Контракт на гордость

Глава 1

 Лиза

 

Пока выбор не сделан,
все на свете возможно.

(с) к/ф «Господин Никто».

 

– Лиза, ты…? – Алик морщится, пренебрежительно поджимая тонкие губы, и торопливо озирается по сторонам в поисках приглашенных на прием журналистов.

– Заработалась, прости, – ничего банальнее придумать было нельзя, но я на самом деле не испытываю и тени раскаяния. В последнюю очередь я волнуюсь о том, что рядом с невысоким худощавым брюнетом, облаченным в дорогущий светло-серый костюм от «Армани», выгляжу попрошайкой с улицы.

– Лиза-а-а, – мужчина выдыхает как-то совсем обреченно, в который раз убеждаясь, что перевоспитывать меня – напрасный труд. Такой же, как и взывать к безвозвратно почившей совести. Не обременяющей лишними угрызениями свою хозяйку.

– Не переживай, Меньшов, твоя репутация не пострадает, – поправив почти идеально завязанный Аликом узел темного-синего галстука, я выхватываю из его рук фужер с шампанским и делаю три больших глотка, ощущая, как пузырьки щекочут нос. Облизываю губы, впопыхах тронутые вызывающей ярко-красной помадой, и бросаю еле слышно: – эпатаж сейчас в моде. Завтра пол-Москвы будет ходить в таких же драных шортах, как у меня. Спорим на твой месячный гонорар? 

– Ты слишком самоуверенна, Лиза, – Алик притягивает меня за плечо, ослепительно улыбаясь на камеру, и заставляет вспомнить, почему я согласилась на его предложение.

К двадцати восьми годам я давно перестала мечтать о романтичной свадьбе и внеземной любви, решив, что успешный продюсер и расчетливый бизнесмен не самый плохой выбор. Тем более, если этот продюсер постоянно находится либо на съемочной площадке, либо на переговорах, либо в командировках. И приезжает на свидание раз или два в месяц с неизменным букетом алых роз, не сильно надоедая своим вниманием.   

Еще одним плюсом в его копилку стало полное отсутствие контроля. Единственное, о чем попросил Меньшов – никаких компрометирующих фотографий в сети. Не слишком большая плата за свободу и спокойное существование, надо сказать.

– С каких пор тебя это перестало устраивать? – смотрю в его блеклые голубые глаза и думаю, неужели прозрел и сообразил, что мое спокойствие всего лишь одна из сторон безразличия.

– С тех пор, как ты собралась в Краснодар, – впервые в голосе Алика мне чудится нотка недовольства, и я стараюсь внимательно изучить маску невозмутимости, застывшую на холеном лице. Но Меньшов разворачивает меня обратно к фотографу и негромко бормочет, утыкаясь носом в макушку: – и зачем тебе эта провинция?

 – Там тепло, – отвечаю я, мягко, мечтательно улыбаясь, и говорю вовсе не о месте, а о людях и воспоминаниях, что остались в солнечном южном городе.

– Господи, Лиза, если это единственная причина, то я завтра же закажу путевку на Мальдивы, – мне сложно винить Меньшова в непоколебимой вере в то, что все в этом мире решают деньги ну и немного – связи, только вот сдавать билеты я не планирую. Особенно когда возвращаюсь мыслями к контракту, который благополучно ожидает моей подписи в офисе.

– Алик, мне кажется, мы все уже обсудили, – я выдавливаю сквозь зубы, радуясь приближающейся к нам журналистке. Хорошенькой брюнетке в элегантном брючном костюме, судя по хищному выражению лица, спешащей засыпать звезду вопросами.

– Извините за беспокойство, можно на два слова? – два слова успешно превращаются в две тысячи двадцать два: акулу пера интересует все, начиная от деталей нашего знакомства, заканчивая цветовой гаммой, в которой будет проходить свадьба.

И если Меньшов оседлал любимого конька, отвечая многословно и вдохновенно, то я с трудом прячу зевок в кулаке, понимая, что устала от приема, пробыв на нем жалкие пятнадцать минут. Так же ясно я понимаю, что спустя полчаса сошлюсь на невыносимую мигрень и оставлю жениха отдуваться перед гостями за двоих.

– Я пока поздороваюсь с отцом, – очень кстати в толпе появляется спасительный силуэт, и я бросаюсь к родителю, оставляя небрежный поцелуй у Алика на виске и не замечая, как неодобрительно смотрит на меня молоденькая журналистка.

Минуя вереницу шапочных знакомых и невольно ускоряя бег, я все-таки добираюсь до папы, остановившегося рядом со столиком с закусками и подозрительно изучающего разнообразие «морских гадов», как он называет мидии, креветки и прочие морепродукты. В очередной раз потоптавшись своими ярко-розовыми кедами по правилам приличия, я висну у него на шее и прижимаюсь щекой к гладко выбритой коже. Вдыхаю терпкий запах сандала и обретаю почти буддийское спокойствие.

– Привет, па, – я обвиваю его руками за талию и громко смеюсь, нахально игнорируя злобное «И что только Меньшов в ней нашел?!».

– Привет, дочь, – отец делает шаг назад и наступает на бежевую лакированную туфлю, отчего осуждающая меня девица затыкается и обиженно взвизгивает. Таким способом избавившись от ненужных ушей, папа указывает на Алика и спрашивает: – не передумала?

– Помолвка – это ведь еще не свадьба, – рассеянно произношу я, лишний раз радуясь, что до церемонии бракосочетания целый год, за который может случиться и потоп, и землетрясение, и конец света. После чего актуальность союза хоть с Меньшовым, хоть с кем-либо в принципе отпадет.

– Тоже верно, – не выпуская меня из объятий, родитель нацеливается на безопасный, с его точки зрения, бутерброд с ветчиной и сыром, мимоходом делясь: – а я почему-то всегда был уверен, что ты выйдешь замуж за Сашку…



Алекса Гранд

Отредактировано: 20.04.2021

Добавить в библиотеку


Пожаловаться