Красавица и вампир

Размер шрифта: - +

Пообедать и в бой

  Чудовище со всего размаху врезалась, в как казалось несокрушимые ряды, к этому времени сомкнув строй, воины перекололи почти всех тигров-крокодилов.

  Неожиданно из бока вышел плавник, и острейшее лезвие ударило по панцирям. Послышался скрежет, словно заработала исполинская бензопила, во все стороны полетели куски мяса.

  - Вот так и зверь он у вас и в самом деле водиться или его придумали.

  - Это из мира Цвейг толстапум. - Произнес "хомяк". Бойцы когорты дергались, размахивали оружием, мечами, старались сшибить беличьи головки, удавалось это очень плохо, хотя и попадали, но головы были упругие точно мячики и пружинили от ударов. А лезвие выкашивало бойцов. Наконец фантомы дрогнули и, спотыкаясь, стали разбегаться, как казалось весь пол залит кровью.

  - Они чувствуют страх? - Удивился Мэрлин.

  - Нет не совсем так, просто так выглядит гораздо правдоподобнее.

  - А если сам сражусь с ней. - Предложил юноша-вампир.

  - Твой меч пройдет сквозь нее как воздух. Это вещь не материальная.

  - Так ты сделай ее материальной?

  - Не могу, только госпожа это умеет. А лишь создаю красочные иллюзии и ничего более. - "Хомяк" расширил пальцы, щелкнул ими, и как казалось вполне натурально пролитая кровь, исчезла.

  - Может, вы предпочитаете танцовщиц белой расы, я тоже это могу сделать. Вот поглядите. - Щекотка защелкал пальцами, и перед ними возникла белая красотка, громадная баба десяти метров ростом. На вид неплохая только чересчур как штангист перегружена мышцами.

  - Вот это типично русская женщина. - Произнес Мэрлин. - Такая и коня на скаку остановит в горящую избу войдет.

  - Ну, как если хочешь такую в плоти попроси госпожу, она мигом сделает, на короткое время.

  - А на что мне такая громадина. Предпочитаю Азу. - Мэрлин отмахнулся.

  - А может ты хочешь много девушек и постройнее. - Предложил Щекотка.

  - Ну а обо мне вы забыли! - Вскочила Азалия и, ловко прыгая, поскакала по столам.- Я, может быть, хочу парня. А то, что бабы, пускай танцуют юноши.

  - Тогда будут и те и другие.

  Появилось несколько десятков пар с разным цветом кожи, от белых как снег, до черных подобных эбонитовому дереву. Между ними плясали и зеленые, оранжевые, синие, желтые и даже полосатые, в крапинку пары. Было видно, что они сильно горячились, много прыгали. Потом сбросили и без того не обременительную одежду и их движения обрели загадочный эротический характер. Это было красиво и юноша с девушкой сами, возбуждаясь, стали придвигаться друг к другу. Потом Азалия положила ноги на колени Мэрлина, и тот принялся ее гладить. Девушка и юноша принялись целоваться и ласкать упругие мускулистые тела. У обоих и сильно забилось сердце, и подступил сильный жар внизу живота. А когда сошлись губы и сплелись языки, они поплыли бушующему океану любви. Казалось, ребята опьянены, плоть дрожала, а в ушах играют тысячи оркестров. Азалия казалось, что сзади у нее выросли крылья, и она вместе с любимым парит над облаками.

  Звездное небо - лазурный рассвет

  Солнце лучами играет на струнах!

  Как я люблю тебя - дарит мне свет

  Гимном свободы в сердцах поет юных!

  Пропела Азалия, она была в экстазе, жар разгорался, и девушка стала медленно освобождать себя от одежды. Мэрлин понял это и тоже начал обнажаться. Их голая кожа соприкасалась, и это порождало такие возвышенные чувства что парень и девушка, и впрямь оторвались от пола. Уста целовали возбужденные соски.

  - Ну и ну! - Прервал их идиллию мелодичный, но как им показалось полный тысячи громов голос. - Любовь это прекрасно, не останавливайтесь.

  - Нет, мы так не можем. Это очень интимное чувство, а предаваться любви на глазах у свидетелей аморально.

  - Но мне бы это доставило удовольствие. Приятно когда парень, который нравиться тебе получает удовольствие с другой.

  - И ты не ревнуешь? - Удивился Мэрлин.

  - Ревность проистекает от слабости. Не имеющая силы женщина боится потерять самца. Я же в свою очередь не только могучий чародей, но жутко сексуальная у меня были сотни мужчин, и с каждым из них я познала особое удовольствие. При этом любовь меня заряжала всегда, а потом когда я с ними расставалась, не было ни боли не сожаления.

  - А ты их не превращала в камни? - Полушутя произнес Мэрлин.

  - Разве что в драгоценные. Ну ладно мальчишка, ты такой еще юный почти ребенок, к тебе нужен особый подход. Улыбнись, пожалуйста.

  Мэрлин растянул губы.

  - Шрамы украшают мужчину, а выбитые зубы портят. Закрой глаза, а на тебя брызну, и не останется ни синяка, ни царапины.

  Юноша-вампир зажмурился. На него хлынул теплый, пожалуй, даже нежный раствор пахнущий смесью жасмина, лаванды и чего-то еще не имеющего аналогов в человеческом языке.

  - А теперь можешь открыть.

  Мэрлин рефлекторно пощупал зубы.

  - Целые! - Зеркало есть?

  - Вот смотрись. - Произнесла ведьма. Перед ним возникло зеркало размерами с человеческий рост.

  - Великолепно! Они даже блестят слишком ярко.

  - Вот теперь они стали прочнее раз в десять, а если тебе их все же выбьют, вырастут сами.

  - Замечательно! А то когда бы дрались, я все время беспокоился о челюсти.

  - Ну, а теперь мой мальчик пообедаем, отдохнем и на турнир. Мне не терпится примерить божественную корону.

  Это был настоящий пир, музыкальные инструменты сами играли, а еда и подносы плыли из кухни. Их было много неисчислимое количество. Такого разнообразия, различных видов дичи, овощей и фруктов ребята не видели даже в сказочных фильмах. Это все впечатляло, вызывало восторг. Вкус всех яств также был восхитительным, одно перечисление блюд заняло целый том. Тем не менее хотя Мэрлин и Азалия жевали во всю проглотили количество способная накормить полк, чувство голода не покидало их, а животы оставались пустыми.



Олег Рыбаченко

Отредактировано: 19.02.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться