Королева вне канона

Глава 15. Рыцарский турнир

Церемониймейстер, как знаток подобных зрелищ и будущий герольд-ведущий руководил процессом подготовки. Принцев о веселье оповестили, ристалище подготовили. Деревянного забора показалось мало, и мы решили еще и антимагический поставить. Море времени на это ушло. Энты – Скромница и Ёжик патрулировали периметр. Меня эти двое слушались относительно, всё порывались одна кого-то раздеть, второй кому-то наподдать.

Посохом по периметру вырастила трибуны, палатки и ларьки для пирожков. Война войной, а обед по расписанию. Пришлось строить отдельные ложи для знатных особ, благородных дам и меня любимой. Так по правилам полагалось. Всюду флаги повесили, гербы участников на шатрах разместили, разве что розы не посадили: вместо них пришли из леса плотоядные кусты брусники. Начался стекаться народ. Краса не удержалась и озолотила себя, продавая билеты на турнир народу, так что зрителей собралось немеряно. Турнир завтра, а уже раскинули палаточный город. Не протолкнуться!

Дуфальт Грофт заставил заучить гербы и знаки каждого из участников турнира. С ужасом увидела среди участников герб Нетополя. А именно – королевской семьи. Этакий тополь высушенный и перевернутый. Если честно, больше всего герб похож на лужу крови раскинувшую щупальца. Брр!

— Брат участвует? — зачем? Почему? Как?

Краса заглянула через мое плечо. Изучила на герб. Задумчиво хмыкнула.

— Да, странно. Разве ему можно?

— Межродственные браки не запрещены, - сообщил как само собой разумеющееся Грофт, пожимая плечами.

Волосы встали дыбом. Такой расклад и в кошмарном сне не приснится!

— Не беспокойся, — беспечно хлопнула меня по плечу Краса, — твой храбрый рыцарь спасет свою королеву! — она указала на герб спящего черного дракона.

— Симпатичная ящерка, — сипло выдавила я, глотая горький ком. — Надо ему помочь меня спасти.

— А-то! — кровожадно улыбнулась подруга. — Поможем!

 

 В день турнира ристалище запестрело как цирковой шатер. Все, буквально все: принцы, рыцари, их оруженосцы, простолюдины, постарались одеться как можно ярче. Добавляем блеск стали на солнце – и глаза заслезятся и у вас.

Я должна была наблюдать за этой яркой пестротой со своего ложа, расположенного аж в пятнадцати метрах над землей. Нет, у меня не обострение ностальгии по болоту и башне, а простая паранойя. На этом она, кстати, не кончилась, в башне сидел манекен в платье, а я ограбила Агнес.

Девочка как обычно развлекала слушателей правдой о правде, когда её одежду утянуло в темный переулок. Выступление шута, не умеющего шутить, резко заинтересовало основную массу народа. Агнес не сразу поняла, в каком виде оказалась. А когда поняла и бросилась на защиту своей чести, я уже в костюме шута удалилась ближе к шатрам участников. Дабы придать лицу большую неузнаваемость, отняла у дамы из ложа пудру и помаду. С косметикой стала еще более неотразимой – кони и участники шарахались в шатры и дрожат от ужаса.

Вот теперь готова к встрече с воздыхателем.

Где же ты, Люциус? По мере продвижения рассматривала участников. Консервные банки в тканевых накидках поверх металла. Даже на конях попоны с гербом.  Подобные знаки заметила у всех, относящихся к участникам: пажах, конюхах, оруженосцах. Строгое деление на команды – не перепутаешь!

Заметила интересную картину. Сема в недоумении рассматривал платье, которое с себя сняла служанка. Судя по офигевшим замечаниям, девушка должна была отдать платок, ленту или рукав, на удачу, а не все платье! Забавно то, что Семион не мог отказаться от подарка и должен был привязать его к своему доспеху. Эта золой обсыпанная – эпицентр несчастий, которые переносятся на её окружение.

Иду дальше. Вергинда не видно. Зато увидела тыкву на четырех ножках и Джованни, втолковывающего о любви к овощам и любви овощей к людям трем в ужасе застывшим одногербовцам. Не удержалась, подошла ближе. Рассмотрела, как из огромного рта тыквы торчала нога. Обладатель ноги был жив и пытался выбраться, но тыква рычала и не пускала. На кустарном гербе гения Альдини нарисовал зубастый прообраз тыквы.

Не засвечивая свое величество, продолжила путь. А вот и Агрет Вариор на понюшке. Над ним смеялись, он пил, над ним всё ещё смеялись, а он пил. После третьей бутылки залпом, над ним уже не смеялись. Предложили четвертую, сделали ставки. Кто бы сомневался, его герб – бутылка.

О! Вот и шатер Люциуса. Зашла внутрь.

— Привет, секретное оружие! — а чего он так смотрит? — Я это, я!

Мужик в обморок собрался. Так дело не пойдёт! Дала понюхать соль, прочихаться. Он в отместку показал мне зеркало.

Ой! Красота – страшная сила, но моя красота – сила убийственная. Зато никто не узнал, ага.

— А Краса еще не пришла?

— Тут я, — раздалось из-за коня. — Накладываю все возможные щиты и вшиваю амулеты удачи.

Рыцарь, оказывается, обиделся на наше пренебрежение к его собственным силам:

— Моя кор… госпожа Милада, моей силы и умений в боях будет достаточно для победы.

— Люци, я тебе верю, — сказала я ему с улыбкой. С помадой в пол лица лыба вышла крайне неприятной, даже у Вергинда волосы зашевелились. Слышу хмыканье подружки занятой конем. — Скажи, рыцарь – честен? Благороден? Доблестен?  

— Да, госпожа Милада.

— А наши недруги, рыцари?

— Нет, госпожа Милада, — понимает он, к чему я веду и хмурится.

— И среди них есть маг. Поэтому, побережём твою голову и жизнь. – С этими словами я сняла шутовской колпак. Вытащила из волос яблоневую палочку и, обернув посохом, вырастила деревянные латы, по которым расползлись символы крепости, защиты и лечения.



Елена Троицкая

Отредактировано: 10.09.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться