Красавица и Чудовище

Бонус 1 Анжела

Думаю, никто не удивится, когда я скажу, что мы с Денисом в итоге остались вдвоём?

Так и вышло. Ещё там, в больничной палате, где меня врачи продержали вплоть до 31 декабря, ещё там мы серьёзно поговорили и всё для нас обоих окончательно выяснили.

Первый человек, которого я увидела, открыв глаза, приходя в себя после отключки, был Денис. Он же бессменно дежурил у меня в палате.

Приехали наши родители. Была и мама парня. Приходили друзья: мои и его. Но все они видели и понимали, что между нами двумя есть много недосказанного. Поэтому никто – ни родители, ни врачи не были против того, что Денис оставался со мной ночевать.

- Анжел? Поговорим? – начал Красавчик в первый же вечер, когда остался ночевать у меня в палате.

- Давай.

- Только ты не волнуйся, ладно? Просто врачи строго-настрого запретили мне любые серьёзные разговоры.

- Когда это Денис Абросимов успел стать таким робким? – улыбнулась ему, - И хватит сидеть на этом неудобном стуле! Ты скоро к нему своей пятой точкой прирастёшь.

- А что мне ещё остаётся делать? – недоумевая, вопрошает парень.

- Вы с Русланом, случайно, подраться не успели? Ну, за то время, пока моя душа решала: остаться ей на Земле или пора на покой?

- Давай не будем сейчас про него? Со мной всё в порядке, с моей головой тоже.

- Ладно, не злись. Никак не могу привыкнуть, что ты шуток не понимаешь. И если с твоей головой всё в порядке и Руслан тебе в ней ничего не отшиб, то тогда чего ждёшь? Идем ко мне!. На этой кровати не только нам, но ещё одному человеку, точно, место хватит.

- Никогда больше никого рядом с тобой не будет. Даже в шутку. Только я, - отвечает Денис.

А сам при этом осторожно ложится со мной рядом.

- Вот так-то лучше. И теплее.

Я устраиваюсь поудобнее у него на груди. Сейчас в палате так тихо, что стук наших сердец слышно очень хорошо. И бьются они в унисон. Никогда бы в это не поверила раньше.

- Анжел? – начинает Денис, - А ты меня простишь? Ну, за тот нелепый спор?

- Я тебя уже простила.

- Спасибо, - тихо отвечает он и чуть слышно целует в висок.

Снова тишина. На этот раз вопрос задаю я:

- Скажи, а ты, правда, ничего из той нашей ночи не помнишь?

- А ты? – тут же напрягается.

- Я плохо помню. До сих пор всё как в тумане. Знаю только одно точно: я была тогда с тобой добровольно. Ты мне очень сильно понравился: с самого первого взгляда. Я заметила тебя на танцполе. Ты так здорово танцевал. Я же тогда первый раз пришла в клуб. Родители до этого меня никуда не отпускали. Но в тот день мне исполнилось восемнадцать. Сначала дома посидели. А потом я стала проситься с друзьями в «Сову». Папа сразу же был против. Ему всё время казалось, что меня нужно оберегать и защищать от малейшего ветерка.

- Леонид был прав. Ему нужно было тебя привязать дома верёвками.

- Возможно, ты прав. Но в тот вечер мама меня поддержала.

- Какой она была? Расскажи, - тихо попросил Денис.

- Моя мама была очень красивой. А ещё у неё был свой бизнес, как и у отца. Они оба строили карьеру. Для семьи и меня у них обоих оставалось совсем мало времени. Но я на них за это не обижалась. Только мне всё равно не хватало их заботы и внимания. Пока была жива бабушка, я проводила время с ней. А потом бабушки не стало.

- Анжел, скажи: а у тебя до меня кто-нибудь был? Пойми, для меня это очень важно. Просто это так обидно, не помнить совсем ничего.

- Ты, правда, хочешь это знать? Почему?

- Ты мне сейчас не поверишь, но ты у меня была первая.

Признание парня, мягко говоря, удивляет. Даже шокирует.

- Ты у меня тоже был первым… и единственным.

Шок, неверие, а потом безумный блеск в глазах – и Денис, уже не сдерживаясь, обнимает меня и что есть силы прижимает к себе.

- Анжела, ты – чудо! Жаль, что не могу похвастать тем же, - признаётся Денис и тянется к моим губам за поцелуем.

Но сердце тут же напоминает о себе. И вместо поцелуя меня бережно укладывают на спину и заботливо укутывают одеялом.

- А почему ты не с кем больше не пробовала построить отношения? Неужели я был так плох?

- Ну, ты как всегда! От скромности не умрёшь. Ладно, так и быть: подкормлю твою корону ещё чуть-чуть. Мне с тобой понравилось. Может я не помнила многого, но вот ощущения остались. Они жили во мне все эти годы. Именно поэтому я так реагировала на тебя все эти дни.

- Но при этом шарахалась от меня поначалу, как от чумы. Почему?

- Потому что я ничего не могла понять. У меня в голове была полная неразбериха: вас двое – ты и Руслан. Только к тебе приятное тепло и нежность, желание, страсть, а к нему – неприязнь и страх. А потом и ненависть добавилась.

- Но как ты могла к Русу всё это испытывать? Ты же ничего не помнила?

- Он снился мне в кошмарах. Я видела его лицо. В тех снах я раз за разом переживала своё пробуждение в его кабинете. А потом… и ту неприятную сцену. Ведь поняв, что рядом он, а не ты, я не могла скрыть разочарования. И Руслана это задело. Он тогда мне много нехороших и грязных слов наговорил. Особенно после того, как попробовал склонить к близости.

- Я его убью, - серьёзно и холодно произносит парень.

- Не убьёшь. Хватит смертей. Думаю, Руслан уже всё понял и здорово поплатился за то, что тогда сделал.

- Но Анжела? Как ты можешь так говорить? Он же виноват в том, что с тобой произошло потом?

- Не виноват. Не он. Разве что отчасти. Я тоже сначала его винила. Но теперь я его простила. И как только мне станет чуть лучше, я обязательно поеду к нему и поговорю.

- Я тебя к нему не пущу! – возмущается Денис.

- Пустишь. Сам пойдёшь со мной, если хочешь. Хватит обмана, хватит недосказанности. Я простила Руслана, ещё тогда, когда моя душа металась между Небом и Землёй. Денис, милый, пойми: нельзя держать всё плохое в себе. Потому что оно разрушает, оно давит, не даёт двигаться дальше, жить нормально, не даёт свободно дышать. Все эти годы я винила себя в смерти мамы. Я не давала себе возможности быть счастливой. Мне казалось, что если я буду с кем-нибудь счастливой, то тем самым предам память мамы, которая пожертвовала своей жизнью ради меня. Но сегодня папа мне рассказал, что мама и врачи не просто так согласились на донорство ее сердца мне. Оказалось, что у мамы были серьезные проблемы со здоровьем. Она умирала, медленно, но все же. А вот сердце ее было здоровым. И тогда она и...