Короны и коровы

Короны и коровы

- Доброе утро, Ваше Величество!

Гора одеял зашевелилась, и из-под нее донеслось недовольное:

- В бездну утро! У меня еще ночь!

Министр и Ее величество переглянулись, и королева увещевающим тоном продолжила:

- Дорогой супруг, в такой великий день совершенно невозможно оставаться в постели, когда наша страна и наши подданные…

- Чтоб вас всех, я готов прямо сейчас отречься от престола, только бы меня оставили в покое!

К беседе с готовностью присоединился еще один родственник:

- Дорогой брат, у меня как раз случайно оказались с собой необходимые документы, подпиши вот здесь…

- Все таскаешь с собой свои бумажонки? А тебе корона наглую лысину не натрет? Все вон, встаю я, встаю…

Главная трагедия империи и лично императора заключалась в том, что последний по биологическим часам был истинной совой, и это обстоятельство немало портило жизнь как самому Величеству, так и его ближайшему окружению. Но если в обычные  дни Динерию Седьмому как-то удавалось добиться компромисса от несговорчивых чиновников, то в пятый день весенней луны даже боги не могли ему помочь, ведь в столице заканчивались последние приготовления к празднованию Столетия Независимости княжества Сольса.

 

- Позор какой-то, а не праздник, - ворчал престарелый канцлер. – Во всех нормальных странах благопристойно отмечают годовщину победы или, на худой конец, коронации, а мы, стыдно сказать, пьем за поражение и отделение от империи целого княжества! Где это видано, чтобы такое праздновали? А этим дай только повод…

- Лично я считаю великой милостью то, что мы сумели вовремя избавиться от сольских нахлебников, - возразил министр финансов. – Вы даже представить себе не можете, сколько денег по отчетам уходило ежегодно на дипломатические обеды их князя. Одного красного вина хватило бы, чтоб отпраздновать десяток-другой коронаций.

- Ваша правда, господин министр, ваша  правда.

Канцлер как раз хотел воспользоваться удобным моментом и тактично перевести разговор на упомянутое вино, но неожиданно двери тронного зала распахнулись, и в них почти вкатился юноша довольно помятого вида, сопровождаемый дворцовой стражей в лице ее командира.

- Мне срочно нужно к Его Величеству, пустите! – потребовал молодой человек, размахивая тетрадью в кожаном переплете. – Вам не задушить прогресс!

- А вы, простите, кто? – устало поинтересовался канцлер, осознав, что из-за гостя с перспективой дегустации вина придется временно попрощаться.

- Я механик, господин, и я хотел бы рассказать о своем открытии!

- Тьфу, - поморщился канцлер и на всякий случай перекрестился. – Маг, что ли?

- Не имею никакого отношения к этим чудакам, - обиделся новоявленный механик, на время даже перестав отбиваться от упорствующего стражника. – Я честный инженер и рассчитываю только на собственные силы и законы природы. Ну, и на золото императора.

- Откуда ты такой явился? – теперь и министр финансов был заинтересован, так как на золото императора у него были свои виды. – И о каком изобретении идет речь?

- Я родом из села на окраине империи, ну, мы там с отцом живем, вот он меня и послал в столицу, чтобы я вам показал наш летательный аппарат, - гордо заявил полный надежд инженер.

- Э, вот как. Ну что ж, тебя сейчас проведут на кухню, там поешь, отдохни с дороги, а император тебя позовет, когда освободится. Не забывай, сегодня великий праздник – Сто лет Независимости! А кстати, как тебя зовут, юноша?

- Нико Зарич, господин! – только и успел крикнуть владелец летательного аппарата перед тем, как его уволокли из зала.

 

На дворцовой кухне было тепло, уютно и накурено. За последнее были ответственны командир стражи, по совместительству генерал армии, и некий субъект невнятного возраста, пола и вида, гордо именующий себя менестрелем и жалобно хрипящий в ответ на просьбы исполнить что-нибудь «для души».

 - Ах, бедняжка, ну надо же, простыл в такую жару, - причитала главная кухарка над бардом, почти насильно вливая ему в горло какой-то терпкий отвар.

- А я бы его  лучше глитвейнчиком полечил, - посоветовал начальник стражи, получив за это признательный взгляд больного.

- Глинтвейн – это прошлый век, - уверенно заявил механик, примостившийся на краю лавки с кружкой чая и своей неизменной тетрадкой в качестве веера. – Я рекомендую грибную настойку. Если ее хорошенько подогреть, то она творит чудеса.

- Не сомневаюсь, - хмыкнула кухарка, на всякий случай задвигая под стол корзину свежесобранных опят. Из-под стола раздался недовольный лай.  – После таких настоек, наверное, и на луну слетать – что до ветру сходить.

- Я бы попросил! – возмутился юноша. – Вот увидите, как только появится доброволец для полетов – я тут же продемонстрирую вам, чего достиг технический прогресс!

- А чего же сам не пробуешь? Или поджилки трясутся? – ухмыльнулся генерал.

- Мне необходимо быть на земле для описания эксперимента, - угрюмо ответил мастер. – И вообще, я высоты боюсь.

- Интересно… - протянул генерал, но продолжить не успел, так как в дверь постучали, и через мгновение на пороге появилась молодая женщина в грязных башмаках.

- Здесь принц не пробегал? – обеспокоенно спросила она. – Или император?

- Принцы не бегают, и императоры тем более! – поправил ее начальник стражи. – Вы по какому вопросу их ищите?

- Да этот мерзавец, принц наш наследный, сегодня у меня на сеновале ночевал и…

- Пожалуйста, давайте без подробностей, - махнул рукой генерал. – Он вас обесчестил?

- Да если бы, господин Сардукар, если бы! Его Высочество вчера с кузенами так надра… простите, вина молодого перекушали… так утром я пошла корову доить, а там Его Высочество в непотребном виде на сене лежит. Так я ж сначала не узнала и обругала его, как могла, а он, негодяй, на мою коровку, девоньку родимую, вскочил да через забор, только его и видели! А Ромашка моя молодая, неопытная, что ж с ней теперь будет!



Инна Черкашина

Отредактировано: 02.12.2016

Добавить в библиотеку


Пожаловаться