Кровавое небо Шерлока Холмса

Размер шрифта: - +

Запись 9. Попробуй выгнать

О, ес­ли вы ре­шили, что с бе­зум­ны­ми фо­куса­ми по­кон­че­но, то мне ис­крен­не жаль вас, од­на­ко тос­ка по ве­щам обы­ден­ным и не ис­порчен­ным ничь­им по­меша­тель­ством весь­ма пох­валь­на. Эта за­пись от­тя­нет спра­вед­ли­вый пе­рерыв и зна­читель­ное прод­ви­жение в мо­ём рас­сле­дова­нии, на ка­кое со­вер­шенно не хва­тало сил. И дан­ный ос­корби­тель­ный факт воз­му­щал в боль­шей сте­пени. Всё, что тво­рилось на Бей­кер-стрит, от­вле­кало ме­ня от ос­новно­го де­ла, пло­дило не­мало раз­дра­жа­ющих не­удобств, но я не мог сбе­жать от это­го раз­раста­юще­гося ха­оса, по­лагая, что ис­точник без­рассудс­тва, Ад­ри­ана Иза­бел­ла Фла­вин, ис­сякнет или ис­чезнет, вы­сох­нет без дол­жно­го вни­мания и за­боты. Я был по­ражён стран­ным вы­водом: та­ким не­воз­можным ка­залось про­тол­кнуть меж­ду злостью и без­разли­чи­ем ка­кое-то иное, мяг­кое, но креп­кое чувс­тво, ко­торое Ад­ри­ана ис­поль­зо­вала бы как на­дёж­ную опо­ру. Пы­та­ясь оп­ре­делить свой­ства ощу­щений, не­из­менно вы­зыва­емых при­сутс­тви­ем этой жен­щи­ны, её мол­ча­ни­ем и ре­чами, я на­ходил лишь су­ровые край­нос­ти. Су­ровые для сме­лой, но ра­нимой Ад­ри­аны, и спа­ситель­ные для ме­ня. Ес­ли она вдруг ста­ла бы ви­нов­на в по­яв­ле­нии чувств, от­личных от злос­ти, то Зем­лю бы унич­то­жил ме­те­орит­ный дождь. Впро­чем, моя оцен­ка не­дав­них со­бытий дол­жна быть вам прек­расно из­вес­тна, по­тому из­воль­те про­дол­жить наб­лю­дение са­мос­то­ятель­но.

Ад­ри­ана ус­пешно пре­одо­лела ря­ды по­тёр­тых сту­пеней, а я не­под­вижно сто­ял спи­ной к две­рям, до ме­ня до­носи­лись не­уве­рен­ные, лёг­кие ша­ги, и я нем­но­го опа­сал­ся ус­лы­шать гро­хот, так как по­ход­ка вос­став­шей из мёр­твых Ад­ри­аны ука­зыва­ла на яв­ное го­ловок­ру­жение и из­можде­ние. Эта глу­пая жен­щи­на смог­ла ук­расть одеж­ду, но де­нег на так­си не по­за­имс­тво­вала; она, су­дя по гряз­ным от­ме­тинам на ухо­жен­ном паль­то и ра­зод­ранной об ас­фальт ла­дони, па­дала нес­коль­ко раз, но уп­ря­мо про­бира­лась пеш­ком из За­пад­но­го Смит­филда, ве­ро­ят­но, не са­мым ко­рот­ким мар­шру­том. Я пред­по­ложил, что она ли­бо блуж­да­ла в по­ис­ке вер­ной до­роги, ли­бо на­мерен­но пе­ред­ви­галась глу­хими, тём­ны­ми пе­ре­ул­ка­ми, ук­ры­вав­ши­ми от мни­мой или нас­то­ящей уг­ро­зы.

Ад­ри­ана бро­сила чу­жое паль­то на стул и тя­жело опус­ти­лась на ди­ван, то пре­рывис­то ды­ша ртом, то за­тихая, буд­то вды­ха­емый воз­дух ца­рапал ей гор­ло. Я за­мер, ста­ра­ясь унять не­яс­ный тре­пет, ох­ва­тив­ший ме­ня и схо­жий с ед­ва сдер­жи­ва­емым гне­вом. Дрожь, точ­но от жес­то­кого, про­низы­ва­юще­го хо­лода, про­никав­ше­го в каж­дую мыш­цу, пре­датель­ски ко­лоти­ла моё те­ло, я сжи­мал и раз­жи­мал ку­лаки. Ад­ри­ана не про­из­но­сила ни сло­ва, ве­ро­ят­но, да­же не ду­мала ни о чём, её бе­зум­ная го­лова опус­те­ла, но по-преж­не­му од­но толь­ко её раз­дра­жа­ющее слух ды­хание про­буж­да­ло не­годо­вание, об­жи­гав­шее нут­ро, за­тума­нив­шее ра­зум… Я был сер­дит на её па­губ­ную бес­печность, на су­мас­брод­ные выс­ка­зыва­ния, ещё не сот­ря­сав­шие мрач­ную ти­шину, но буд­то тре­вож­но по­вис­шие в по­лум­ра­ке гос­ти­ной. Эхо не­дав­не­го кош­ма­ра буд­то до сих пор от­ра­жалось от стен.

Вре­мя шло, сол­нце пос­те­пен­но про­гоня­ло блед­но-си­ний мрак с улиц Лон­до­на, а Ад­ри­ана про­дол­жа­ла мол­чать, но те­перь мыс­ли, ка­кие она тща­тель­но го­тови­ла, что­бы об­лечь в зву­ковую фор­му, при­чиня­ли боль ощу­тимей, чем та, что раз­ди­рала мне грудь при му­читель­ном вдо­хе и ос­то­рож­ном вы­дохе. Я на­де­ял­ся, что рёб­ра бы­ли це­лы.

– Ты, ви­димо, хо­чешь мне что-то объ­яс­нить, – ус­тре­мив рас­се­ян­ный взгляд в ок­но, я вновь наб­лю­дал за раз­го­рав­шимся рас­све­том и буд­то пря­тал от Ад­ри­аны гла­за. – Я был бы очень приз­на­телен, толь­ко, про­шу, не упот­ребляй в ре­чи ни­чего из об­ласти, ос­ме­ян­ной на­укой и здра­вым че­лове­ком.

– Тог­да я бу­ду вы­нуж­де­на и даль­ше хра­нить мол­ча­ние, – ти­хо про­из­несла Ад­ри­ана. – Или ты дей­стви­тель­но счи­та­ешь, что уви­ден­ное то­бой мож­но по­яс­нить ина­че? Что же, пе­редаю пра­во сло­ва те­бе, влас­те­лин ра­зума.

– Ты мог­ла под­сы­пать нар­ко­тик в чай или рас­пы­лить его дру­гим спо­собом, – твёр­до за­гово­рил я, опи­ра­ясь на скуд­ные пло­ды раз­мышле­ний и оп­равды­вая свою уни­зитель­ную по­кор­ность, с ка­кой сле­довал инс­трук­ци­ям Ад­ри­аны, что­бы за­вер­шить об­ряд. – Лишь гал­лю­цина­ции спо­соб­ны ис­ка­зить в мо­их гла­зах внеш­ний мир нас­толь­ко, что­бы я по­терял кон­троль и на­чал ви­деть чёр­ное ве­щес­тво, заг­рязняв­шее во­ду, на­чал под­чи­нять­ся не­лепым стра­хам, по­дор­ванной во­ле.

– Это чёр­ное ве­щес­тво на­зыва­ет­ся ви­димой ма­тери­ей хищ­ни­ка, из ка­кой он сот­кан пер­во­началь­но. Те­бе пос­час­тли­вилось уви­деть от­равлен­ную час­тичку собс­твен­ной ду­ши.

– Зря дос­лу­шал до кон­ца твой лю­без­ный ком­мента­рий, сто­ило прер­вать, – воз­му­щён­но от­ре­аги­ровал я, ду­мая, что поз­во­лять ей рас­кры­вать рот – зна­чит выс­тавлять мозг ми­шенью для со­тен стрел. – Я про­дол­жу. Мне ещё не­из­вес­тно, как имен­но Джон по­лучил трав­му го­ловы…

– Из­вес­тно, – воз­ра­зила Ад­ри­ана. – Хищ­ник ока­зал­ся из ро­да не­обыч­ных и на­ибо­лее опас­ных с по­рази­тель­ны­ми, но пу­га­ющи­ми спо­соб­ностя­ми, он жаж­дет раз­ру­шений, и си­ла его мыс­ли по­доб­на взрыв­ной вол­не. Мис­тер Ват­сон был бес­по­мощен про­тив та­кой ата­ки.

– Ад­ри­ана, хва­тит! – я рез­ко по­вер­нулся к ней ли­цом и сре­ди бу­шу­юще­го гне­ва не сра­зу раз­ли­чил кро­ху удив­ле­ния: её от­но­ситель­но здо­ровая по­лови­на бы­ла в соз­на­нии, ког­да неч­то омер­зи­тель­ное кри­вило эти поб­леднев­шие гу­бы и вы­дира­ло из глот­ки буль­ка­ющие зву­ки, мень­ше все­го на­поми­нав­шие сло­ва? Но я ре­шил, что уже до­воль­но прод­ле­вать пыт­ку, тер­петь бес­по­лез­ные объ­яс­не­ния, и по­тому я от­бро­сил вне­зап­ный воп­рос. Ад­ри­ана дос­та­точ­но нас­лажда­лась мо­ей вы­нуж­денной снис­хо­дитель­ностью. Од­на­ко я по­нимал, что из­ли­вать злость на обе­зоб­ра­жен­ное вздор­ны­ми кап­ри­зами су­щес­тво, чьи си­лы не­умо­лимо гас­ли, бы­ло низ­ко, да­же чу­довищ­но.– Ты сво­дишь ме­ня с ума, и я го­ворю так не из же­лания под­чер­кнуть лю­бов­ное бе­зумс­тво, ес­ли б оно име­ло мес­то быть. Ты на са­мом де­ле вре­дишь мне.

– Шер­лок, я… – ле­пета­ла Ад­ри­ана, под­би­рая сло­ва из нах­лы­нув­ше­го роя тех, что я выз­вал сво­ей вы­ход­кой. Она не зна­ла, сле­дова­ло ли сна­чала злить­ся, от­ста­ивать ос­кор­блён­ные убеж­де­ния или пы­тать­ся вновь ука­зать на пре­дель­ную сте­пень заб­лужде­ния и жал­ко­го уп­рямс­тва.

– Прек­ра­ти фан­та­зиро­вать, – я, ми­нуту на­зад бо­ясь на неё взгля­нуть, те­перь не сво­дил глаз, буд­то со­бира­ясь вы­жечь на её лбу всё, что из­му­чило ме­ня, под­би­ралось к гор­лу и сры­валось с язы­ка. – Ты нап­ле­ватель­ски от­но­сишь­ся к собс­твен­ной жиз­ни, так, по­жалуй­ста, ра­ди Бо­га, в ко­торо­го ты ве­ру­ешь, уби­рай­ся прочь! По­жалей спо­кой­ствие тех, ко­го ты бес­со­вес­тно ис­тя­за­ешь. Ра­нее я за­яв­лял, что не мо­гу про­сить мис­сис Хад­сон вы­гонять те­бя, но я ста­ну тре­бовать. Де­лить с то­бой од­ну кры­шу – вы­ше че­лове­чес­ких сил!

– Шер­лок Холмс, – с на­жимом на­чала Ад­ри­ана, в от­вет ожес­то­чив взгляд, но я не дал ей вы­разить не­доволь­ство. Дер­жи она в ру­ках щит, я бы жёс­тко выр­вал его и на­целил ос­трие клин­ка пря­мо в сер­дце – рас­садник бе­зумия. Сог­ла­ситесь, иде­аль­ное срав­не­ние, ил­люс­три­ру­ющее но­вое сло­вес­ное сра­жение, в хо­де ко­торо­го я ли­шил Ад­ри­ану вся­кой за­щиты.

– На­до­ел этот цирк. Я не знаю, как ты втя­нула ме­ня в та­кое бе­зоб­ра­зие, что за пси­хо­ак­тивная дрянь по­рабо­тила рас­су­док, зас­та­вила ид­ти на бес­смыс­ленное убий­ство. Приз­наю, был лю­бопы­тен опыт, об­ри­сован­ный то­бой столь за­ман­чи­во, но глу­пая иг­ра окон­че­на, Ад­ри­ана, жен­щи­на без име­ни, – я сде­лал шаг, нас­то­рожив­ший Ад­ри­ану и убе­див­ший, буд­то я неп­ре­мен­но выш­вырну её за дверь, спу­щу вниз по лес­тни­це, ка­кую она с тру­дом су­мела оси­лить, при­няв от­каз в по­мощи. По­доб­ное пред­по­ложе­ние, зас­тывшее в её ис­пу­ган­ных гла­зах, но свер­кавших ре­шимостью, го­тов­ностью обо­ронять­ся до пос­ледней кап­ли кро­ви, ско­рее ос­кор­бля­ло, чем за­бави­ло. Я бы не при­бег­нул к та­кому спо­собу из­бавле­ния от гостьи. – Ухо­ди, но будь уве­рена: я обя­затель­но раз­га­даю те­бя, ра­зоб­ла­чу уни­зитель­ный спек­такль. Те­перь со­бирай­ся, я вы­зову так­си, и ты вер­нёшь­ся об­ратно в боль­ни­цу и боль­ше ни­ког­да не пе­рес­ту­пишь этот по­рог.

– Шер­лок, я лишь здесь в бе­зопас­ности! – взмо­лилась Ад­ри­ана. – Брат зна­ет, что я по­пала в боль­ни­цу, он ста­нет ис­кать, на­зывая нас­то­ящее имя, но доб­ро­душ­ные мед­сёс­тры раз­венча­ют мою улов­ку, ска­жут, что к ним дей­стви­тель­но пос­ту­пала жен­щи­на, под­хо­дящая под опи­сание, но не­ожи­дан­но сбе­жала из па­латы, – Ад­ри­ана за­дыха­лась, но не пе­рес­та­вала го­ворить слиш­ком быс­тро, гло­тая ка­шель и окон­ча­ния слов. Она слов­но спе­шила вы­бить из ме­ня сос­тра­дание, по­ка я не унич­то­жил лю­бые ла­зей­ки для на­деж­ды на снис­хожде­ние, не ук­ре­пил ре­шение ог­лохнуть к её моль­бам и на­силь­но уса­дить в так­си и от­пра­вить навс­тре­чу ги­бели. – Бре­ну­элл пой­мёт, по ка­кому ад­ре­су ис­кать ме­ня и при­кусит от бес­си­лия язык: в те­чение сле­ду­юще­го дня, про­щаль­но­го с Ан­гли­ей дня, он не смо­жет по­доб­рать­ся ко мне, не свер­шит пра­восу­дие!

– За­мол­чи, Ад­ри­ана, – при­казал я.

– Раз­ве ты, ве­ликий де­тек­тив, не за­метил кэб, прес­ле­довав­ший ма­шину ско­рой по­мощи? – не уни­малась она, но при этом и не упус­ка­ла воз­можнос­ти ус­мехнуть­ся на­до мной, над изъ­яна­ми ме­тодов, ис­поль­зу­емых в прак­ти­ке, яко­бы ог­ра­ничи­ва­ющих об­ласть вос­при­ятия. – Брат вов­се не сдал­ся, от­сту­пив от две­ри этой квар­ти­ры. Он щед­ро зап­ла­тил так­систу и тер­пе­ливо вы­жидал, ког­да я вый­ду на ули­цу. Ка­кое счастье, что Бре­ну­элл ещё дос­та­точ­но ра­зумен, что­бы не рас­пла­чивать­ся не­вин­ны­ми жер­тва­ми за по­така­ние вну­шён­ной идее.

– Ты фи­зичес­ки не мо­жешь это­го знать, – сме­ло оп­ро­верг я. – Те­бя вы­нес­ли на но­сил­ках с ис­че­за­ющи­ми приз­на­ками жиз­ни, и по­тому я не стал бы так рь­яно ут­вер­ждать на тво­ём мес­те столь аб­сур­дный факт.

– Шер­лок, пос­ле­зав­тра Бре­ну­элл у­едет в Нью-Й­орк, не­удач­ная по­пыт­ка снять се­мей­ное прок­ля­тие не обер­нётся пре­пятс­тви­ем для про­пус­ка го­дов­щи­ны смер­ти ма­тери, – Ад­ри­ана улыб­ну­лась пе­чаль­но: – Я по­кину Бей­кер-стрит, ста­ну ук­ры­вать­ся от ище­ек бра­та, уве­рена, он на­нял мер­завцев, спо­соб­ных на­садить чу­жие го­ловы на пи­ки. Так или ина­че, ты убь­ёшь ме­ня, по ис­те­чении трёх ме­сяцев или рань­ше сро­ка. Про­гоняя, ты на­мерен­но об­ре­ка­ешь на смерть.

– Моя со­весть бу­дет спо­кой­на. Я рас­счи­тывал вы­тер­петь те­бя, но это не­воз­можно, а доб­ро­воль­ное сог­ла­шение на без­жа­лос­тное му­чение - слиш­ком до­рогой по­дарок.

– Пос­ледний воп­рос, Шер­лок, – вдруг встре­пенув­шись, встре­вожен­но про­шеп­та­ла она.

– Го­вори, – сми­рил­ся я с оче­ред­ным из­де­ватель­ством.

– Во­да в ван­ной ос­та­лась чёр­ной?

– По­лагаю, да.

– Мне ну­жен точ­ный от­вет.

– Встань и убе­дись са­ма, – стро­го ска­зал я, по­нятия не имея о цве­те во­ды, в чей умерт­вля­ющий плен нас­той­чи­во тол­кал Ад­ри­ану. Дан­ная ме­лочь в те ми­нуты не пред­став­ля­ла ни­како­го зна­чения. Я хо­тел до­бавить, что ме­ня бо­лее ин­те­ресо­вало её за­тих­шее сер­дце­би­ение, за­битые во­дой ды­хатель­ные пу­ти, а всё, су­щес­тво­вав­шее вне это­го хруп­ко­го, не­весо­мого те­ла, ут­ра­тило тог­да вся­кую зна­чимость. Но вов­ре­мя осоз­нал: не­ос­то­рож­ное приз­на­ние име­ет свой­ство быть неп­ра­виль­но ис­толко­ван­ным, на из­вес­тный ма­нер, а ме­ня не прель­ща­ла пер­спек­ти­ва воз­никно­вения не­лепой мыс­ли о гу­битель­ной, не­умес­тной сим­па­тии. 

Ад­ри­ана мол­ча под­ня­лась на но­ги и, удер­жав рав­но­весие, вып­ря­милась вы­зыва­юще, что­бы до­казать не­ис­то­щимость сво­ей стой­кос­ти, и прос­ле­дова­ла в ван­ную ком­на­ту, от­ку­да в сле­ду­ющий миг выс­ко­чила с но­жом в ру­ках, ве­ро­ят­но, вых­ва­чен­ным со дна ра­кови­ны:

– Ма­терь Божья, он ещё здесь, – бе­шено вер­тя го­ловой, ог­ля­дывая каж­дый угол, го­вори­ла Ад­ри­ана и, ка­залось, да­же не мор­га­ла, бо­ясь упус­тить ко­го-то из ви­ду. – Я не смог­ла ощу­тить его сра­зу, как толь­ко заш­ла в гос­ти­ную… – она ри­сова­ла в воз­ду­хе не­понят­ные за­вит­ки, в точ­ности та­кие же, что бы­ли вы­реза­ны на ру­ко­яти. – Да­вай, по­кажись, гни­лое от­родье, поп­ро­буй за­вер­шить на­чатое! Мы оба ос­лабли, но мне хва­тит сил при­бить те­бя к сво­им рёб­рам! – Ад­ри­ана зас­ты­ла нап­ро­тив ка­мина, со­щури­лась и, сна­чала приг­ро­зив ос­три­ём нез­ри­мому про­тив­ни­ку, ус­тре­мила нож в грудь. 

Я го­тов был прок­ли­нать Ад­ри­ану сно­ва и сно­ва до тех пор, по­ка не ис­сякли бы все из­вес­тные и не­из­вес­тные прок­ля­тия, по­ка их бес­при­мер­ная мощь не ис­тре­била за­разу, по­жирав­шую ра­зум этой не­выно­симой жен­щи­ны! Мозг от­ка­зывал­ся вос­при­нимать то, что ви­дели гла­за: Ад­ри­ана опять взду­мала драз­нить смерть, це­лясь в сер­дце, не так дав­но за­мол­кнув­шее и чу­дом бив­ше­еся те­перь.

– Ес­ли ты на­мере­на раз­жа­лобить ме­ня та­кой не­убе­дитель­ной сце­ной, то, бо­юсь, те­бя ожи­да­ет да­леко не па­лата об­ще­го ле­чения, – тре­вога ох­ла­дила гнев и прон­зи­ла ме­ня с та­кой бес­по­щад­ностью, буд­то груд­ная клет­ка рас­ко­лолась, и сло­ман­ные кос­ти ра­зом прот­кну­ли внут­реннос­ти. Я по­дошёл к Ад­ри­ане и про­тянул ла­донь, что­бы от­нять нож. Бе­зум­цу вер­ну­ли брит­ву. – До­воль­но глу­пос­тей. 

– Он сме­ёт­ся, – не за­мечая мо­ей по­пыт­ки вме­шать­ся в ра­зыг­ры­ва­емый спек­такль, про­из­несла Ад­ри­ана, ус­та­вив­шись на от­ра­жение в вы­тяну­том пря­мо­уголь­ном зер­ка­ле, рас­по­ложен­ном над ка­мином. – Он зас­трял внут­ри стек­ла, но на­ив­но нас­та­ива­ет на том, что пря­чет­ся, ко­пит си­лы… Ты ни­ког­да не ста­нешь чем-то боль­шим, чем обык­но­вен­ное от­ра­жение. Пре­дел тво­их воз­можнос­тей – жал­кое под­ра­жание!

– Ад­ри­ана, – поз­вал я, кос­нувшись её нап­ря­жён­ных, хо­лод­ных паль­цев.

– Воп­рос: по­чему ник­то из вас ни­чего не ви­дит? – сме­рив ме­ня през­ри­тель­ным взгля­дом, как на­зой­ли­вую по­меху, от­махну­лась она. – Вы от­ка­зыва­етесь ви­деть! Ма­лень­кие де­ти очень чувс­тви­тель­ны, им дос­тупны тон­чай­шие гра­ни соп­ри­каса­ющих­ся ми­ров, а взрос­лые вну­ша­ют свои идеи, гу­бят внут­реннее зре­ние, учат сме­ять­ся над те­ми, кто не ос­леп… 

– Я сог­ла­шусь со всем, что ты ска­жешь, толь­ко от­дай мне нож, – на­дёж­но за­верил я, на де­ле же не со­бира­ясь пре­давать царс­тво­вание рас­судка. Ме­ня от­кро­вен­но пу­гал её стран­ный раз­го­вор с зер­ка­лом.

– Не­убе­дитель­ная сце­на, Шер­лок, – ус­мехну­лась Ад­ри­ана, про­читав в мо­их гла­зах лож­ность ут­вер­жде­ния. 

Но ког­да я ре­шил заб­рать нож воп­ре­ки её уп­ря­мому же­ланию в лю­бой мо­мент по­разить им сер­дце, гос­ти­ная сод­рогну­лась от вне­зап­но­го тол­чка, пол за­качал­ся, зас­коль­зил под но­гами, кни­ги по­сыпа­лись с по­лок. Я в ужа­се наб­лю­дал за тем, как не­под­властная по­нима­нию си­ла вер­те­ла пе­редо мной сте­ны, пе­рево­рачи­вала крес­ла; жму­рясь от но­ющей бо­ли в гру­ди, я в об­ра­зовав­шемся вих­ре, под­нявшем в воз­дух жёл­тые клу­бы пы­ли, пы­тал­ся рас­смот­реть Ад­ри­ану. Раз­ли­чив бе­лый ха­лат, мель­те­шащий впе­реди, я, преж­де чем нож­ка сту­ла вре­залась в мой лоб, по­нял, что нас швы­ряло в раз­ные сто­роны, а ком­на­та ос­та­валась нед­ви­жимой. 

– Ад­ри­ана! – гром­ко зак­ри­чал я, по­тянув­шись к ней, но не су­мел ра­зог­нуть ру­ку: мыш­цы вдруг оде­реве­нели, я ока­зал­ся па­рали­зован и мог толь­ко слы­шать прон­зи­тель­ный визг и смот­реть, как Ад­ри­ану ло­ма­ет по­полам. 

«Мис­тер Ват­сон был бес­по­мощен про­тив та­кой ата­ки», – по­мутив­ше­еся соз­на­ние оза­рилось кро­хот­ным вос­по­мина­ни­ем, и, че­рез нес­коль­ко се­кунд, я рух­нул на раз­бро­сан­ные кни­ги.

По­шеве­лив паль­ца­ми, я вы­яс­нил, что вновь мо­гу уп­равлять сво­им те­лом и, от­де­лав­шись от мер­зко­го ощу­щения уни­зитель­ной сла­бос­ти, при­под­нялся на лок­тях. Сквозь па­рив­шую пыль я уви­дел Ад­ри­ану, си­дев­шую на по­лу и про­жигав­шую из­му­чен­ным взгля­дом ок­ро­вав­ленную ру­ко­ять но­жа, вот­кну­того в сте­ну. 

Её ху­дые пле­чи тряс­лись, с дро­жащих губ сле­тали бес­связ­ные зву­ки, и она, сжи­мая по­резан­ную ла­донь, как за­воро­жён­ная, смот­ре­ла в од­ну точ­ку, буд­то не­ча­ян­ное дви­жение го­ловы при­вело бы в дей­ствие не­види­мый ме­ханизм и об­ру­шило на неё град выс­тре­лов.

Сов­ла­дав с го­ловок­ру­жени­ем, я встал, приб­ли­зил­ся к Ад­ри­ане и ос­то­рож­но опус­тился ря­дом, опа­са­ясь спуг­нуть жизнь, ед­ва дер­жавшу­юся за эту ис­то­щён­ную обо­лоч­ку.

– Не ут­руждай се­бя, – за­гово­рил я, за­дав­ленный не­мыс­ли­мой аб­сур­дностью про­изо­шед­ше­го, – да­же не пы­тай­ся объ­яс­нять… Прос­то мол­чи.

Ад­ри­ана, чуть по­качи­ва­ясь, пой­ма­ла мой встре­вожен­ный взгляд и пос­мотре­ла рас­те­рян­но, да­же с не­ким со­жале­ни­ем и тос­кой. Её ли­цо бы­ло блед­ным, пус­тым, оно не вы­ража­ло ни еди­ной эмо­ции, буд­то бе­зум­ный вихрь вы­коло­тил из неё чувс­тва, преж­де уга­дывав­ши­еся в неж­ных, но изу­родо­ван­ных го­лодом чер­тах.

Ад­ри­ана под­пол­зла ко мне и упа­ла, обес­си­лев, ут­кнув­шись ли­цом в мои ко­лени. Она не по­теря­ла соз­на­ние, но ис­черпа­ла все ис­точни­ки, снаб­жавшие жи­лы сом­ни­тель­ной энер­ги­ей и да­вав­шие воз­можность дви­гать­ся. 

– Чем вы та­ким за­нима­етесь? Вся квар­ти­ра хо­дуном хо­дит! – в ко­ридо­ре пос­лы­шал­ся воз­му­щён­ный го­лос мис­сис Хад­сон в ту­го за­вязан­ном ха­лате. Бы­ло бы уди­витель­но, ес­ли б страш­ный шум не втор­гся в её креп­кий сон и не зас­та­вил прос­нуть­ся рань­ше обыч­но­го.

Но я не от­ве­чал, за­пус­тив ла­донь в спу­тан­ные во­лосы Ад­ри­аны, что су­дорож­но ды­шала, из­да­вала глу­хие сто­ны. Я мол­чал, на­ходя сло­ва со­вер­шенно лиш­ни­ми. Здесь пра­вило неч­то, не­опи­су­емое сло­вами.



Charmily Ann Bell

Отредактировано: 27.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться