Корона Весны

Глава 7. Весенние гости

Замок гудел, как улей. Еще бы! Не всё же детям Зимы страдать!

Позор Королевы Эллы на «прощании сезона» не перечеркнул декабрьский провал Зимнего Дворца, однако сгладил «пепельную» катастрофу. Все мечтали посмотреть, как поведет себя Повелительница Весны в гостях у Короля Инэя. Почти все. У Мари от сплетен болела голова. Бесконечное жужжание вызывало желание подставить висок под струю ледяной воды.

Рассказывали, вместо теплого восточного ветра, узор которого плела Элла Флорана на крыше Весеннего Дворца, налетели ледяные порывы, разогнав гостей. Королева пришла в ярость, топала и грозилась поквитаться с обидчиками. Угрозы никого не впечатлили. Неприятное происшествие пошатнуло и без того слабый авторитет Повелительницы.

Впрочем, бесновалась Элла не одна.

- Фальда Сильвана чуть от злости не лопнула! Кричала на Хэмиша Альву. Мол, теперь вся канцелярия Зимнего Дворца под подозрением. Нужно срочно проверять кубы на крыше. Но зу Альва сказал, что только идиот стал бы манипулировать погодой в Замке.

За завтраком в сиротском доме по традиции солировала Гайта Лим. Она прислуживала на этажах клана Дората и видела многое, недоступное другим стихийникам. Вот и сегодня делилась последними новостями, наслаждаясь осведомленностью.

- Ох, а как Королева Северина ругалась! На Рофуса Сильвану. Будто он виноват в неудаче Эллы. Несуразность какая-то…

Гайта недоуменно наморщила лоб, а Мари усмехнулась.

Рофус Сильвана еще как виноват. Именно он помогал паучихе в прошлом году достать яд для Короля Мартэна и, наверняка, поддерживал связь с вдовой. Интересно, Король Инэй с лучшим другом продвинулись в разгадке тайны, как Элла попала в цепкие лапы старой перечницы? Вряд ли. Иначе подарили бы этот козырь Весте.

Мысль об учителе и Принцессе Весны отозвалась в душе горечью. Красивая пара в воображении закружилась на фоне полыхающих костров, но Мари безжалостно разрушила иллюзию, не дав ей обрести краски. Нет! Нельзя считать Грэма убийцей Апрелии. Пока не появятся более веские доказательства, чем глупые сплетни старых кумушек.

- Ситэрра, где ты витаешь, а?!

От громкого окрика стражника Бо Орфи Мари подскочила на жестком стуле и ударилась коленкой о столешницу. А заодно и чай пролила на руки. К счастью, не горячий.

- Зу Орфи! – возмутилась она, вытирая ладони салфетками под злорадное хихиканье Гайты и остальных.

- Собирайся, живо! – приказал Бо, не обращая внимания на недовольство юной подружки, чего прежде за ним не водилось. Выглядел он странно – взмокший, всклоченный, борода дрожит. Наверняка, бежал сюда по лестнице, а не шагал степенно, как обычно. - Тебе велено явиться в Королевскую свиту. Давай, девочка! Одна нога здесь, другая там! Иначе с меня голову снимут. Весенняя делегация вот-вот прибудет!

- Ничего, подождет Ее Величество, - проворчала Мари, поднимаясь из-за стола нарочито медленно.

Подумаешь! Это раньше во Дворце боялись дурно отзываться о Королеве-матери. Теперь даже в низах не стеснялись сплетничать. Дочь Зимы собралась еще и пролитый чай со стола вытереть, но стражник вцепился в локоть.

- Причем тут Королева-мать! Тебя срочно требует Король Инэй! А он не любит ждать!

Мари открыла рот и сразу закрыла. Вихрем умчалась в спальню – переодеваться. Приказ Его Величества менял ситуацию в корне. Но, святое небо, зачем ему понадобилась подданная, накануне испортившая важной гостье всю малину? Или Король устраивает проверку самой Мари? Дрогнет – не дрогнет? С Дората станется.

Стихийница так торопилась скинуть домашнее платье, что цепочка кулона зацепилась за ворот и чуть не порвалась. Несмотря на совет Корделии Ловерты, Мари носила Весенний цветок на шее. Это превратилось в навязчивую идею. Она внушила себе, что, расставшись с подснежником, всенепременно накликает беду.

 

****

Инэй Дората ждал гостей в Зеркальном зале. Без матушки и других высокопоставленных обитателей Замка. Слева застыли секретарь Витт Мурэ и его младший брат Ульх, с которым Мари работала в канцелярии. Король стоял, заложив руки за спину. Лицо напоминало маску. Ни единой эмоции не прочесть. В синих глазах отражались привычные айсберги. Однако было в холодном безразличии нечто величественное. Инэй напомнил самого себя в ночь, когда по стране сыпался прощальный подарок Игана Эрслы. От неподвижной белой фигуры исходила мощь, показывая, в чем отличие Повелителя Зимы от представителей именитых кланов, крутящихся у трона.

Мари поклонилась Королю, приложив правую руку к левому плечу, встала рядом с Ульхом и вытянулась струной. Братья Мурэ не шевелились. Витт не отрывал взгляда от Повелителя, готовый действовать от едва заметного движения головы или руки. Мари подумала, что он похож на Инэя. Не внешне, нет. Такой же красивый и холодный.

По Зеркалу прошла рябь, смывая отражение белоснежного зала, и Мари прошиб озноб. Вдруг однажды Элла выяснит, кто сорвал «прощание сезона»? Дочь Зимы и раньше попадала в немилость Королевским особам. Но своим, ценившим ее потенциал. Для Королевы Весны юная неприятельница – препятствие, которое можно уничтожить без сожалений.

Ох, и за что небо подарило безродной сироте первую степень силы?



Анна Бахтиярова

Отредактировано: 18.05.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться