Красавец для чудовища

Размер шрифта: - +

Синьорина

— Сеньорина Широковва, — белозубо улыбался Джакомо Северини, сотрудник посольства и юрист, как обычно картавя и неправильно расставляя ударения в ее имени. Он провёл Ингу в свой кабинет, где у низенького кофейного столика их уже ожидала компания из двух мужчин и довольно моложавой женщины сильно за шестьдесят. С женщиной она уже встречалась — это переводчик-синхронист, Алла Матвеевна. А вот все остальные присутствующие оказались незнакомцами.

При виде Инги мужчины привстали, заискрились европейскими улыбками. Вот интересные эти иностранцы. Французы небрежны. На любой встрече их много. Они жестикулируют, отбрасывают шуточки, явно смешивая деловое с личным. Американцы холодны как акулы. Ледяная приветливость и внимательный колкий взгляд – это их визитная карточка. Инга отличит американца-дельца в любой компании. Испанцы очень близки с нашими предпринимателями: отдают работе внимания ровно столько, сколько требуется, чтобы достичь взаимопонимания. Делают это виртуозно, но не поддаются какому-либо форматированию или систематизации.

Итальянцы – это гремучая смесь всего вышеперечисленного. Они одной рукой могут подписывать многомиллионный контракт, а другой поглаживать коленку симпатичной секретарше.

Вот и сейчас, точно понимая, что Джакомо представил её исключительно с профессиональной точки зрения, отпустив (максимум) замечание, что она ещё и чертовски привлекательна, итальянцы, наскоро забыв о причине встречи, уставились на её грудь.

Тут Инга самодовольно ухмыльнулась про себя: ни черта они там не увидят. Такой поворот был предусмотрен и заранее минимизирован деловой блузкой. Она мысленно поаплодировала себе и протянула руку ближайшему гостю.

— Добрый день, — поприветствовала на итальянском: работа обязывала ее владеть на разговорном уровне несколькими европейскими языками. Перевод контрактов она поручала специалистам, а вот умение понимать общий контекст без переводчика не раз ее выручало.

Джакомо оказался сегодня особенно внимателен: устроил на удобном диванчике рядом с импозантным брюнетом, подал чашку чая с тонким ломтиком засахаренного лимона, придвинул вазочка с бельгийским шоколадом, ароматными ломтиками лимонного бисквита и фруктами. Это сразу насторожило Ингу.

Она предложила перейти к предмету встречи. Итальянцы деловито рассмеялись, передали в руки собеседницы папку с документами и описью застрявшего груза. Инга пробежала глазами мелко набранный текст, уже прикидывая наиболее удобную схему. Ее отвлекло ненавязчивое прикосновение: пожилой итальянец смотрел на нее с восхищением, говорил сумбурно и настойчиво.

Представился как Гильермо Далаверди. Он оказался владельцем крупной транспортной компании и хотел, кроме всего прочего, чтобы при перевозках клиенты Инги приглашали его агентство. Он обещал щедрый процент от каждой сделки.

Инга, наконец, разобравшись в сути сказанного, вежливо улыбнулась:

— К сожалению, я вряд ли смогу быть вам здесь полезна: мои клиенты принимают решение самостоятельно. Если ваша фирма обладает достаточным количеством рекомендаций, имеет соответствующий парк автотранспорта и контейнеров, то, уверена, вы и так сможете заполучить любого заказчика. И без моего вмешательства. Я здесь – лишнее звено, влияющее на стоимость услуги.

Итальянцы переглянулись, тонкие губы растянулись ещё шире. Импозантный сосед доверительно проговорил, наклонившись к Инге и, интимно положив руку поверх ее пальцев, чуть сжал их.

— Ваш профессионализм восхищает, сеньорина Широкова. Знаете, чаще всего предприниматели не отказываются от таких сделок…

— Бесплатный сыр, знаете ли, только вы мышеловке, — пояснила Инга, откровенно раздражаясь.

Она бросила сердитый взгляд на Джакомо – тот даже не пытался как-то переключить настырных соотечественников и вернуть беседу в первоначальное русло. Инга подозрительно прищурилась, догадалась: посольский работник затеял встречу не ради «горящего» груза. А ради этого идиотского предложения.

«Раз, два, три, четыре», — Инга снова принялась считать про себя в надежде унять злость: Джакомо прекрасно знал, что она не станет участвовать в такой сделке. И в конце-то концов, итальянцы могли приехать к ней в офис. Зачем было выдёргивать посреди рабочего дня? Инга подавила в себе досаду, намереваясь встать и распрощаться.

Это движение не ускользнуло от внимания импозантного соседа:

— Могу ли я вас проводить? У меня автомобиль с водителем – знаете ли, не роскошь, а необходимость в незнакомом городе.

Инга покосилась на часы: если она быстро вернётся в офис, то ещё успеет отработать исковое по «Мерилл Консалтинг».

— Можете, — кивнула она. – Только если это вас не затруднит.

Её согласие отразилось неожиданным облегчением на лицах итальянцев, что насторожило Ингу ещё больше. Джакомо так вообще буквально расцвел на глазах.

Она встала. Импозантный сосед последовал за ней, галантно открывая двери, пропуская вперёд, источая комплементы, прося опереться на его руку при спуске с широкой мраморной лестницы. Инга молча принимала ухаживания до вестибюля, где двойная дверь скрыла ее и от видеокамер, и от любопытных глаз случайных прохожих. Едва захлопнулась внутренняя дубовая дверь, она сделала шаг назад, не позволив открыться внешней. В тесном пространстве перехватила руку итальянца и с такой силой вывернула его пальцы, что на красивом лице разом отразились муки всех натурщиков Караваджо.

— Что происходит? – прошипела в лицо.

— Н-ничего, — пролепетал мужчина, краснея. Бисеринки пота собрались на его висках. Инга сильнее вывернула вспотевшие пальцы иностранца. Тот закатил глаза и произнёс: — Джакомо верит, что сеньорина – великолепная партия для князя Энрико.



Евгения Кретова

Отредактировано: 19.06.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться