Крошечка-Уошечка

22

  XXII.

 

   Всё! Жара к тридцати пошла! Фросик в ванну прячется, на кафеле пузико морозит.    

   А Леська изнылась вовсе:

   – В дере-е-евню хочу-у-у!..

   Вот, непонятки! Чего, в деревне – прохладнее, что ль, станет? Там ведь еще на огород Жанка нас ушлет! А мне, мож, неохота!

   Я и дома – как прибирушка вечная! Хватит с меня, ага!

   Так и сказала я вапще сеструхе нытной:

   – Хошь, Лесь, сама на дачку пахать свали! А нас с Фросиком – в покое оставь! Нам и тут жарко!

   И тут вдруг вышло, што я – полная хрюшка как бы! Потому как не в курсе иль забыла, мож, што Леся тут – из-за сессии или миссии торчит. Фигня, короче!

   А я-то думала: сеструха моя просто для щастья книжки толстые читает.

   Еще прикинула как-то: чёй-то вместо радости у ней, у сеструхи-то, всё рожица кислей да кислей с книжек-то позитивных? Ну, решила: там про принцев, мож, а у Леси – нету, и потому...

   – Ты читать умеешь? Ну? Какой принц?! Эт работа моя – на потОма! Дурёна-матрёна! – Это Леська мне так обидно с утра покричала.

   Ясно дело, што читать я – умею! Но вот нафиг мне в жирных-то книжках копаться?!

   Мне и с тонкими рядышком – хорошо! Журналёнок какой – про чё там сготовить. Иль газетёнок – на крайний момент, от скуки. Эт да!

   А нафиг мне томИну скушнячую мУчить? Ей, томиной-то, тока по башке хорошо хлопать! Да и то – в натуре одних врагов. Своих-то, поди, жалко станет...

   А, кстати штоб, я вчера... Или дальше... Ну, позавчера вроде...

   Ага, как мы на балкошке поплакали с дождичком вместе – ну и папка тут газетёнка принес! А там написано крупно: йога-сессия в Пензе! Во как! Всему народу – ни-рвана!

   Целыми, в смысле, всем быть, видать, пожелали! От сердца! Кто-то...

   А я раньше думала: йога – тока сеструхам нужна. Ну, штоб тупо на ковриках сидеть, лапки от скуки поджавши. А Крошка пущай – прибирает! А мы – деловые типа, внутри себя баланс поищем.

   Бал-анс! Нафиг он сдался?! Не-е, в натуре?! Скука тока...

   Вот бал для нас – эт да! Как баланс на звук, но круто еще!

   Я была по весне. С Жанкой и с папкой.

   Сеструх не взяли. Не звали их чёт хозяева те – и всё.

   Богач один – папкин друг – бал дал! В честь сына! Што тот, мол, взрослый теперь! И все штоб сплясали – по факту. А то!

   Сплясали, понятно! Дружно!

   Ох, и круть была, вам скажу!

   А расклад такой вышел:

   Вокруг домика... А он – типа как дворец... Стоит, значит, садик. И в нем – бассейн еще! Огроменный! Плыви – не хочу! И вода – зеленая-зеленая. Прям – русалку жди!

   И еще стена вокруг с собакой. Ну, штоб гости незванные на забор пописали – и дальше шли, внутрь не лезя вовсе...

   И фонарики-летуны еще – красненькие с золотыми полосочками. Из Китая вроде.

   Далеко завезли! А то! Самолетом, поди, не иначе!

   На карте Китай хотя и рядом на вид, но эт – обман зрения. Карты – они завсегда брешут. Там мелко-мелко формат стоит! Чёт на чёт умножать еще надо. А уж тока потом – верить, што Китай – почти как под боком типа.

   И полетели те фонарики так – плавно-плавно и вверх еще! В натуре – улёт! А то!

   И музыка заиграла. Краси-и-ивенько! Аж мурашки сплясали на спинке где-то! Восторг типа!

   А толстяк – ну, сын тот взрослючий, значит, – ка-а-ак заорет тут:

   – Бал! Бал! Танцуют все, короче!

   И схватил меня, и ка-а-ак закружит! Весело было!

   Тока он потел. И пах маленько. Но эт – не проблема. Бал, все равно, – дело доброе. И не воняет почти.

   Тока шашлыком пахло еще. А эт завсегда – приятно.

   И съели мы после, што дали-то. До крошки прям, хомками чавкая! Хотя, штоб честно: до последнего куселькА.

   А потом был облом. В натуре. Все перепились. И давай всё крушить!

   Жанка меня в машину запихала. И кричит:

   – Роем отсюда, доча, пока не трахнули!

   Да уж трахнули – к тому моменту! И мебель! Столы во дворе и стулья – в щепки прям! И еду всю – в бассейн! Типа: пущай поплавает! Тем боле, там рыба пожаренная была – в тему очень. И друг дружку мужики весело пораскидали. Под рэп вдруг как раз. Парадно почти! А то!

   А мы уехали. Потому как Жанка – трусиха. И меня напугала тож.

   А потом тот толстый сын моего папку просил. Ну, штоб, значит, замуж меня – ему! Я прям забоялася-я-я.

   Мало ли, чего папка учудит! Вдруг, с похмелья-то, да и сдаст нафиг!

   Но папка мой – не подвел!

   Хотя и пил в тот раз банку за банкой рассола с огурцов-то, но тому толстому твердо сказал: «Моя Крошка и так – долбанутая, ей тока чувака, тип как ты, и не хватало, штоб совсем спятить! Не-а! Даж и не думай, Билл!»

   И хотя тот бубнил еще, што он – не Билл, а Ромка, но – не помогло.

   Билл, штоб вы знали, эт у папки – марка такая. Штоб обзываться легче.

   Я давно знаю! Как родилась почти – так и просекла.



Екатерина Цибер

Отредактировано: 23.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться