Кровавое небо Шерлока Холмса

Размер шрифта: - +

Запись 8. На тонкой грани между...

Эта за­пись не уто­мит вас объ­ёмом и, воз­можно, да­же огор­чит не­кой крат­костью из­ло­жения, пре­неб­ре­жени­ем под­робнос­тя­ми, но поз­воль­те мне скром­ное оп­равда­ние: час, вык­ро­ен­ный для прев­ра­щения вос­по­мина­ний в рас­сказ, ис­те­ка­ет ско­ро, и я вы­нуж­ден спе­шить и жер­тво­вать кра­соч­ностью тек­ста. В до­пол­не­ние от­ме­чу, что опи­сыва­емое со­бытие, как бы я ни нап­ря­гал па­мять, не пред­став­ля­лось внут­ренне­му взо­ру чёт­ко и яс­но, а не­из­менно воз­ни­кало, пок­ры­тое гус­тым ту­маном, скры­вав­шим де­тали. По­тому и ук­ра­шать столь раз­мы­тые об­ра­зы – зна­чит вы­думы­вать им цвет и об­ма­нывать вас, ис­ка­жая ре­аль­ные фак­ты и пло­дить боль­ший кош­мар. Про­шу до­воль­ство­вать­ся тем блек­лым ви­дом сле­ду­ющей кар­ти­ны, ка­кой нав­сегда вре­зал­ся в мой мозг…

Те­перь, ког­да с веж­ли­вой пре­люди­ей по­кон­че­но, я впра­ве за­дать воп­рос: вы счи­та­ете, я зас­тре­лил мисс Фла­вин? Ес­ли ваш от­вет по­ложи­телен, то, в та­ком слу­чае, моя за­дум­ка ока­залась блес­тя­щей за­пад­нёй, цеп­кой ло­вуш­кой, пе­реку­сив­шей вя­лые жи­лы и ва­шего ра­зума. Фо­кус, сот­во­рен­ный гость­ей, что сто­ил Джо­ну це­лос­ти че­репа, не сде­лал ме­ня за­лож­ни­ком не­до­уме­ния и ужа­са нас­толь­ко, что­бы я под­дался бе­зумию и от­ва­жил­ся на убий­ство. Од­на­ко ос­но­вание мо­его сле­ду­юще­го сме­лого ша­га впол­не мог­ло ука­зывать на раз­лад ума и по­веде­ния: я по­верил Ад­ри­ане Иза­бел­ле Фла­вин, будь она прок­ля­та во вто­рой раз, ес­ли сви­дете­лем пос­ледс­твий пер­во­го прок­ля­тия мне по­нево­ле приш­лось стать. Я не был без­на­дёж­но ос­леплён стра­хом, неч­то иное, ед­ва ли объ­яс­ни­мое зас­тла­ло мои гла­за и взя­лось по собс­твен­но­му ве­лению уп­равлять ру­ками, сто­ило мне лишь до­пус­тить мысль о за­вер­ше­нии из­гна­ния сог­ласно инс­трук­ци­ям мисс Фла­вин. 

Пу­ля впи­лась в сте­ну, рас­ко­лов плит­ку, на рас­сто­янии двух дюй­мов от го­ловы мисс Фла­вин, и ог­лу­ша­ющий звук выс­тре­ла на се­кун­ду сбил её с тол­ку, чем я и пла­ниро­вал вос­поль­зо­вать­ся. Не ус­пев рас­познать хит­рую улов­ку, она из­да­ла ярос­тный рык, и я, от­швыр­нув «бра­унинг», наб­ро­сил­ся на неё, на пре­деле фи­зичес­ких сил вдал­бли­вая мисс Фла­вин в дно ван­ной. Она вы­рыва­лась и реф­лектор­но хва­тала пе­реко­шен­ным ртом воз­дух, а я тол­кал её об­ратно, от­че­го не­покор­ная гостья гло­тала и вды­хала во­ду, что на удив­ле­ние ос­та­валась по-преж­не­му ле­дяной, и мои паль­цы оне­мели. Её за­тылок глу­хо уда­рял­ся о лить­евой мра­мор, в по­пыт­ке до­тянуть­ся до ме­ня она бес­по­мощ­но из­ви­валась, вы­гиба­лась, слов­но раз­ры­ва­емая из­нутри на час­ти. Я ско­вывал её силь­ные ру­ки, и мисс Фла­вин в от­мес­тку ко­лоти­ла но­гами мою грудь, да так сви­репо, что я всерь­ёз опа­сал­ся: эта жен­щи­на раз­дро­бит мне рёб­ра, прев­ра­тит внут­ренние ор­га­ны в ме­сиво, выбь­ет лёг­кие на­ружу. От­ку­да мисс Фла­вин чер­па­ла столь­ко не­ис­ся­ка­емой мо­щи, где в её ис­то­щён­ном те­ле та­ил­ся ис­точник бур­ной энер­гии, я не имел и по­нятия. Нес­коль­ко раз она, преж­де по­лус­ле­пая и по­хожая на мер­зко об­тя­нутый ко­жей ске­лет, вы­зывав­шая жа­лость, ед­ва не вы­вих­ну­ла мне че­люсть и не вы­била ле­вый глаз. Но я не поз­во­лял рою воп­ро­сов ос­ла­бить хват­ку, я то­пил гостью с бе­шеной ре­шимостью, буд­то та бы­ла ис­чадь­ем Ада, ес­ли из­во­лите… Жут­кое уме­ние раз­бра­сывать лю­дей, как не­весо­мый му­сор, ни­как не встре­чало ло­гичес­ко­го разъ­яс­не­ния: пред­по­ложе­ние о не­види­мых тро­сах, рез­ко по­тянув­ших Джо­на к сте­не, бы­ло сме­хот­ворным, а сам он не стал бы ки­дать­ся на­зад, со­бира­ясь по­дой­ти к гостье и на­вязать свою по­мощь. Тог­да всё, что не пос­час­тли­вилось ви­деть, скла­дыва­лось на ча­шу ве­сов в поль­зу мисс Фла­вин и ука­зыва­ло на хищ­ни­ка, зав­ла­дев­ше­го её те­лом и на­пол­нивше­го увя­да­ющие мыш­цы не­веро­ят­ной си­лой. 

У­яс­нив, что ра­зум бес­си­лен в этом ба­лага­не, я по­ложил­ся на сло­ва гостьи, на­казав­шей пос­ту­пать имен­но так.

С тру­дом сов­ла­дав с её не­ук­ро­тимой яростью, я ста­рал­ся пе­рек­ри­чать бес­ко­неч­ные всплес­ки и приг­лу­шён­ное ры­чание:

– Из ис­то­ков од­них про­била рус­ло кровь на­ша, – я ли­хора­доч­но вспо­минал со­дер­жи­мое из­мя­того лис­та, на ко­тором она ос­та­вила прес­тран­ный от­ры­вок, об­ла­дав­ший по­лез­ным свой­ством по за­вере­ни­ям мисс Фла­вин, но не ме­нее дур­ной в сво­ей су­ти, – от од­них кор­ней пи­тались на­ши са­ды, чь­ими пло­дами мы уто­ляли го­лод. А ты рож­дён мёр­твым чре­вом, ре­ки твои грязью от­равле­ны, и де­ревья то­нут в гни­ли! Ты ог­лохнешь от гро­ма, раз­ры­ва­юще­го не­бо, те­бя ис­пе­пелят стре­лы мол­нии, и пусть дождь во­веки не ос­ту­дит твои ожо­ги, и рас­тво­ришь­ся ты в глу­бине сы­рой зем­ли!

Мне ка­залось, я вос­про­из­вёл текст в точ­ности, но язык не под­чи­нял­ся и про­дол­жал ле­петать по­добие зак­лятья, буд­то я был за­воро­жён неп­рекра­ща­ющи­мися ме­тани­ями мисс Фла­вин и по­это­му бо­лее не знал, что сле­ду­ет де­лать, и как по­нять – пе­рес­та­ло ли су­щес­тво её му­чить. Я, из­ны­вая от хо­лода и бо­ли, что сот­ря­сала ме­ня с каж­дым уда­ром, на­чинал пу­тать­ся в пос­ле­дова­тель­нос­ти про­из­но­симых пред­ло­жений. Мисс Фла­вин, к нес­частью, са­ма не по­доз­ре­вала, ког­да хищ­ник выр­вется вон, по­тому я пре­пятс­тво­вал её от­ча­ян­ным по­пыт­кам по­бороть ме­ня, от­го­няя мысль о том, что я ус­пешно по­кон­чил со злоб­ной сущ­ностью и с ос­терве­нени­ем уби­вал че­лове­ка, ду­шил, как зверь… Оче­ред­ное срав­не­ние с при­родой без­жа­лос­тно­го жи­вот­но­го от­нюдь не ра­дова­ло, но не­кий страх оши­бить­ся и ус­ту­пить до­рогу бе­зумию, бес­чинс­твам при­нуж­дал тер­петь боль и по­дав­лять на­тиск мыс­лей.

