Контракт на жизнь

Глава 4.5

Глава 4.5

Бесцеремонное поведение Корнелиуса меня немного покоробило. Мой дом – моя крепость. А в данном случае: моя комната – моя крепость. А он вошёл без предупреждения и стука. 

– Лишар, – так звали дворецкого, – сообщил мне, что ты здесь. Что-то случилось? – вопросительно посмотрел он вначале на меня, а потом на Даниэля. — С Василисой всё хорошо?

– Всё в полном порядке. Я здесь не с профессиональными целями, а по личному вопросу. Ты ведь не против, если Василиса завтра возьмёт небольшой выходной и я устрою ей экскурсию по городу? Свежий воздух и новые положительные впечатление очень полезны для её здоровья, – привёл железобетонные доводы Даниэль. 

– Против, – слишком резко ответил Корнелиус, причём так холодно, что даже показалось, будто температура в комнате понизилась на несколько градусов. – У меня завтра будут некоторые дела в городе. Встречаюсь с Сайденом. Василиса мне нужна на этой встрече. А потом, если это так важно для её здоровья, я могу показать ей город. 

Корнелиус

Визит Даниэля заставил встревожиться. Обычно друг не навещал пациентов без видимой причины. Тем более, по утверждению Лишара, он сразу же отправился в комнату Лисы. Возможно, он умолчал о чём-то важном, и со здоровьем девушки не всё так гладко. 

Мои небольшие целительские способности не давали возможности увидеть полную картину, но беглый осмотр показывал, что Лиса здорова. Что же я упустил из виду? В памяти всплыла картина девушки с синяками под глазами, бледной кожей и лихорадочной решимостью в глазах. Их блеск завораживал, заставлял остановиться. Даже тогда, будучи на пороге смерти, она не хотела сдаваться. Мне это импонировало в ней. 

Однако я не хотел бы, чтобы она вновь оказалась в этом прошлом. Не только потому, что само её существование и наличие уникального дара у девушки для меня бесценно. Хотя и это немаловажно. Но было что-то в ней необычное, необъяснимое, что цепляло и привлекало внимание. 

Наблюдая вчера за её попыткой разобраться в моей корреспонденции, я отметил про себя, что девушка упряма и сообразительна. А некоторые мысли, изложенные под описанием писем, оказались весьма дельными и толковыми. И если бы не ряд специфических обстоятельств, о которых она не знала, вполне могли бы сработать. Да и критику она восприняла на удивление невозмутимо!

Спокойная же и отстранённая реакция на как минимум невежливое поведение Виктории вызывала уважение и … удивление. 

Да, наверняка это именно то, что с каждым разом заставляет испытывать меня Лиса. Удивление!  

Удивление от того, что она вчера, как доложил мне Лишар, не бросилась первым дело в библиотеку, а отправилась на… кухню. Это было… необычно. 

И вот теперь я, как дурак, ворвавшийся без стука в спальню своей помощницы в страхе, что произошло что-то с её здоровьем, стою и выслушиваю фактическое признание своего друга в том, что он начал ухаживать за МОЕЙ помощницей. Не ожидал от него такого. 

Неприятное чувство, будто я рогоносец со стажем и застукал любовников на горячем, взбесило. А эти «миленькие» цветочки в стакане! Край! Не позволю в моём же доме делать из меня посмешище! Моё терпение лопнуло. Сила внутри взбунтовалась, подпитываемая внешней яростью, и с огромным трудом мне удалось её сдержать. Это напомнило, почему Лиса оказалась здесь, в моём дворце, и заставило немного остыть.