Корона

Размер шрифта: - +

1 глава

После похорон Луи де Шамптера, его сын подал прошение королю о недолгом отъезде в родовой замок для решения кое-каких финансовых вопросов, оставшихся за поместьем после внезапной кончины королевского советника. Получив одобрение короля, новоиспеченный герцог де Шамптер незамедлительно покинул столицу.

Королевский дворец погрузился в траурное скорбное молчание, все мероприятия на ближайшие две недели были отменены, а королевскую бело-синюю гамму сменили черные флаги с расправившим крылья орлом — гербом фамилии де Шамптер. Союз пяти герцогов, сам король, принцесса и все люди, кто знал и уважал герцога Луи де Шамптера, облачились чёрное одеяние, чтобы принести дань уважения погибшему товарищу и сослуживцу.

 

 

Королевский замок, находился на окраине столицы и был расположен на другом берегу небольшой речушки. Основанный еще далеким предком принцессы Меридеи славным воином Ферином Завоевателем, служил своему хозяину и его народу исключительно в качестве оборонительной крепости.

Позже, когда время Великих Войн прошло, замок утратил свое первоначальное предназначение: вместо массивных крепостных стен появились парки и сады, стены и башни стали тоньше и изящнее, а полноводная река, служившая когда-то рвом вокруг замка, совсем обмельчала, но не потеряла своего очарования.

Сад, окружавший замок, был разбит принцессой Лиреей — правнучкой Ферина Завоевателя. С тех пор это место стало любимым для всех знатных дам, принцесс и королев. И, как ни странно, местом погребения тех же принцесс и королев. Каменные склепы среди вечно зеленых благоухающих северных цветов.

 

Меридея, накинув на плечи тяжелый светлый плащ, отделанный белоснежным мехом, бесцельно гуляла по саду. Удушливое ощущение смерти витало в каждом уголке дворца, казалось почти осязаемым и каменной глыбой давило на плечи, делая пребывание в собственном доме неуютным и тоскливым.

Выйдя на более узкую, петляющую между деревьев, грунтованную дорожку, Меридея оказалась напротив кованной чугунной двери, с изображениями четырех богов Севера. Надпись на камне, поверх двери, была сделана на старинном южном диалекте, что немало удивило девушку — южных принцесс, ставших королевами северных земель, было мало — короли Севера недолюбливали, а порой, и ненавидели королей Юга. Те, в свою очередь, отвечали им взаимной неприязнью, что выливалось в итоге в долгую и кровопролитную войну. Именно поэтому, короли Севера предпочитали брать себе в жены девиц из знатных северных родов. В крайнем случае — принцесс с западных Ветреных степей.

 

Внутри склеп оказался небольшим, тускло освещенный факелами. На каменных стенах высекались значимые героические сцены из жизни усопшего, сопровождаемые хвалебными одами, призванными воспеть величие и славу на старинном северном диалекте. Здесь же было все совсем иначе — диалект был южным, а покойник, вернее, покойница, вместо того, чтобы лежать внутри каменного саркофага, лежала на нем, накрытая белой газовой тканью, забальзамированная и усыпанная южными цветами, создавая впечатление спящего человека.

Подойдя ближе, Меридея разглядела молодую женщину, с длинными платиновыми кудрями, изящными утонченными чертами лица, плавным изгибом губ, длинными пушистыми ресницами и белой, как снег, кожей.

Женщина была облачена в пепельно-розовое платье, расшитое золотой нитью и жемчугом — на манер южных одеяний. В руках у покойницы был букет белых лилий. На самом склепе и у его подножия все было выложено желтыми и белыми цветами. Цветы были не северными — такие нежные просто не смогли бы вырасти в условиях сурового холодного климата. Однако, они были свежими — на них сохранились капли застывшей росы.

Проведя носком маленькой туфельки по каменному полу, Меридея заметила сеть рун, оплетающих саркофаг. Это были защитные заклинания, создающие своеобразный едва заметно мерцающий купол.

 

— Это королева Августа, — раздался за спиной принцессы глубокий тихий баритон.

Меридея вздрогнула и обернулась.

 

Позади нее стоял король Никлаус, который, сцепив руки на груди, устало привалился могучим телом к каменной стене. Взгляд теплых карих глаз, всегда таких необычайно живых и добродушных, сейчас был безжизненно-печальным. Лицо мужчины застыло в скорбной задумчивости.

 

— Королева Августа, — повторил он тихо, — моя единственная жена, женщина, которую я любил безмерно. И твоя мама. Она покинула этот мир, давая жизнь тебе, без малого, девятнадцать лет тому назад. Прошло так много времени, а я до сих пор помню тот день.

 

— Какой она была? — Меридея стояла вполоборота к отцу, чтобы одновременно видеть и его, и свою мать.

 

— Она была, — король печально улыбнулся,словно вспоминая, — необычайно доброй женщиной. Мудрой, да. С безграничной живостью души. И с хваленным южным темпераментом, куда же без него. Я часто прихожу сюда в минуты печали. Ищу утешения и спрашиваю совета. И, можешь посчитать меня чокнувшимся на старости лет королем, но это действительно помогает.

 

Меридея тихо рассмеялась. Она знала свою мать из рассказов мадам Рейн, абатиссой монастыря в Порт-Ривере, вырастившей ее. Та необычайно точно и очень остроумно описывала ее. Так, словно простая монахиня из богами забытого места была действительно близко знакома с королевой.

 

— Ты на нее очень похожа, — заметил мужчина, — хотя цвет волос и темперамент тебе достался явно от ее матери, твоей бабушки герцогини Эрин Хилл-де-гард. Та была самая, что ни на есть чистокровная южанка. Вот кто-кто, а она то за словом в карман не лезла. Любила крепко высказаться, по поводу и без оного. И тем не менее, это была одна из самых утонченных и умных леди, которых мне приходилось видеть.

 

Отец и дочь еще долго стояли в приятном полумраке, слушая тишину, нарушаемую лишь потрескиванием факелов и щебетанием птиц где-то в саду за стенами склепа.



Elisabeth Garnier

Отредактировано: 07.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться