Кошки-Мышки. Трудная любовь

Font size: - +

Глава 7. Посвящение

 

Утром Шура обнаружила подарок от мамы. В большой голубой коробке оказалась новая школьная форма. Шура от изумления и восхищения даже дар речи потеряла. Форма была прекрасной. Платье глубокого серого цвета и сверху синий длинный пиджак в форме плаща с широкими рукавами. Дорогая ткань формы переливалась на солнце. На груди платья и пиджака красовался вышитый значок военной школы. На значке сверкала латинская цифра «один».

– Ура! – запрыгала юная волшебница и услышала через дверь голос мамы:

– Одевайся, сегодня твой первый день…

Шура не заставила маму ждать и мигом влезла в платье, которое сидело на ней идеально. Шуре магическая одежда шла куда больше вещей обычных людей. В ней она окрылялась, выпрямлялась и чувствовала себя как рыба в воде.

Бывает так, что маленькие приятности могут сделать нас самыми счастливыми на свете. Именно так можно было сказать про Шуру. Мама сделала ей подарок! Душа ликовала. Сердце пело и хотелось танцевать… Шура выбежала на террасу, где Сиана уже разложила приготовленный завтрак: бутерброды с клюквенным вареньем, творог с приправами и травяной домашний энергетик –для того, чтобы Шура не свалилась в глубокий сон к полудню.

– Спасибо, мамочка! – Шура сжала Сиану в объятиях. – Я самая счастливая! Ты лучшая из всех мам!

– Я лучшая, но не потому что купила тебе форму, – заметила Сиана, хотя Шура была так счастлива именно из-за новой формы – ведь теперь она не будет выделяться. Наверняка там у всех примерно одинаковые старые, потрепанные книги, невзрачные школьные принадлежности.

– Объясни мне, почему ты не стала проходить все этапы школьного экзамена? – за завтраком спросила ее Сиана.

Шура не ожидала такого вопроса.

– Потому что я твоя дочь и хочу все делать, как ты, – честно призналась она.

Сиана удивилась и медленно спросила:

– Разве я поступала так?

– Мазай сказал…

– Шура, – прервала ее Сиана. – Школьные экзамены я сдавала исправно. Его экзамены я не хотела сдавать. Это мне казалось пустой тратой времени. Лишь позже я поняла, что важно пройти через препятствия под присмотром взрослых, чтобы не получать опыт на собственном горбу. – Сиана умолкла, но через мгновение добавила:– Не делай больше таких глупостей.

Шуре сразу вспомнился Герман, и она повторила его слова:

– А другие глупости можно делать?

Сиана строго взглянула на дочь, и та пролепетала:

– Извини…Я … – и тут она вспомнила о «главном». – Я могу у тебя попросить… Я хочу быть в школе главной…

Выражение лица Сианы стало заинтересованным, и она осведомилась:

– Каким образом?

– Разберусь, но для этого мне нужен телефон.

– Зачем тебе арийская связь? И кому она там может кроме тебя понадобиться? Это школа волшебников, а не интернат!

– Мам! – Шура отложила ложку с творогом. –Я разберусь! Мне нужен телефон! – потребовала Шура, понимая, что Сиана вряд ли сдастся.

– Это невозможно. Существуют правила школы, – холодно возразила Сиана, подвинув к дочери ее тарелку.

– Правила существуют для того, чтобы их нарушать! – процитировала она Макса. – Мам!

– Нет.

– Неужели тебе трудно исполнить мою просьбу?! – в отчаянии крикнула Шура.

– Зачем тебе телефон, если там нет возможности даже его зарядить? Там нет арийкой связи.

– Я разберусь!

Сиана медленно пила чай, смотря в пространство, и Шура, видя ее непреклонность, добавила:

–Там фотки… мам!

– Это не аргумент.

– Аргумент! Я жила с ними! Там моя жизнь.

– В нашем Мире твоя жизнь! – холодным голосом поправила ее Сиана.

Шуру это сильно задело, и,выскочив из-за стола,она с болью прокричала:

– Я жила с ними! Как бы я тебя ни любила, но с ними моя жизнь! Ты никогда меня не понимала и не поймешь! Потому что… Я там, а ты здесь!

Шура убежала в свою комнату и рухнула с рыданиями на кровать. Сейчас она проговорила то, что накопилось за эти годы. Мама ее не знала. Она не понимала, как дороги ей люди, которые все это время ее принимали, словно родную. Пусть они слабые или почти не волшебники, но, тем не менее, они добрые и лучшие во всей Вселенной. У них нет этих запретов, тайн от нее. Они стали с ней полноценно открытыми, когда мама только и делает, что умалчивает о своей жизни, работе. Только и слышишь от нее: «Откуда тебе знать… ты даже понятия не имеешь…да что ты знаешь об этом…». А как узнать или понять, если она не рассказывает? Она только просит слушаться и принимать все как ни в чем не бывало. Даже имя отца не называла!



Маргарита Смирновская

Edited: 02.08.2018

Add to Library


Complain