Конкурент

Размер шрифта: - +

Глава 7. Аукцион

Настя заколебала охать и томно вздыхать:

— У него такой голос по телефону — мурашки по коже. Иногда кажется, что сердце уже привыкло, адаптировалось, но он вдруг меняет интонацию — все, мурашки бегут по рукам и замирают. Я сама вся замираю, Сонь! А еще я в последнее время постоянно думаю, почему некоторым мужчинам идет абсолютно все: хоть в футболку растянутую выряди, хоть в дорогой пиджак. Его, наверное, хоть мешком оберни — и то загляденье получится. Думаешь, это только от фигуры зависит? Нет, скажу я тебе, далеко не только! А от какой-то внутренней силы, которую не видишь, но чувствуешь. Ну вот назови мне, Сонь, кому еще так идет черный цвет?

Соня отложила документ и устало посмотрела на подругу:

— Настя, ты же понимаешь, почему он тебе названивает? В концернах тоже не дураки — они не предложат такие условия, которые им будут менее выгодны, чем открытие отдельных точек. Потому мы с «Осирисом» все еще в игре, и Никите надо точно знать, какую сумму аренды мы впишем в аукционе, чтобы поставить на одну копейку больше! А ты: «мурашки, мурашки, черный идет». Да этому мерзавцу все идет, он же создан для того, чтобы внешним видом сбивать с толку противника!

Настя опешила:

— Я не про Никиту говорила… Ты, Сонь, вообще, что ли, помешалась? Кстати, если хочешь, то сегодня на конференцию поеду я.

Соня прикусила язык. Конечно, Настя говорила о своем любимом менеджере, ведь ее страстная влюбленность еще не иссякла. Соня перепутала только потому, что слушала вполуха. И чтобы сгладить неловкость, добавила во взгляд заинтересованности:

— Так что твой Сереженька? Он давно менеджером служит?

— Какой еще Сереженька?! — разозлилась Настя. — Паша его зовут! Что же ты за лучшая подруга, если не можешь запомнить имя моего любимого?

Получается, Сереженька — это предыдущий. Но раздражение заставило Соню выпалить:

— Да разве их всех можно запомнить? И самое главное — зачем их вообще запоминать, если они меняются чаще погоды?

Настя обиделась, но ответила неожиданно спокойно:

— Нет ничего плохого в том, чтобы держать сердце открытым. Уж точно лучше, чем зацикливаться на единственной влюбленности, как некоторые. А Миша, между прочим, намного лучше! Дозацикливаешься, и счастье из рук упустишь. Просто некоторые не умеют переключаться!

— Кто не умеет?..

Настя подмигнула и вышла из кабинета, тем самым отменив предыдущее предложение отправиться на последний день конференции вместо Сони. Потому та вздохнула и подошла к зеркалу, чтобы оценить свой внешний вид. Она не была из тех, кто любит самообманываться, потому вердикт Насти проанализировала и пришла к выводу, что подруга все-таки ошибается. Если бы Никита встретился на пути Сони только сейчас, то имел бы все шансы ей понравиться — только лишь потому, что обладает ее типажом и знает себе цену. Но первая любовь была очень сильна, и она перегнила в душе давным-давно. Потому сейчас Никита был способен вызвать только закономерное негодование, но никак не симпатию. Не потому что он сам по себе настолько отвратителен, а потому что иммунитет.

Никита и в этот раз просидел рядом, но притом выглядел спокойным — похоже, исчерпал лимит претензий. Потому в перерыве, когда они спустились в кафе, Соня решилась быть более откровенной, чем изначально собиралась:

— Уже двенадцать фирм проявили заинтересованность в аукционе, и как минимум две из них крупнее, чем «Осирис» и «Исида» вместе взятые.

— В курсе, — Никита задумчиво смотрел в окно. — Остается надеяться, что им место в «Царстве» не так уж и нужно. То есть участвовать они будут, но необязательно поставят завышенные условия — для них это место просто одно из множества мест, они не пропадут.

— Не пропадут, — согласилась Соня. — Или даже не заметят нас с тобой. У них такая экономия на издержках, что они без труда выдавят всю мелочь, типа нас, в рамках обычной ценовой политики.

— Допустим, — он посмотрел теперь на нее, но без особого любопытства. — И что ты предлагаешь? Объединиться?

Соня и сама не была уверена:

— Ты не мог не просчитывать этот вариант. Если бы мы выступали вместе, то увеличили бы свои шансы ровно в два раза. Я не знаю… например, одна фирма берет на себя аукцион, а вторую оформляем договором субаренды. Или еще как-то.

Он неожиданно весело улыбнулся:

— Видишь же, где в твоем плане прокол? И какая же фирма будет первой? Второй придется полагаться только на доверие, это если не считать, что сам Коренко может и не согласиться.

Соня на секунду представила, как передает «Осирису» всю судьбу «Исиды» и вздрогнула. Если уж принимать общую стратегию, то понятно, кто должен быть в авангарде:

— Никит, ты извини меня, конечно, но ты доверия не вызываешь. А свое слово я еще ни разу не нарушала — можешь проверить по всем нашим партнерам.

В его взгляде появилась хитреца вперемешку с иронией:

— Или ты можешь сделать то же самое. Я готов на объединение только с одним условием — на аукционе будет выступать «Осирис».

— Ну уж нет! — Соню даже рассмешил такой вариант.

Никита кивнул и снова уставился в окно:

— То-то и оно. Мы с тобой настолько не доверяем друг другу, что не смогли бы сотрудничать, даже если бы стояли на грани банкротства.

И хоть он выразился очень точно, Соня ощутила раздражение. С чего вдруг она вообще с ним переговоры ведет? Да ведь если они сумели бы договориться и разделить контракт на две фирмы, то пришлось бы уже не дни, а месяцы, годы ежедневно воевать. Соня вроде бы любила иногда повоевать, но уж точно не собиралась делать это постоянно.



Оксана Алексеева

Отредактировано: 19.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться