Корона

Размер шрифта: - +

2 глава

Карета быстро мчалась по устланной снегом и льдом широкой гладкой дороге, унося путников все дальше и дальше от столицы на самый север королевства. 

Доминик, сидевший напротив принцессы, отодвинул темную шторку, с интересом разглядывая приближающуюся кромку леса.

- А почему Тихий Лес назван именно Тихим?

- Еще до Ферина Завоевателя и после него в этом лесу хоронили павших воинов. Вскоре это стало традицией, а так как, чтобы не беспокоить мертвых, которые, как известно, спят некрепко, нужно сохранять молчание. Поэтому лес назван Тихим.

- Пробудившиеся мертвецы это еще не так страшно, как нириады в Восточном лесу. – Доминик передернул плечами.

- Ты с ними встречался?

- Нет, слава богам, - Юноша торопливо начертил в воздухе две защитные руны в области головы и сердца. – Но мой близкий друг – да. Говорит, врагу такого не пожелаешь.

 

На несколько мгновений в карете повисла тишина. Принцесса с восхищением разглядывала проносящиеся мимо пейзажи, а маркиз де Лоран дёргал край дорожного плаща и что-то шептал одними губами, исподлобья разглядывая принцессу.

 

  • - Ваше Высочество, как так получилось, что дочь короля все эти годы жила в монастыре? Разве принцессы обучаются не при дворе?

 

  • - У нас с отцом были основания полагать, что смерть моей матери была не случайна. Кому то нужна была ее гибель. - Принцесса дернула плечом. - Я не знаю, всех подробностей. Время покрыло молчанием эту историю. Но отец, испугавшись потерять и меня, отдал своего своего ребенка на воспитание в монастырь, к мадам Рейн.
  •  
  • - А вы знали, кем вы являетесь?

 

  • - Да. С самого детства я ничем не выделялась среди других воспитанниц, но меня воспитывали строже, как будущую королеву.

 

  • - И король не боялся, что воспитанницы или монахини могут проболтаться, что, мол, среди них растет наследница, когда по всей стране был траур по королеве и ее ребенке?

 

  • - Монахини и воспитанницы связаны Клятвой молчания. А мадам Рейн мой отец верит как себе самому. 

 

Остаток пути они ехали молча. Каждый думал о чем-то своем. За окном стремительно проносились снежные бугры, да зеленые пушистые ветви деревьев.

Через несколько часов карета начала сбавлять ход и на холме, показался расплывчатый вид каменных массивных стен монастыря.

У ворот их встречали две монахини, они стояли возле кареты, разглядывая путников с нечитаемым выражением лица. 
Как только принцесса выбралась из кареты, отряхнув помятое после долгой дороги, тяжелое платье, монахиня, та, что была старше, первой заговорила с Меридеей, представившись Гельдой, помощницей настоятельницы монастыря – мадам Мари Рейн.

- Мы рады вас вновь видеть, Ваше Высочество. Надеюсь, вы добрались благополучно.

- Спасибо, мадам Гельда, все хорошо. Это мой сопровождающий маркиз де Лоран.

 Женщина скользнула незаинтересованным взглядом по фигуре юноши, кивнула и вновь заговорила с принцессой. 

- Мадам Рейн уже оповестили о вашем приезде. Она ждет вас у себя. Прошу за мной.

 

В полутемном кабинете главной настоятельницы монастыря пахло сухим деревом и травами. Горело множество свечей, хотя за окном только-только начало смеркаться. Возможно, здесь даже днем было темно из-за маленьких окон, так как этот монастырь имел в большей степени оборонительную функцию: толстые стены, маленькие окна и внушительных размеров двери с тяжеленными засовами – все это придавало ему первозданное очарование дикого севера, каким он был во времена Ферина Завоевателя. Пожалуй, сам монастырь сохранился с тех самых незапамятных времен.

Тихо скрипнула неприметная дверь, ведущая в одну из небольших комнаток, и в помещении показалась статная женщина лет сорока пяти с тусклыми серыми глазами и светло-русыми волосами. Ее лицо было самым обыкновенным, неприметным, с сухими, строгими чертами лица.

Но когда мадам Рейн начинала говорить, то голос ее был необычайно приятным, а движения - плавными.  Мадам Рейн, быть может, была лишена красоты и магии, но остроумие, харизма и блестящий ум покрывали сполна ее недостатки. 

- Тея, - ласково улыбнулась женщина, заметив на пороге свою воспитанницу, - как же я рада тебя видеть! 
 

В ее объятиях вмиг очутилась темная вихрастая макушка юной принцессы, которая была ниже ее на целую голову.

- Я очень переживала за тебя. – Мадам Рейн отстранила от себя девушку и внимательно разглядывала Меридею, искренне улыбнувшись краешком тонких губ.
Заметив неловкое топтание молодого маркиза рядом с дверью, она приветливо кивнула ему головой.

- Тея, не представишь мне своего спутника?

- Кхм, да, прошу прощения, где же мои манеры. Маркиз Доминик де Лоран, мадам Рейн. 

- Вы сын Вильгельма, герцога Риверского, не так ли?

- Верно, мадам Рейн, - Доминик смущенно кивнул и почесал кончик носа.

 Радостным вихрем в комнату ворвалась Изабелла, с восторженно-задушенным писком она бросилась к принцессе. В ореховых глазах семнадцатилетней девушки плескалось безграничное счастье и обожание. Она обвила тонкими ручками ее шею и радостно приникла к ней, не переставая щебетать.

Присутствие постороннего человека в помещении в лице маркиза де Лорана несколько смутило застенчивую по своей натуре Изабеллу, но нисколько не уменьшило ее радости и восторга от долгожданной встречи с сестрой. 

 

После скромного ужина, мадам Рейн отпустила Изабеллу прогуляться по территории монастыря вместе с Меридеей и Домиником. 

 Живой и общительный отпрыск герцога Риверского, без умолку болтал, развлекая дам веселыми историями из своей жизни.
- … И мой друг, про которого вы уже сто раз слышали, всегда такой спокойный и уравновешенный, вдруг встал и как припечатал его парой-тройкой крепких выражений. Вот умора была! Он до сих пор с неохотой вспоминает тот случай. 



Elisabeth Garnier

Отредактировано: 07.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться