Криминальный рыцарь

Размер шрифта: - +

Глава 12

Я огляделась по сторонам. На улице середина дня, но меня это мало волновало. Наконец-то появилась возможность выместить злобу и обиду, которая засела во мне с субботнего утра. Еще я считаю, что таких подонков, которые мнят себя королями жизни, нужно ставить на место.

Я подошла к машине. Видеорегистратора нет, уже хорошо. Я не заметила, чтобы были хоть какие-то камеры, да и дома здесь старые, времен еще Советского Союза.

Как я уже говорила, в женской сумке есть все, поэтому, неудивительно, что в моей нашелся маленький перочинный ножик. Я его брала как-то с собой, когда мы с друзьями ездили на шашлыки, а выложить забыла. Когда ходила в боулинг, брала с собой маленькую, «выходную» сумочку, в которой, благодаря Роману, я разобралась. А вот до этой, с которой я хожу на работу, криминальный типчик не добрался.

Я еще раз покрутила головой по сторонам. В радиусе видимости никого, это и понятно, все или на работе, или на обеде. Двор тут так себе, без детской площадки, поэтому ребятни и подростков тоже не наблюдается.

Я вздохнула, дав себе возможность передумать, но ничего не вышло. Злая шипящая кошка овладела моим разумом и телом, и я себя уже слабо контролировала.

Я достала ножик, подошла к машине со стороны дерева, у которого она была припаркована, и методично, периодически озираясь, выцарапала «Я хамло»

Скрежет металла резал по ушам, но для моей обиды это была музыка.

«Так тебе и надо, ублюдок, не знающий правил и считающий, что ему все разрешено»

Осторожно выглянув из-за машины, я снова убедилась, что никого нет, и спокойно направилась в офис. В кафе решила не появляться, вдруг тот тип тоже там изволит трапезничать, а сложить дважды два, увидев меня, ему ничего не стоит. А, учитывая, какой он агрессор и хам, навряд ли я единственная, кто пострадал от его дерзости.

Напевая себе под нос что-то мелодичное и крайне веселое, я шла на работу. Вот это про меня история «Сделал гадость, на сердце радость». Знаю, что так нельзя. Я девочка, я должна быть леди и падать в обморок от слова жопа, но я, блин, не такая. Я не могу позволить себя обидеть! Возможно, если с детства у меня была бы опора и поддержка, я бы сейчас не пыталась решить все свои проблемы радикальным способом, а просто позвонила бы, скажем, маме и поплакалась.

Но звонить кроме Олеси мне некому, а ее, окрыленную и счастливую, грузить не хочется. Да и если бы она узнала, что кто-то посмел меня вытащить из машины, обозвать,  а потом еще и толкнуть, она бы и Макса, и Артема и следователя их на уши поставила. Только какой в этом толк? Ничего уже не доказать, к ответу никого не призвать. А надеяться на божий суд я не могу. Лучше уж я сама. По факту, ничего такого, что его перевоспитало бы или побудило извиниться и больше так не делать, я не совершила, но душевное удовлетворение получила сполна.

С такими мыслями я вернулась на работу, вполне довольная жизнью.

Рабочий день подходил к концу, я немного задержалась, хотелось закончить начатые дела, не любила оставлять работу недоделанной.

Когда выключила ноутбук, на часах было уже около 10 вечера. Поздновато, конечно, зато завтра не буду ломать себе голову.

Все сотрудники уже разбрелись, я даже не заметила, как пролетело время. Работу я свою действительно люблю, поэтому зачастую окунаюсь в нее с головой, не замечая ничего вокруг.

Я вздохнула, оглядела полутемные коридоры, и, цокая неизменными каблуками (мои ноги припомнят мне это в старости), направилась к выходу.

Проходя мимо кабинета начальницы, я невольно притормозила. Из-под двери лился свет, а звуки шебуршания указывали на то, что в помещении кто-то есть.

Я еще раз бросила взгляд на свои наручные calvin klein, чтобы убедиться, что время слишком позднее.

Я оглянулась по сторонам: вокруг ни души. Я знаю, что где-то в здании бродит охранник, но от этого не легче. Наш офис располагается в солидном 16-этажном бизнес-центре, так что маньяку есть где разгуляться.

Вообще, все было похожу на завязку фильма ужасов: я одна в здании с тусклым освещением. Одна лампа в конце коридора мигает, что делает атмосферу еще более устрашающей. Из шумов - только механическое гудение приборов и непонятные звуки из кабинета.

«Бежать! – сигнализирует мне мой мозг. Но в последний момент я слышу могучий русский мат, произнесенный сдавленным голосом моей начальницы. Я выдохнула. Почему я не подумала сразу, что она задержалась? Да просто на моей памяти Валерия Алексеевна ни разу не уходила позже окончания рабочего дня, а зачастую и раньше. А сейчас почти ночь, а она в кабинете. Некстати вспомнились слова Маши о заплаканных глазах начальницы.

Я сделала шаг к кабинету, затем остановила себя. Кто я такая, чтобы лезть ей в душу? Даже не так, я именно та, кому не следует лезть ей в душу.

«Надеюсь, я и Рома не причастны к этим страданиям?» Хотя прошло достаточно много времени, я все равно ощущала волнение, так как не представляла, что сказал или сделал Роман, что начальница стала шелковой. Вдруг он шантажировал ее чем-то и, например, продолжает до сих пор? И она вот только сейчас сломалась.

Я уже двинулась в сторону коридора, подталкивая себя разумным «не твое собачье дело», но в последний момент развернулась и дернула ручку кабинета на себя. Все равно не засну, буду думать, переживать.

Валерия Алексеевна сидела в кресле, закинув ноги на подлокотник. Рядом стояла бутылка коньяка, большей части которого уже не было. Начальница крутила в руках бокал с янтарной жидкостью, и смотрела куда-то на стену.

Я кашлянула, обозначая свое присутствие.

Начальница сфокусировала на мне взгляд, губы ее растянулись в злой улыбке.

- Каааатя, - протянула она, делая очередной глоток, - присоединишься?

Я села на стул напротив стола, отрицательно помотав головой.



Виктория Селезнёва

Отредактировано: 17.02.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться