Король в моем плену

Глава 12. Не раскрывайте карты раньше времени

Как сладко было провести месяц о объятиях Рейса в уединении охотничьего домика! Близость затянула сродни помешательству – мы не могли насытиться друг другом. Любовь вспыхнула от одного поцелуя и ярко разгорелась в огне отчаянной потребности. Рейс стал тем, что я всю жизнь искала – надежной гаванью, куда можно было возвращаться, спасаясь от невзгод. В его глазах легко было почувствовать себя центром вселенной – принц смотрел на меня, как на чудо, на сбывшуюся мечту. С жадностью слушал рассказы о моей жизни, о другом мире. И ни разу, за целый месяц, ни единожды, не одернул меня, не приказал вести себя осторожней, не навязал свою волю. Страсть превратилась в любовь, столь глубокую, что семь лет разлуки, предательство и невеста не иссушили ее.

В тиши затерянного в лесной чащи домика мы клялись друг другу в вечной любви. Я целовала черные щекочущие ресницы, таяла в крепких объятиях. Плавилась в ощущении счастья, знакомого лишь тем, кто танцевал на краю бездны.

Клятвы о любви… Чего вы стоите, если лишь одна из сторон цепляется за вас до изодранного в клочки сердца? Слова, пророненные, глядя в черные глаза до сих пор жгут душу, прорастают сквозь сажу предательства зелеными ростками надежды.

Не знаю зачем, наверное воспоминания замутили разум. Приказала остановиться на отдых, хотя остался всего час пути. Рейсвальд спешился, поправил сбрую, подошел к телеге, переброситься парой слов с извозчиком и Миком.

Я тоже привязала Маруську и застыла, не смея решиться.

Ладно, пора быть немного смелой.

- Рейс, пройдем со мной на минутку полюбоваться на осенние красоты?

Король удивленно заломил бровь, но как всегда покорно проследовал, углубляясь в чащу. Под ногами хрустели ветви и шуршала листва. Грибы проклевывались тут и там алой шляпкой, усыпанной белыми пятнами. Мы шли, пока я не убедилась, что вокруг ни одной живой души. Округлая полянка, освещенная косыми солнечными лучами показалась самым подходящим местом. Тут пахло прелой листвой и мхом. Вдалеке закуковала кукушка, я по привычке начала считать и оборвала себя на середине. Хватит откладывать.

- Жди, - легко толкнула Рейса в грудь в сторону векового дуба.

С нижней ветки сорвался желудь, упал на плечо короля. Мы задрали голову, увидели серое тельце белки с пушистым хвостом, удирающей на верхушку.

Он отвернулся. Время.

С трепетом позволила личине рассосаться. Ушли зеленые выразительные глаза, открыв серые, с пушистыми ресницами. Лицо округлилось, а тело наоборот стало худым и угловатым, как у подростка. Исчезла пышная грудь, оставляя скромную девичью чуть поднимающую лиф, платье свободно повисло на истончившейся талии. Волосы посветлели до русого оттенка, остались длинными и густыми, полнясь магией.

Я стала собой – Евой. 

Рейсвальд молчал, прислонившись спиной к дереву, спрятав руки за спиной. Только задышал чаще и зрачки расширились. Могла поклясться – узнал. 

Мать-волшебница, какой он был красивый! В ореоле косых солнечных лучей, высокий, статный, с длиннющими ресницами, резко очерченными скулами и волевым подбородком. Как лесное божество, выступившее из дремучей чащи.

Я не могла оторвать взгляда от его губ. И тоже тяжело дышала, не сдерживая волнения. 

Показать себя настоящую, значило последовать совету Маросдиль - признаться Рейсу в любви. Закончить с театром одной актрисы, играющей в могущественную ведьму. Показать, что на самом деле я неприглядная попаданка, которую его величество любил на определенном отрезке карьеры.

- Великолепная госпожа, мне уже знаком этот образ, - мягко признался он.

Видел? Выходит, я тешила себя иллюзиями о том, что Рейсвальд в неведении относительно моей настоящей личности, а оказывается, все это время король отлично понимал, что это незадачливая бывшая приказывает чистить псарни в отместку за разрыв отношений…

- И что ты думаешь о нем? – тихо спросила, выискивая в прекрасном лице намек на эмоции, но Рейсвальд слишком хорошо их скрывал.

- Вы прекрасны в любом обличье, темнейшая госпожа, вам идет и образ роковой красавицы и скромной простушки…

На глаза навернулись слезы. Закрыла рот ладонью, спрятать подрагивающие губы. Пожалуй, я переоценила свои силы. Не подозревала, как будет больно под равнодушным взглядом. Он знал – и ничем не выдал себя. Не стал просить прощения за то, что бросил меня когда то одну в таверне. Не принялся оправдываться. Нейтральная фраза о внешности, вот и весь разговор.

Наверное, подобным способом короли избегают некрасивых сцен, устраиваемых бывшими. Все кристально ясно – он помнит о нашем прошлом в охотничьем домике, для него это прожитая страница давно закрытой книги.

Я все поняла и не буду больше позориться.

Подумать только, я и вправду надеялась, что он образумится, упадет на одно колено и тут же признается в любви… Заговорит о том, что искал меня все эти годы, любил непрестанно…

Сколько в одном человеке хранится глупости?

Отвернулась и бросила через плечо:

- Можешь возвращаться, Рейс, я присоединюсь к вам уже в деревне.

- Почему, госпожа? – не скрыв удивления, Рейс попытался меня остановить. – Я чем-то прогневил вас?

- Хватит! – закричала, сжав кулаки. – С меня достаточно! Убирайся, это приказ, ослушавшись который, разрушишь условие. Я не хочу больше слышать о том, что здесь произошло. Ни слова! Ясно?

Посмотрела на дрожащие руки, почувствовала, как закипает внутри магия, грозясь пролиться артефактом, на сей раз – последним.

Не дам эмоциям отобрать единственное, что позволяет сохранить надежду на лучшее. Магию не отдам. Буду думать о чем угодно, кроме Рейса. Что говорил Илстин?

«Дыши, дай чувствам заполнить тебя, предоставь им место в душе. А потом обрети контроль. Ты не гнев, ты не радость, ты – Эви.»