим жилам коры на верхушку самого высокого дерева, смотреть, как плывёт по небу луна. Она была перевёрнута низом вверх, к тому же ходила противосолонь*, как, впрочем, и Навье солнце, и от этого казалась незнакомой, чужой. Борута чувствовал — нет больше ничего из прошлой жизни, а значит, вся тоска Яви живёт теперь в нём одном. Он смотрел на луну не моргая, пока глаза не начинало щипать...

Когда слёзы просыхали и становилось немного легче, Борута скользил по веткам обратно и ловко нырял в душный мрак гнойной вони и стонов. Там, незамеченный дежурным, ложился на сучковатые нары и до самого утра маялся тревожными думами о погибшем отце, о том, как, должно быть, горюет теперь без своего названного сыночка Клавдия. Иногда во снах являлась ему Улька, трепетала, завлекая, ресницами и тащила за руку: «Пойдём-ка, мил человек, что покажу тебе!» Хохоча, неизменно приводила его на ту осеннюю поляну, где золотая трава покрыта липким багрянцем крови и дымится взрытая земля с размётанными по ней людскими останками. Борута, вскрикнув, просыпался, но ужас его тонул в общей боли: то стонали и плакали будущие стражи клана лесовиков — пока ещё похожие на людей дети. Кожа их, деревенея день за днём, в конце концов лопалась, истекая смолянистой жижей, а нутро выжигала лихорадка.



Настасья Быкадорова

Отредактировано: 20.03.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться