Кошки-мышки. Трудная любовь 2

Размер шрифта: - +

Глава 11. На память. (Часть 6)

***

Все самые важные вещи Шура перенесла из своей комнаты, в гримерку. Так как Шура многие экзамены автоматом сдала, то ее учителя завалили новой практической работой для подготовки к майским зачетам. Единственный экзамен, который у Шуры не получился, это был у ректора Даниила. Но  о задании ректора Шура не вспоминала. Все ее мысли занимал Герман.

В телефоне Шура нашла два пропущенных звонка от Германа и всего одно эсэмес: «Как дела? Я тренируюсь. Жду на гонки».

Гонки должны начаться через два дня. А наказание Шуры еще не закончилось. Даже если бы Шура и пожертвовала законным выходным на восьмое марта, то разумеется, ее никто домой не отпустил бы!

Шура в панике думала, как ей исправить положение. Как ей сейчас не хватало новой миссии!

До Германа она не смогла дозвониться. Но написала ему ответ: «Все хорошо. Постараюсь попасть».

Через некоторое время она увидела, что он прислал ей смайлик одобрения. И на этом все. «Даже не перезвонил!»- поразилась она. – «Может, занят? У него тоже скоро ОГЭ…»

Утром, после занятия с Силентом, Шуру пригласил к себе Руссаковский. Шура подумала, что сейчас хорошая возможность отпроситься у него на гонки Германа. Тем более, ректору ее исполнение задания на миссии понравилось. Но видно, удача решила Шуре показать свои зубы.

Руссаковский явно радушием не дышал. Он стоял, с несвойственно ему серьезным выражением лица, руки держал в карманах брюк, и глядел в окно на цветущие розы. Шура поздоровалась и присела около стола учителя.

— Какой ты урок вынесла для себя в камере «молчания»? — спросил ректор.

Шура пожала плечами. Она так и не поняла за что попала туда. Лицо Руссаковского стало больше печальным, нежели суровым. А Шура подметила:

— Меня наградили за то, что я возродила справедливость в школе. А из-за Рэм – наказали. Разве Рэм неприкосновенная? Ведь я узнала бы всю правду!

— Поверь, правда ничего не дала бы тебе, — Руссаковский отошел от окна и сел напротив Шуры. — Нельзя злоупотреблять такой силой. Магия Света может дать отпор, сильный отпор, если ты окажешься неправа или используешь силу зря. А ты зря начала проверять Рэм.

Шуру больно ранили слова ректора. Ведь ей иногда казалось, что он всегда на ее стороне. Она совсем забыла, что Руссаковский может быть только на своем берегу…

— Не зря, — выдавила Шура сквозь зубы. — Она - дрянь.

Ректор вяло ухмыльнулся.

— Не могу судить о ее девичьих качествах, но воин она хороший. Специально – она не предаст.

— Откуда вам знать?! — прокричала Шура. — Рэм ненавидит меня и не простила Грацию за то, что она дружила со мной!

— Никто из Регби никогда не подставит, когда на кону их имидж. Они слишком честолюбивы. Но в этом и их самая большая слабость. Только я тебе этого не говорил, — Руссаковский помолчал и добавил: — До следующего года я не разрешаю тебе кого-либо вызывать на дуэль. Даже на самую безобидную.

— Ну почему? — Возмутилась Шура. — Помнится, раньше вы были не против. Сами про Вихря мне рассказали…

Руссаковский снова поднялся и протяжно ответил:

— Вихрь знал на что идет. А ты не понимаешь даже. Чтобы такое вершить – надо знать закон «бумеранга». Вот если бы ты довела свое заклинание дуэли «Возмездия», а выяснилось бы, что не из-за Рэм погибла Грация… Досталось бы тебе и темному магу. Жрец узнал бы о таком браслете и все самые сильные маги и охотники за реликвиями стали бы искать тебя. Готова ли ты к такому исходу?

Шуру пронзил холод и она поежилась.

— Нет, — осознала она.

Руссаковский облегченно вздохнул, и взгляд его стал немного капризным.

— Ну все, я на тебя достаточно потратил своего личного времени. Можешь возвращаться к наказанию.

— К наказанию? — расстроилась Шура.

— Да, к мытью полов или чем ты там занимаешься…

Шура закрыла глаза, понимая, что напрасно сейчас будет просить ректора, но решительно заговорила:

— Я думала у вас отпроситься на гонки…

— Какие гонки? — изумился он. — Ты в своем уме? Как я могу тебя отпустить? Чтобы опять школота считала меня неприличным человеком? Я и так терплю этих глупых девчонок, у которых в уме одни пошлости.

— Вы сами сказали, что я хорошо выполнила ваше задание, — отчаянно напомнила ему Шура. Руссаковский, закатив глаза, проскулил:

— Ну за что мне все это? Почему мне хочется ее пожалеть? — обращался он к небу и фыркнул: — Все это мамичкина кровь, будь она неладна!

Шура уже обрадовалась своей маленькой победе, как от него услышала:

— Хорошо, твое задание как раз закончится перед восьмым марта. Помнится, на Земле Врат для женщин это главный праздник?



Маргарита Смирновская

Отредактировано: 01.12.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться