Конечно он

Глава 5

– Я женился. В принципе.
Единственной целью было остановить себя после умопомрачительного отнятия булочки с изюмом у девицы. Там, в глухом месте с пионерскими лагерями. Ведь я тогда получил столько положительных эмоций, что почувствовал тягу к новым подвигам. Но я понимал, что нужно быть осторожным и посему связал свою жизнь с женщиной. Чтобы по первой прихоти удовлетворяться живой плотью. А не...
А тем более женщина эта оказалась страстной и умной. Во всех отношениях она меня устраивала. Да вдобавок она поощряла все мои вольности, а уж пофантазировать, занимаясь любовью, я обожал и делал это умело.
Я сумел удержать себя в рамках, придуманных обществом, – что же сделаешь, если большинство умещается в эти оградки и решило считать кошмаром всё и всех, кто смеет вылезти наружу.
Хотя общество наше немного приподняло голову. Перестройка шла полным ходом. И пока меня больше остального радовала свобода информации. Теперь не надо было ловить «Голос Америки» – эх, помню, мы с отцом настраивали на него свой «VEF». Теперь же можно было преспокойно смотреть программы новостей по всем каналам подряд и узнавать всё безо всяких подпольных прослушиваний.
И в каком же болоте мы жили до сих пор! Немудрено, что лично меня потянуло черт знает на что. Встряска-то какая-нибудь должна же быть, что-то значительное! Чтобы заняло все мысли!
Вот теперь есть о чем поразмышлять, не то, что раньше.
Больше всего меня привлекали репортажи о террористических актах. Разрушенные здания, искореженный транспорт, трупы...
«70 человек погибло от рук членов организации «Шайнинг пат» – «Гибель 270 человек в результате взрыва бомбы на борту аэробуса...» – «Гибель 8 человек в израильском туристическом автобусе».
Я представлял себе, какой кайф испытывают организаторы этих террористических актов! Ведь они знали, что люди, которые подвергнутся нападению, доживают свои последние дни! А те, кто шёл исполнять задание, должны были чувствовать себя всемогущими! Клёво!!!
Конечно, переживаешь незабываемые минуты, глядя в глаза кому-то и понимая: человек не подозревает, что у тебя на уме, а ты сам прекрасно знаешь! Знаешь о чужой судьбе!
Кстати, вот после подобных новостных сообщений и следующих за ними моих фантазий, особенно классно было заниматься сексом! Это было супернаслаждение! О-о-о... Ничего больше и не захочешь.
В общем, нежного и спокойного секса с ней у меня почти не было.
И это потому, что нежность и осторожность я берёг для той, своей единственной любимой. Я уверен, что когда-нибудь мы соединимся, она обратит на меня своё внимание. Иначе моя рана не исчезнет. И временами я мысленно ласкал её грудь – иногда доводил себя до умопомрачения этими фантазиями. Я совершенствовался в этих мысленных ласках и надеялся, что когда мы соединимся, всё пройдёт на высшем уровне, и она будет довольна! И навсегда останется моей!
Так случится, я уверен в этом.


Глава 5

Оля была единственной на курсе, кому предложили остаться в институте. Её пригласили в творческую лабораторию кафедры методики преподавания русского языка – Ольге Михайловне Тихомировой предстояло участвовать в создании новой программы по русскому языку для начальных классов и читать курс лекций по зарубежной детской литературе. Оля не помнила себя от счастья, когда всё это было объявлено официально после защиты дипломной работы. Она автоматически поступала в аспирантуру, их руководитель шепнул Оле, что экзамены для зачисления будут формальными, она была нужна кафедре.
Первыми об этом узнали родители: мама сияла, и слёзы счастья поблёскивали в её глазах!
– Господи, Оленька, как же замечательно!
А отец Оли улыбался и поглядывал на жену – «Ну, что я говорил? А ты так переживала! Говорила, что Ольга наша пошла не в тот институт!»
– Декан ещё помнит моё вступительное сочинение! Говорит, что я единственная из абитуриентов написала без ошибок, де ещё и собственное мнение по теме высказала, а не цитировала критиков!
– Как хорошо! – мама утирала слёзы. – А то я так боялась, что пойдёшь нервы себе трепать! И тем более сейчас до того доперестраивались, что деньги для школы теперь с родителей тянут! И подарки директору и завучам обязан каждый класс ко всем праздникам преподносить! А организовывать всё это учителя должны, с них весь спрос! Всё с ног на голову перевернули.
– Мам, но ведь именно благодаря этим переменам нашим, появилась возможность создавать новые учебные программы! – Оля обняла маму. – А то ведь ещё бы сто лет учились по одним и тем же учебникам!
– Да, – кивнула мама. – Но главное – не передозировать! А то так расширить предмет можно, что детям не под силу одолеть его будет!
– Ну, ну, заговорили педагоги мои! – отец обнял обеих. – Давайте лучше диплом Ольгин обмоем!
– Диплом ещё не выдали!
– Значит, пока просто окончание института!
...Больше всех знакомых и родных Юрий был удивлён Олиным «распределением». И не просто удивлён – потрясён.
– Оль... Это ты такая умная? – смущённо пробормотал он.
Ни разу она не видела у мужа такого выражения глаз, хотя женаты они были уже полтора года, а уж знакомы и того больше.
– Какая «такая»? – пожала Оля плечами.
– Ну... – смущение Юры развеялось от её приветливой улыбки. – Я всегда думал, что преподаватели институтов – это особенные люди, очень-очень умные!
– Мне это предложили, видимо, потому, что я увлечённо занималась методикой. Из меня идеи так и сыпались. Особенно, когда мы занимались поурочным планированием.
– Ты, вообще, молодец! – кивнул Юра, улыбнулся, и в глазах его зажглось восхищение. – У тебя ведь по практике были одни пятёрки!
– Просто это моё!
– Вот ты говоришь о методике, о том, что будешь участвовать в создании новой программы! Но ведь, Оль, ты же будешь ещё и зарубежную детскую литературу преподавать!
– Литература – это не проблема, предмет этот я хорошо знаю! – беззаботно улыбнулась Оля. Но потом тут же вздохнула: – Главное будет – справиться с... Вернее, принять то, что студенты будут даже старше меня. Ведь преподавать я буду на вечернем отделении...
...И Оля старательно и увлечённо готовилась. У неё был месяц до начала рабочего пути, некое подобие отпуска и каникул одновременно, и она составляла планирование и расписывала каждую лекцию по зарубежной детской литературе. Пока Оле доверили этот предмет, и она тщательно готовилась.
Сначала – введение и древняя литература в изданиях для детей. А потом литература французская, английская, немецкая, датская, кубинская, монгольская и многая другая, начиная фольклором и продолжая поэзией и прозой. Помимо лекций Оля продумывала вопросы для семинаров, а так же просматривала возможные темы для курсовиков. Она делала всё это и получала удовольствие.
Когда начался учебный год, то Оля была погружена в разработку новой учебной программы, которой занималась их кафедра уже с середины августа. Но она практически не чувствовала двойной нагрузки: и занятия со студентами и проработка «Состава слова» – а именно за неё отвечала Оля на кафедре – только позитивно отражались на её самочувствии, настроении и активности.
Оля была весела, всё успевала, успешно справлялась с поставленными перед ней задачами и со всеми своими обязанностями.
– Оленька, – сказал однажды научный руководитель разрабатываемой их кафедрой учебной программы, – вы собирайте теоретический материал к своим разработкам, будете по этой теме писать диссертацию. Начинайте потихонечку, я вам и подскажу, и помогу!
В этот момент у Оли перехватило дыхание от счастья.
...Благодаря своей занятости Оля не слишком обращала внимание на шумевшие за окном, только-только родившиеся девяностые годы двадцатого столетия, на негативное, сопровождающее происходившие в стране перемены. Оля воспринимала все как должное, как неотъемлемую часть смены ориентации государства.
Она лишь помогала близким, чем могла. И главным в сложившейся ситуации была добыча съестного.
– И это в Москве такое творится! – охала мама.
Но их в семье было четверо работающих, и каждый что-то приносил – какие-то заказы, что-то попавшееся по пути.
У Оли вошло в привычку заходить в гастроном, который был неподалёку от института, и обязательно заглядывать в «свой магазинчик» возле дома. И так как так же поступали и мама с папой, то у них порой даже скапливались небольшие запасы. И это были не только крупы, макароны и консервы, это оказались и сосиски с колбасой, которые приходилось замораживать для более длительного хранения.
А ещё они стали есть то, чего раньше и в голову не приходило попробовать. Например, полуфабрикаты. Кисели в брикетах, супы в пакетиках и даже каши с сушёным мясом! Оказалось, что, в принципе, продукты вполне приличные.
– Как в столовке, – сделали они вывод. – Нормально, есть можно!
Юра не участвовал в таких активных закупках. Он большую часть времени проводил на спортивной базе своего футбольного клуба или на выездных играх. Юра бывал дома наездами. И в это время отправлялся с Олей на ближайший рынок. Там они закупали не только овощи и фрукты, но и много всяких вкусностей – спекулировали те, кто имел доступ в магазины с чёрного входа.
Конечно, цены на рынке были высокими, но Юра, казалось, не обращал на них внимания, его не смущала ни двойная, ни даже тройная цена. Главным для него было побаловать любимую и продемонстрировать тёще и тестю свои финансовые возможности. Благо, нынешнее положение футболистов вышло на профессиональный уровень, и клуб перестал существовать на производственные деньги – хозяином стал нефтяник.
Юра бывал дома не часто, и каждое его появление становилось для Оли праздником. Конечно, она не ожидала такого плотного и строгого режима тренировок. Всё, всё менялось...
– Раньше было не так, Юр.
– Теперь мы профессионалы! – в голосе мужа звучала гордость. – И думаю, скоро ещё кое-что изменится!
– Ещё?
– Оль! Будет лучше!
– Ты чаще сможешь приезжать домой?
– Я стану больше получать!
Но Олю эта новость не привела в восторг. Единственное, чего она хотела – чтобы муж бывал дома каждый день, а не появлялся наездами. Да и тем более Юра чаще всего приезжал уставшим и сначала стремился как следует выспаться.
А Оля так хотела и поговорить с мужем, и накормить его повкуснее, и побольше побыть наедине.
– Знаешь, Оль, меня некоторые ребята спрашивают, как я уживаюсь с тёщей.
– И как? – улыбнулась Оля.
– Замечательно, – отвечаю я. – И все обалдевают! Не могут поверить, что родители жены могут быть нормальными людьми.
– Да, обычно возникает масса проблем.
– А у нас всё хорошо! – Юра был всем доволен.
У Оли, действительно, были мировые родители. Они старались не мешать молодым супругам, встречался Юра с тёщей и тестем только за обедом или ужином, да и к родным погостить выбирались. И общался он с ними с удовольствием, Юра ещё не встречал таких приятных людей, как Михаил Семёнович и Любовь Васильевна. Особенно охотно Юра беседовал с тестем о политике, их разговоры получались интересными и даже захватывающими. И это окончательно успокоило Любовь Васильевну по поводу разумности своего зятя.
И когда в тёплое время года Олины папа и мама перебирались жить на дачу, Юра даже скучал по ним. Но вырваться к ним за город удавалось крайне редко. Зато всё свободное «тёплое» время он проводил с женой в абсолютном одиночестве.
И поражался её сексуальности. А ещё Юра не переставал удивляться силе её влечения и желания.
– Юр, а может со мной не всё в порядке?
Однажды Оля даже испугалась – она слишком сильно жаждала близости вскоре после занятий любовью, а Юра был ещё не готов к этому. И поскольку такое случилось не впервые, она встревожилась.
– Всё с тобой нормально, – устало улыбнулся муж. – Просто я слишком выматываюсь!
– Значит, я не сумасшедшая? – улыбнулась Оля, удовлетворённая ответом мужа.
– Ты просто поздно начала, – хохотнул Юра, – и теперь добираешь!
Они лежали в постели и смотрели на солнечные блики, метавшиеся за задёрнутыми шторами. Никто и ничто не мешало любовникам отдаваться страсти.
Оля была счастливой женщиной. А нежность и любовь мужа глубоко-глубоко и в самый дальний уголок вытеснили воспоминания об их первой, к сожалению, болезненной для Оли близости. Но боль ушла, и больше ничто не мешало радоваться жизни и благодарить судьбу за посланную удачу.


* * *

Проблема появилась не скоро и не слишком неожиданно, просто Оля думала, что её это не коснётся, что она многое сможет выдержать и со всем справиться. Но оказалось...
Когда футбольный клуб, за который играл Юра, выиграл чемпионат России, Оля стала видеться с мужем ещё реже. Потому что чемпионское звание давало дорогу на игры с европейскими командами – не только сами международные игры, но и подготовка к ним отнимали Юрия Тихомирова от дома.
Его не было так подолгу, подолгу, подолгу... Настолько, что Оля не успевала насладиться им в те дни, когда Юра был свободен от матчей и тренировок. Не говоря уж об обычном общении.
И с каждым пройденным месяцем его интенсивной спортивной жизни, Оле становилось всё тяжелее и тяжелее. Она ложилась в одинокую супружескую постель, вспоминала ласки мужа и... сон не шёл к ней. Оля всё чаще и чаще мучилась бессонницей.
Дошло до того, что временами и насыщенный рабочий день, да ещё и позднее возвращение домой после занятий с вечерниками не помогали – даже усталость не позволяла векам сомкнуться и забыться глубоким сном. Вместо сна и отдыха приходили тоска, томительное пролёживание в постели по несколько долгих тёмных часов, мучительные размышления.
Иногда Оля подсаживалась к отцу, смотрящему по телевизору футбол. Время от времени на экране появлялся муж. Вроде бы и хорошо – вот он, почти рядом. Вроде бы и хорошо, но одновременно невыносимо...
Невыносимо день за днём ждать и тосковать, месяц за месяцем взахлёб ловить мгновения близости. И ведь эти месяцы, становясь друг возле друга, выстраиваются в... годы. И годы эти тоже имеют способность идти, навсегда унося прожитое.
– Хорошо, что в институте я занята по горло, – часто вздыхала Оля.
Но помимо размышлений о смысле и одновременно бессмыслице Олю мучили простые, женские желания.
– Да что же это со мной?
Дело было в том, что в последние месяцы ей всё тяжелее стало подавлять свои сексуальные желания.
– Может, я действительно слишком?.. – пожимала плечами Оля. – И тогда Юрка просто успокоил меня?
Хотя Оля и понимала – это накопилась усталость от постоянного ожидания, и ещё она слишком изголодалась по стабильной жизни с мужем.
И вот однажды летом случилось необычное и неожиданное.
Оля спала. И видела сон. Но при этом одновременно думала, будто обсуждала сама с собой происходящее во сне...
...Во сне этом Оля занималась любовью. С кем-то…
«Дошла, уже секс снится!»
Она с наслаждением отдавалась страсти – конечно, ведь она так давно... Да, Юрка в последний раз приезжал две недели назад! Он улетел с командой в Испанию – там отличное поле, там лучше готовиться к отборочной игре в кубке УЕФА...
Оля постанывала от удовольствия. Было слишком хорошо – никогда, никогда ещё так продолжительно, а главное, изысканно, муж не ласкал её грудь.
«С ума сойти! Что же раньше-то он этого не делал?.. Не делал так! Так...»
Временами Оля забывалась во сне настолько, что не сомневалась – всё происходящее реально. Слишком уж сильными оказались ощущения.
«Что это?»
Оля поняла, что вскрикнула. От умопомрачительной вспышки удовольствия.
А потом наступило какое-то туманное полузабытьё. Она перестала думать. Надолго. Так ей показалось...
«Почему всё это случилось со мной? И... я понимаю, что сплю! Невероятно...»
Оля вновь почувствовала тягу к мужчине. К тому, с которым занималась сексом в своём удивительном сновидении. Она боялась признаться себе, но подобного наяву не ощущала.
Оказалось, что у мужчины этого были тёмные каштановые волосы, и она поглаживала их, когда он возник снова и принялся ласкать её.
– Поцелуй меня, – прошептала Оля. Она очень хотела взглянуть на него. – Я люблю тебя... Я очень люблю тебя, Дима...
Оля вздрогнула и резко села. Ошеломлённая!
– Я говорила! – сон невероятно перемешался с явью. – И?!
В её сне был мужчина – Дима... Это был...
Оля встала, подошла к окну. Отдёрнула шторы и настежь распахнула окно. Приятная прохлада раннего летнего утра остудила остатки её безумной, нереально-реальной ночной страсти.
– Господи, это же он был!..
Почти в ту же секунду Оля вздрогнула. Но не отшатнулась от окна. Она, напротив, подалась вперёд и оперлась ладонями о подоконник.
Прямо перед ней стоял он – мужчина, только что приснившийся, мужчина, который подарил ей незабываемые минуты наслаждения во сне.
Дима. Сосед сверху. Этот мальчик... Мальчик? Давно уже не мальчик.
Он курил и смотрел на неё. И Оля была уверена, что внимание его привлекло не открывшееся окно. Он и до Олиного пробуждения так же стоял и смотрел на её окно, куря сигарету...

* * *

Болезнь притихла в организме. Дима где-то читал, что такое случается: вирус затаивается. Затихает. Но может настать момент, когда он активизируется.
В Дмитрии Шалимове активизировался вирус под названием «моя первая и единственная любовь». И произошло всё совершенно мистическим образом.
Ему совершенно неожиданно приснилась Оля. Он смотрел на неё и удивлялся – «надо же, ведь даже не думал о ней!» Да и не было у него времени вспоминать о соседке снизу в объятиях его уже достаточно давней рыжеволосой пассии с бурным темпераментом.
Но почему-то Оля приснилась! И Дима пробудился взбудораженным. Он выпил наспех чашку кофе с молоком и пробурчал своей любовнице:
– Я подгоню машину!
Девушка улыбнулась вдогонку хлопнувшей двери.
А Дима, пробежав пару лестничных пролётов, остановился на втором этаже. Он постоял возле Олиной двери, пытаясь найти причину сегодняшнего сновидения. Но тщетно.
Дима вышел на улицу – тихий, укутанный свежестью утра их зелёный двор немного утихомирил его. Сам собой взгляд устремился на окно второго этажа – Дима прекрасно знал, где находится Олина комната. Он закурил и так и остался возле дома, не смог не смотреть на её окно!
Когда в руках его оказалась вторая сигарета, за Олиным окном угадалось шевеление – штору отодвинули? Дима замер, когда окно распахнулось.
И он увидел Олю, необычайно хорошенькую в этот ранний час.
Окно второго этажа было так близко...
У Димы дыхание перехватило – немного взлохмаченные волосы делали Олю трогательной. А прозрачность утра позволила разглядеть Диме даже мельчайшие детали: она была в ночной сорочке с тонюсенькими бретельками, одна их которых упала с плеча. И упоительное зрелище – чёткие очертания её высокой груди с пробудившимися сосками.
Дмитрий Шалимов хотел в этот момент только одного – залезть по жёлтой газовой трубе к окну на втором этаже и...
Дима докурил и бросил окурок в урну. Он был не в силах оторвать взгляда от Оли, так неожиданно появившейся в окне. Будто она почувствовала притяжение его взгляда!
И она так смотрела на него...
...От фантазий этих его оторвала вышедшая из подъезда девушка, его рыжеволосая любовница. Дима не слышал, что она говорит, он просто догадывался. А когда почувствовал её прикосновение, поспешно отстранился.
Они быстро шли в сторону гаражей. У Димы из головы вылетело, что он обещал подъехать к дому на машине. На своей недавно купленной машине густо-красного цвета. Как пошутил один знакомый криминалист – «Шалимов прикупил тачку венозного цвета, чтобы в ней лучше думалось о трупиках!»
Но сейчас он думал совсем о другом. О неожиданном появлении Оли в окне. И ещё он думал о том, что за последние несколько лет он сталкивался с Олей всего лишь несколько раз. И всякий раз краснел, здороваясь с ней.
Дима остановился и закурил.
Всегда, всегда он встречал Олю в обществе мужа. И думать после этих столкновений мог только о том, что этот мужчина занимается с Олей любовью, что она принадлежит этому мужчине!
Дима обернулся в сторону дома. Он вздохнул и загасил пальцами сигарету.
На удивлённый взгляд своей рыжеволосой спутницы Дима не обратил внимания.
И вообще, с этой рыженькой прелестницей пора бы и попрощаться. Погрузить все её шмотки и – счастливо! Расстанемся мирно, исчерпав привязанность. А то это уже становится похожим на настоящую семейную жизнь.
«Зачем?»
Только для того, чтобы спокойно объясниться с Олей. И хотя Дима понимал, что вряд ли его чувства найдут отклик, он решил – пусть она знает! И потом, а вдруг ему не показался её томный взгляд?
А вдруг?!

* * *

«С этим надо что-то делать», – именно эта мысль не выходила у Оли из головы. Мысль беспокоила почти постоянно и заставляла волноваться. И с этим, действительно, надо было что-то делать, потому что размышления приводили Олю к ужасающим выводам.
Ведь она сказала во сне, что любит его! Не мужа, а другого мужчину – Диму! Соседа, которого всегда считала практически ребёнком! Никогда, ни разу она не обращала на него внимания, как на представителя противоположного пола.
А тут такое произошло! Хоть и во сне.
– Что же получается?
Неужели где-то глубоко в душе он был ей симпатичен, а она просто не осознавала этого? И?.. И именно поэтому ей казалось, что они часто сталкиваются? С другими соседями Оля, наверняка, сталкивалась не менее часто, но не заостряла ни на ком внимание. А вот встречи с Димой не проходили бесследно.
– Я видела его в окно. И всегда смотрела на него, взгляд мой не проскальзывал...
Конечно, теперь Оля начинала понимать, что на Диму просто невозможно было не обратить внимания. Он ведь такой, такой... Шикарный. Да, теперь Оля могла это сказать.
И что же ей мешало пораньше разглядеть его ближним зрением? Неужели утрамбованное в сознании определение «старший и младший»?
А вот там, где-то глубоко-глубоко, что-то отозвалось и хранило многие годы... Любовь?
– Что же теперь делать?..
Оля день за днём вздрагивала, когда мысль о Диме шевелилась в её сердце. Передумывала обо всём, перебирала все свои размышления и выводы. Вздыхала.
Оля вспоминала, как подошла к окну, проснувшись, и увидела Диму. Он стоял, курил и пристально смотрел на её окно, а потом и на неё. Так смотрел... Он так смотрел, что, вспоминая выражение его глаз, Оля чувствовала дрожь. Приятную, плавно прокатывающуюся по всему телу дрожь.
А ещё Оля помнила запах дыма от его сигареты. Сквозь утреннюю свежесть до неё легко долетел едва слышимый аромат...
– Мужчина, которого, оказывается, я... люблю... – наконец, произнесла она.
Это фраза и встряхнула Олю, и привела в чувства!
– А Юрка??!!
Ну как она могла настолько забыться в своих сонных фантазиях? И выплеснуть из памяти прошлое?
Ведь с появлением Юры ошеломляюще перевернулась её жизнь! А тем более познакомились они при таких необычных обстоятельствах! Да и после всё складывалось очень хорошо! Оля поняла, что влюбилась в Юру! И он трогательно к ней относился!
А потом... Потом они стали близки, поженились. У них не было проблем в интимной жизни, что нередко случается! Они любили друг друга, и эта любовь помогла достичь гармонии! Всё просто замечательно! И потом… уже несколько человек говорили Оле, что она спасла Юру от тоски по неудавшейся первой любви…
У них получилась семья и незачем даже мысленный клин вбивать. А то и до реальности дойдёт...
Но этот мысленный клин был слишком настойчив – никак, никак не отпускал её мысли о взгляде Димы.
– А может, он случайно смотрел? Просто стоял, ждал свою девушку. Время убивал! – Оле становилось легче от таких рассуждений. – И, скорее всего, думал он как раз об этой самой рыженькой девушке! Конечно, они провели замечательную ночь, и именно поэтому у него был такой взгляд!
А то, что она, Оля, сейчас будто парит на счастливых облаках, думая о Диме, – это результат долгого отсутствия мужа. И незачем заострять внимание на том, что когда-то с Юрой она тоже словно летала, но сейчас, с мыслями о Диме, ощущение подобного полёта гораздо сильнее...
Она набрала побольше воздуха в лёгкие, немного задержала дыхание и спокойно, плавно выдохнула.
– Стоп.
Всё, закончился этот бред. Уже столько лет они с Юрой вместе, а их по-прежнему тянет друг к другу. Они вдвоём!
Вот!!!
Они вдвоём. Оля всё поняла.