Од­на­ко вско­ре мисс Фла­вин, как кук­ла со сло­ман­ным ме­ханиз­мом, за­мер­ла с пу­га­ющей вне­зап­ностью и спо­кой­но пог­ру­зилась на дно ван­ной. Я, вос­ста­нав­ли­вая ды­хание, от­пустил её пле­чи и тя­жело вздох­нул, но ис­пу­ган­но от­пря­нул, ког­да из угол­ков сом­кну­тых глаз и по­лу­от­кры­того рта за­сочи­лось чёр­ное ве­щес­тво, из­ви­ва­ясь по­доб­но струе ды­ма. Мисс Фла­вин выг­ля­дела уми­рот­во­рён­ной, гу­бы зас­ты­ли в без­мя­теж­ной и бла­годар­ной улыб­ке, и ли­цо, нес­коль­ко ми­нут на­зад ис­ка­жён­ное злостью, те­перь ни­чем не на­поми­нало об оше­лом­ля­ющем эпи­зоде. Сле­ды бе­зумс­тва ка­зались нав­сегда смы­тыми. Ес­ли бы не тем­невшая во­да, заг­ло­тив­шая её в свой не­мой, хо­лод­ный плен, мож­но бы­ло бы пред­по­ложить, что она прос­то ус­ну­ла, а не за­дох­ну­лась.

Джон зас­то­нал, схва­тив­шись за ушиб­ленную го­лову, и я оч­нулся от оце­пене­ния. Кли­ничес­кая смерть прод­лится не бо­лее шес­ти ми­нут, и каж­дая без­воз­врат­но уте­кав­шая се­кун­да сто­ила слиш­ком до­рого. Я был дви­жим не стра­хом от­ве­чать пе­ред за­коном за убий­ство, а ис­крен­ним же­лани­ем спас­ти эту стран­ную жен­щи­ну, же­лани­ем, что сор­ва­ло пе­лену с глаз и уня­ло дрожь ужа­са.

Я не стал те­рять вре­мя и, опус­тив ру­ки в чёр­ную муть, не­ког­да быв­шую чис­той во­дой, вы­тащил мисс Фла­вин. И ког­да я под­нял её на по­вер­хность, уже по­дос­пел Джон, от­крыл дверь и по­мог вы­нес­ти гостью из тес­ной ван­ной ком­на­ты. Не­об­хо­димость дей­ство­вать быс­тро, не рас­тра­чивая си­лы на раз­думья, зат­ми­ла го­лов­ную боль Джо­на, и кровь, рдев­шая на за­тыл­ке, нис­коль­ко его не вол­но­вала. Я наб­лю­дал, как Джон со зна­ни­ем де­ла ис­сле­довал без­ды­хан­ное те­ло мисс Фла­вин, по­ложен­ное ос­то­рож­но на пол, про­верял ре­ак­цию зрач­ка на свет, а тот был слиш­ком рас­ши­рен и ни­как не ре­аги­ровал, и я сод­рогнул­ся: прек­ра­тилось кро­вос­набже­ние моз­го­вых цен­тров и нер­ва, от­ветс­твен­но­го за дви­жение глаз. Рас­ши­рение зрач­ка яв­ля­лось на­ибо­лее поз­дним сви­детель­ством кли­ничес­кой смер­ти, и ме­ня ох­ва­тил пре­датель­ский ис­пуг. Что ес­ли ве­ро­ят­ность ожив­ле­ния све­лась к ну­лю?

Си­нюш­ный цвет ко­жи го­ворил об ис­тинном утоп­ле­нии. Я не мог и по­шеве­лить­ся, бес­по­мощ­но гля­дя на Джо­на, ос­во­бож­давше­го её ды­хатель­ные пу­ти от во­ды, вмес­те с ко­торой изо рта вы­тека­ла крас­но­ватая пе­на – приз­нак отё­ка лёг­ких.

Я на­ив­но ожи­дал, что мисс Фла­вин за­каш­ля­ет, рас­пахнёт гла­за и обык­но­вен­но осу­дит ме­ня прон­зи­тель­ным взгля­дом. Но она не ше­вели­лась, а толь­ко без­воль­но вздра­гива­ла от неп­ря­мого мас­са­жа сер­дца.

– Шер­лок, вы­зывай ско­рую! – при­казал Джон, удив­ля­ясь мо­ей без­де­ятель­нос­ти. – У неё на­руше­но сер­дце­би­ение и от­сутс­тву­ют ды­хатель­ные дви­жения, но мисс Фла­вин ещё мож­но ре­ани­миро­вать!

Он вло­жил в го­лос всю уве­рен­ность в по­ложи­тель­ном ис­хо­де ре­ани­мации, од­на­ко нот­ки сом­не­ния проз­ву­чали от­чётли­вей.

Джон ста­рал­ся вдох­нуть в гостью жизнь, на по­роге гос­ти­ной воз­никла раз­бу­жен­ная шу­мом мис­сис Хад­сон, чьи не­доволь­ные воп­ро­сы ос­та­лись без от­ве­та, а я не от­ры­вал ос­текле­нев­ше­го взо­ра от мисс Фла­вин, по­кор­но при­нимав­шей вду­ва­емый воз­дух, но, ве­ро­ят­но, бес­по­лез­но осе­дав­ший в ос­тывшей пло­ти.

Стрях­нув ос­толбе­нение, я бро­сил­ся к мо­биль­но­му те­лефо­ну и прок­ри­чал в труб­ку ад­рес, ко­торый дис­петчер, не рас­слы­шав, пот­ре­бова­ла пов­то­рить. Сред­нее вре­мя при­бытия ско­рой в Лон­до­не не пре­выша­ло де­сяти ми­нут, но и это бы­ло воз­му­титель­но дол­го. Бро­сив те­лефон на ди­ван и от­махнув­шись от лю­бопытс­тва на­пуган­ной мис­сис Хад­сон, я вер­нулся к Джо­ну, что бор­мо­тал от­ча­ян­ные моль­бы, и мисс Фла­вин, нис­коль­ко не ре­аги­ровав­шей на ста­рания выр­вать её из ког­тистых лап смер­ти. 

Я бы и хо­тел по­лагать с преж­ней бес­печностью: прой­дёт па­ра ми­нут, и гостья са­мос­то­ятель­но вдох­нёт и ста­нет вып­лё­вывать ос­татки во­ды, как слу­ча­ет­ся в филь­мах и кни­гах, обе­щав­ших в наг­ра­ду за тре­вогу неп­ре­мен­но счас­тли­вый фи­нал. И как же бес­со­вес­тно они лга­ли, ис­ка­жали, обер­ты­вали ре­аль­ность в кра­сивую упа­ков­ку, за ко­торой пря­талась прав­да. Жизнь, увы, не да­вала обе­щаний, мы ли­бо под­чи­нялись её гнё­ту, ли­бо вос­ста­вали про­тив, нес­конча­емо что-то от­ста­ивая. И как смеш­на, глу­па бы­ла бы ги­бель мисс Фла­вин, бо­ров­шей­ся за мис­ти­чес­кую ис­ти­ну, ве­домой от­равлен­ным ра­зумом. Эти аб­сур­дные идеи не сто­или ничь­ей жер­твы, а всё, что я ви­дел, всё не­ес­тес­твен­ное и не­понят­ное по­мер­кло в мо­мент бо­лез­ненно­го нап­ря­жения, ока­залось вы­тес­не­но, зад­ви­нуто прочь из соз­на­ния. Зна­чение для ме­ня име­ли лишь две ве­щи: мисс Фла­вин и на­вяз­чи­вое ощу­щение единс­твен­ной ви­ны в убий­стве. Я буд­то пре­дос­та­вил гостье пра­во уп­равлять мной, а Джон не су­мел раз­ба­вить сво­ей здра­востью во­царив­ший­ся бред, но он и был ме­нее ус­той­чив. Пом­нится, Мо­ри­ар­ти уда­лось и в его го­лову внес­ти ха­ос, по­се­ять не­уве­рен­ность. А той ночью нам до­велось стол­кнуть­ся с серь­ёз­ным ис­пы­тани­ем для рас­судка.

Я обя­зал­ся выс­ка­зать этой су­мас­шедшей каж­дую мысль, не стра­шась ос­корби­тель­ных вы­раже­ний. Ес­ли она вы­живет… Тог­да я раз­мышлял, что бы су­щес­твен­но из­ме­нилось, ка­кие бы пе­реме­ны про­изош­ли в не­рав­но­мер­ном те­чении мо­их дней, ес­ли бы мисс Фла­вин умер­ла. Она про­была ря­дом все­го лишь один день, но из­рядно на­сытив­ший бес­смыс­ленностью фан­та­зий, вско­лых­нувший не­умес­тны­ми бе­седа­ми, и я да­же не ус­пел ни при­вык­нуть к та­кому чу­дачес­тву, ни воз­не­нави­деть без еди­ной воз­можнос­ти быть снис­хо­дитель­ным. 

Вре­мя тя­нулось мед­ленно, но я знал, что мне толь­ко ме­рещи­лось от му­читель­но­го ожи­дания и тер­за­ний. Ми­нуты ли­бо приб­ли­жали смерть, ли­бо вос­ста­нав­ли­вали жизнь. Мы зас­тря­ли на про­межут­ке меж­ду дву­мя неп­ри­мири­мыми сос­то­яни­ями.

Мис­сис Хад­сон обес­си­лен­но прис­ло­нилась к двер­но­му ко­сяку, при­жимая ла­дони к ще­кам, Джон про­дол­жал сра­жать­ся за спа­сение, убеж­дая са­мого се­бя в осу­щес­тви­мос­ти пос­тавлен­ной це­ли.

Я взял рас­слаб­ленную ла­донь мисс Фла­вин и креп­ко стис­нул:

– Ты не мо­жешь уме­реть, Ад­ри­ана. Не преж­де, чем я об­ра­щусь к те­бе по нас­то­яще­му име­ни, – го­ворил я под дав­ле­ни­ем ос­тро­го, ще­мяще­го чувс­тва, иг­лой встряв­ше­го меж рё­бер, при­нима­емо­го за пос­ледс­твия ярос­тных уда­ров бес­но­вав­шей­ся гостьи, а не за плод ко­вар­ных сан­ти­мен­тов. Кро­ме то­го, от­сутс­тво­вала за­бава в раз­га­дыва­нии мёр­твой жен­щи­ны, ибо ис­че­зал шанс за­печат­леть в па­мяти её не­пов­то­римое вы­раже­ние ли­ца, ког­да тай­ное ста­ло яв­ным. 

– Я чувс­твую пульс! – ли­ковал Джон, при­ложив па­лец к сон­ной ар­те­рии мисс Фла­вин. 

Сер­дечная де­ятель­ность мог­ла во­зоб­но­вить­ся, но я не спе­шил с ра­дос­тны­ми вы­вода­ми: клет­ки го­лов­но­го моз­га на­чина­ли от­ми­рать спус­тя счи­тан­ные ми­нуты без пос­тупле­ния кис­ло­рода, а я дав­но сбил­ся со счё­та и бо­ял­ся оши­бить­ся в про­дол­жи­тель­нос­ти ги­пок­сии. Мисс Фла­вин не от­ли­чалась на­выком це­лесо­об­разно рас­хо­довать ре­сур­сы моз­га, а не­об­ра­тимые про­цес­сы, бу­дучи за­пущен­ны­ми, при­вели бы к бо­лее уд­ру­ча­ющим пос­ледс­тви­ям, чем над­ру­гатель­ство над ра­зумом. 

– Неп­ло­хо, Ад­ри­ана, – вы­мучен­но улыб­нулся я. На­ив­ные на­деж­ды об­ре­тали смысл. – До­кажи, как силь­но ты хо­чешь нер­ви­ровать ме­ня сво­ими не­лепы­ми рас­ска­зами! 

Ма­шина ско­рой по­мощи ос­та­нови­лась нап­ро­тив две­ри 221Б, из­вестив о при­бытии ог­лу­шитель­ным во­ем си­рены, и да­лее со­бытия за­вер­те­лись в бе­шеном тем­пе, вос­по­мина­ния нас­ла­ива­лись друг на дру­га, пу­тались и про­пада­ли в ту­ман­ной без­дне, и ви­ной то­му бы­ло моё чу­довищ­ное ду­хов­ное ис­то­щение и не­выно­симое нап­ря­жение. Зву­ки пос­те­пен­но за­тиха­ли, а об­ра­зы – сти­рались, пог­ло­щались тем­но­той… Мис­сис Хад­сон бод­ро сбе­жала вниз по лес­тни­це, впус­ти­ла двух вра­чей, с то­потом вор­вавших­ся в гос­ти­ную. Я ви­дел, как на блед­ное ли­цо мисс Фла­вин на­дели ды­хатель­ную мас­ку, по­том мы с Джо­ном уже очу­тились в отъ­ез­жавшей ма­шине, где гостья, не при­ходя в соз­на­ние, под­вер­глась элек­три­чес­кой де­фиб­рилля­ции. Я, сос­ре­дото­чив­шись на вздра­гива­ющих по­каза­телях уга­са­ющей ра­боты сер­дца, не сра­зу раз­ли­чил го­лос Джо­на:

– От­пусти ру­ку мисс Фла­вин! Ты сло­ма­ешь ей за­пястье!

Гля­нув вниз, я удив­лённо за­метил, как жёс­тко мои паль­цы вда­вились в её хруп­кую ла­донь.
 



Charmily Ann Bell

Отредактировано: 27.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться