Кровавое небо Шерлока Холмса

Размер шрифта: - +

Запись 15. Найти и снова потерять

Раз­мышляя над со­дер­жа­ни­ем пре­дыду­щих за­писей, пе­режи­вая за­ново то, что оши­боч­но при­нимать за на­чало этой стран­ной ис­то­рии, я вдруг стол­кнул­ся с весь­ма ин­те­рес­ным воп­ро­сом: смог ли кто-ли­бо из не­жела­тель­ных, но не­из­бежных чи­тате­лей, пу­тешес­твен­ни­ков по тём­ным ла­бирин­там мо­ей па­мяти до­гады­вать­ся о со­быти­ях, чьи те­ни ед­ва уло­вимы в прош­лом? Всё скла­дыва­лось та­ким не­мыс­ли­мым об­ра­зом, что са­мая глав­ная тай­на не вы­води­лась ни­от­ку­да.


Вто­рой раз за день я с не­пере­дава­емым об­легче­ни­ем стя­нул с се­бя мок­рую одеж­ду и на­дел чис­тую, вновь от­ме­тив, нас­коль­ко не­леп был цвет куп­ленной ру­баш­ки.

По­ка Ад­ри­ана, пос­ле из­ну­ритель­ных уго­воров сог­ла­сив­шись при­нять го­рячую ван­ну, ос­та­вила ме­ня в оди­ночес­тве сре­ди ти­шины и по­лум­ра­ка по­местья, я ре­шил ос­мотреть ла­бора­торию без её учас­тия. Я по­лагал, мес­то, где обез­гла­вили Джес­са­лин, не вос­ста­новит раз­ло­ман­ную гар­мо­нию её ду­ши и на­несёт серь­ёз­ный удар по нер­вам.

Ящик, ко­торый Ад­ри­ана под на­тис­ком лю­бопытс­тва и жгу­чего не­тер­пе­ния ед­ва не зу­бами хо­тела от­кры­вать, я по­ручил Мар­ри­эту, и тот, с не­дове­ри­ем нап­ра­вив ме­ня в те­мень ка­мен­но­го кры­ла, спус­тился в под­вал, раз­ре­зая тем­но­ту вздра­гива­ющим ог­нём ке­роси­новой лам­пы. 

Не имея под ру­кой ни фо­нари­ка, ни лам­пы, я вы­нуж­ден был прод­ви­гать­ся внутрь ко­ридо­ра, ори­ен­ти­ру­ясь на свет (Мар­ри­эт был уве­рен – мне бу­дет дос­та­точ­но столь блёк­ло­го ма­яка), что был заж­жён над мас­сивны­ми ду­бовы­ми дверь­ми, не за­пер­ты­ми на ключ. Пос­ле убий­ства его так и не смог­ли отыс­кать.

Нес­мотря на то, что особ­няк был ос­на­щён элек­три­чес­ким пи­тани­ем, дан­ное пре­иму­щес­тво яв­но не стре­мились ис­поль­зо­вать с целью ра­зог­нать по уг­лам из­лишний мрак.

Дёр­нув на се­бя две­ри, я слов­но при­от­крыл тя­жёлую за­весу во ть­му смер­ти Джес­са­лин. Я ос­то­рож­но про­шёл внутрь, и, об­на­ружив на об­жи­гав­шей хо­лодом сте­не квад­ратный вык­лю­чатель, тут же на­давил на не­го, и длин­ные тон­кие лам­пы зат­ре­щали под по­тол­ком, про­тал­ки­вая свет сквозь пыль­ные стек­лянные коль­ца. К мо­ему не­мало­му удив­ле­нию, ла­бора­тория бы­ла ос­тавле­на в бес­по­ряд­ке, буд­то нав­сегда за­мерев во вре­мени, и те­перь на­поми­нала ра­зод­ранную ура­ганом свал­ку. Раз­ли­тые по усе­яв­шим пол ос­колкам колб кис­ло­ты и щё­лочи вы­рисо­выва­ли на се­рых пли­тах рва­ные узо­ры, на об­рывках эти­кеток зна­чилось ед­ва чи­та­емое: фос­форная кис­ло­та, ди­гид­ро­фос­фат нат­рия… В нос от­чётли­во бил за­пах ук­сусной и мас­ля­ной кис­ло­ты, чьи сле­ды прос­матри­вались меж раз­бро­сан­ных бу­маг мел­ки­ми лу­жица­ми. На нож­ки од­но­го пе­ревёр­ну­того сто­ла бы­ли на­коло­ты лис­ты с це­поч­ка­ми хи­мичес­ких фор­мул, на дру­гом, что был от­бро­шен на се­реди­ну, вы­деля­лось, как сво­рочен­ная ска­терть, пят­но за­сох­шей кро­ви. Руч­ка, ве­ро­ят­но, вы­нутая из ла­дони Джес­са­лин, при­сох­ла к за­литой кровью тет­ра­ди с бес­смыс­ленны­ми ли­ни­ями чер­нил. Шка­фы, в ко­торых хра­нились те­перь уже ра­зор­ванные на час­ти спра­воч­ни­ки, бы­ли оп­ро­кину­ты, сор­ва­ны с пе­тель, что кре­пили их к сте­нам нап­ро­тив за­коло­чен­ных дос­ка­ми окон. Толь­ко один ос­тался на мес­те, имен­но за ним Ад­ри­ана наш­ла за­гадоч­ное пос­ла­ние Джес­са­лин.

Я с жад­ностью об­во­дил взгля­дом дюйм за дюй­мом раз­ру­шен­ной ла­бора­тории, на­де­ясь нат­кнуть­ся на за­вален­ную об­ломка­ми и гра­дом стек­ла кро­шеч­ную де­таль, что под­твер­ди­ла бы са­мое оче­вид­ное и не­сом­ненное по­доз­ре­ние: Арис жес­то­ко рас­пра­вил­ся с Джес­са­лин, а су­дя по рас­ска­зам Ад­ри­аны, вспыш­ки его ярос­ти не вся­кий раз име­ли серь­ёз­ную при­чину. Арис заб­рал её из кли­ники, при­вёз в по­местье и по-сво­ему из­ба­вил от не­выно­симых гал­лю­цина­ций, ус­тра­нил объ­ект дур­но­го вли­яния на его дочь. Воз­можно, Джес­са­лин пред­став­ля­ла для не­го не­кую осо­бо опас­ную уг­ро­зу, и он, пе­реду­мав ло­мать её пов­реждён­ный ра­зум, ре­шил раз­де­лать­ся с ней столь бес­че­ловеч­но. И без­рассуд­но: ла­бора­тория бы­ла за­пер­та на уте­рян­ный ключ, ко­торый Арис хра­нил лич­но и ни­кому не до­верял. Убить Джес­са­лин в са­мом сер­дце её семьи, ос­та­вить кри­чащую под­сказ­ку, ве­дущую к единс­твен­но­му обос­но­ван­но­му об­ви­нению – од­новре­мен­но глу­пая ошиб­ка, на­ив­ный прос­чёт, од­на­ко в этом оче­вид­ном фак­те та­илось неч­то не­уло­вимое, по­доз­ри­тель­ное, ка­кой-то ук­ры­тый внеш­ней глу­постью ход, чей смысл по­ка был не­ясен. Но преж­де, чем под­би­рать до­каза­тель­ства этой вне­зап­ной и бес­почвен­ной ги­поте­зы, я пы­тал­ся до­казать ви­ну Ари­са.

Без спе­ци­аль­ной за­щиты я не мог дол­го на­ходить­ся в мрач­ном царс­тве хи­мичес­ких за­пахов, по­это­му с уд­во­ен­ной ско­ростью вы­нуж­дал се­бя оце­нивать ок­ру­жа­ющий ха­ос: на ка­мен­ном по­лу, свер­кавшем би­тым стек­лом, точ­но вы­рос­ши­ми из плит ль­дин­ка­ми, прос­матри­вались три раз­ных от­пе­чат­ка по­дошв, ис­пачкан­ных кровью. Один след на­поми­нал ри­сунок по­дошв крос­со­вок Ад­ри­аны, а их я ус­пел изу­чить ещё в оте­ле, по­ка она при­нима­ла душ. Два дру­гих бы­ли зна­читель­но ши­ре и, ско­рее все­го, при­над­ле­жали муж­чи­нам: Мар­ри­эту и Ари­су, при­чём бо­тин­ки дво­рец­ко­го за­мет­но от­ли­чались мень­шим раз­ме­ром. Боль­ше ник­то не ос­та­вил на­мёков сво­его при­сутс­твия в те дни, ког­да кровь ещё бы­ла жид­кой. Ис­сле­довав каж­дую не­ров­ность по­ла, я вы­яс­нил, что сле­дов Ад­ри­аны и од­но­го из муж­ских ока­залось го­раз­до боль­ше, чем треть­его че­лове­ка, и их ко­личес­тво уве­личи­валось вбли­зи ок­ро­вав­ленно­го сто­ла, за ко­торым си­дела обез­глав­ленная Джес­са­лин. Я пред­по­ложил, что Ад­ри­ана, уви­дев изу­родо­ван­ный труп ба­буш­ки, бро­силась к ней в прис­ту­пе ужа­са и ярос­тно­го от­ча­яния, а вто­рой об­ла­датель сле­дов, ве­ро­ят­но, Арис си­лой от­таски­вал её на­зад, о чём сви­детель­ство­вали раз­ма­зан­ные до­рож­ки кро­ви. Злость под­ка­тыва­ла к гор­лу от­ча­ян­ным сто­ном: я мог про­честь очер­та­ния со­бытий, про­ис­хо­дящих пос­ле ноч­но­го убий­ства, и был не в си­лах уга­дать об­сто­ятель­ства, пред­шес­тву­ющие ему. 
Су­дя по то­му, что от­чётли­вых сле­дов жер­твы я не смог об­на­ружить, Джес­са­лин в ла­бора­торию вта­щили си­лой, ед­ва её но­ги ка­сались по­ла.

Но я не сом­не­вал­ся, что Ад­ри­ана не толь­ко по­доз­ре­вала от­ца в сот­во­рён­ном ужа­се, но и име­ла на то ве­сомое ос­но­вание, цепь оп­ре­делён­ных фак­тов, на­роч­но от ме­ня скры­тых. Я сто­ял пос­ре­ди об­ломков ста­рой ме­бели и раз­би­того стек­ла, вды­хал нес­терпи­мые за­пахи кис­лот и не по­нимал, че­го до­бива­лась Ад­ри­ана, на­нимая де­тек­ти­ва для рас­сле­дова­ния. Ла­бора­тория, ко­торую она так жаж­да­ла по­казать, не зак­лю­чала в се­бе ни еди­ной под­сказ­ки, не нап­равля­ла мою мысль, а лишь сби­вала с тол­ку, пло­дила пу­тани­цу и на­вева­ла не­веро­ят­ные пред­по­ложе­ния, не имев­шие ни­како­го зна­чения. До­воль­но ред­ко мне до­води­лось ощу­щать се­бя сле­пым на мес­те прес­тупле­ния: я всмат­ри­вал­ся в чер­ты ла­бора­тории, вых­ва­чен­ные вздра­гива­ющим бе­лым све­том, и со­вер­шенно ни­чего не ви­дел, слов­но ме­ня ок­ру­жала бес­смыс­ленная пус­то­та. Но это бы­ло да­леко не так – пред­ме­ты хра­нили кро­вавый от­пе­чаток про­изо­шед­ше­го убий­ства, ис­то­чали его дур­ма­нящий аро­мат, на­пол­ня­ли воз­дух нес­терпи­мым прив­ку­сом мёр­твой пло­ти, од­на­ко я не мог рас­смот­реть ни проб­леска не­об­хо­димо­го от­ве­та. 

Что же я дол­жен был уви­деть здесь? Поз­нать яд по­раже­ния? 

Взбе­шён­ный сок­ру­шитель­ной не­уда­чей, я уда­рил по вык­лю­чате­лю и под треск гас­ну­щих ламп и гро­хота зах­лопну­тых две­рей я за­шагал на­зад по ко­ридо­ру, к чах­ло­му мер­ца­нию све­та в ши­роком, мрач­ном хол­ле. Раз­гадка ка­залась мне столь же да­лёкой и хруп­кой, поч­ти не­дос­ти­жимой. И это ще­мящее чувс­тво на­чина­ло грызть из­нутри, ра­зож­жённое злостью и оп­ро­тивев­шим не­веде­ни­ем.

Но, вер­нувшись в гос­ти­ную, я не­ожи­дан­но стол­кнул­ся с по­доз­ри­тель­ным от­кры­ти­ем. Кур­тка Ад­ри­аны, ос­тавлен­ная на по­тёр­том под­ло­кот­ни­ке крес­ла, вне­зап­но прив­лекла ос­трое вни­мание, и, схва­тив её и по­вер­тев в ру­ках с жа­лящим лю­бопытс­твом, я вдруг за­мер, ус­та­вив­шись на ли­нию утя­гива­юще­го ре­меш­ка. Он был ук­ра­шен ря­дом глад­ких пу­говиц, и вмес­то пос­ледней тор­ча­ли рва­ные нит­ки. Я, ис­пы­тав при­лив сил пос­ле уни­зитель­но­го уг­не­тения, ки­нул­ся к кар­ма­ну сво­его паль­то, ку­да пре­дус­мотри­тель­но по­ложил най­ден­ную на кам­нях пу­гови­цу, за­ронив ма­лень­кую, снис­хо­дитель­ную ве­ру в раз­гром­ленную мной те­орию Ад­ри­аны. Я при­ложил пу­гови­цу к ос­лаблен­но­му ре­меш­ку и ус­мехнул­ся её аб­со­лют­но­му сходс­тву с дру­гими пятью, плот­но при­шиты­ми к тка­ни. 

Что всё это мог­ло зна­чить? Ад­ри­ана смот­ре­ла на эту пу­гови­цу как на нез­на­комую, но смер­тель­но опас­ную вещь, не по­дав и ви­да, что уз­на­ла её. Но дол­жна же бы­ла уз­нать! Мел­кие ца­рапи­ны, пов­ре­див­шие глад­кую, блес­тя­щую по­вер­хность, не из­ме­нили пу­гови­цу нас­толь­ко, что­бы та ни­чего не тро­нула в па­мяти. Ад­ри­ана, влюб­лённая в скоп­ле­ние фор­мул, ка­кими был ис­кусно выс­тро­ен её мозг, не мог­ла, чёрт возь­ми, спу­тать эту пу­гови­цу с чу­жой и на­чать ле­пить не­убе­дитель­ное пред­по­ложе­ние о не­из­вес­тном че­лове­ке, отыс­кавшем тай­ник. Что за бес­смыс­ленный спек­такль она взду­мала ра­зыг­рать?

Толь­ко я от­бро­сил кур­тку как неч­то про­тив­ное и сколь­зкое, в хо­лод­ной те­ни ко­ридо­ра буд­то раз­да­лось глу­хое сер­дце­би­ение. Сре­ди пе­реп­ле­тения единс­твен­ных гром­ких зву­ков в без­молвии по­местья, я оп­ре­делил ти­хую по­ход­ку Мар­ри­эта и не­тер­пе­ливые, быс­трые ша­ги ок­репшей Ад­ри­аны. Ког­да раз­ли­тая по гос­ти­ной пляс­ка пла­мени ка­мина и дро­жание огонь­ков све­тиль­ни­ков вспых­ну­ли на блед­ном, тор­жес­тву­ющем ли­це Ад­ри­аны, я за­метил, что в ру­ках она с тре­петом сжи­мала об­гло­дан­ные сы­ростью и вре­менем лис­ты, сши­тые чёр­ной нитью, на­поми­нав­шей прядь че­лове­чес­ких во­лос. Её за­дым­лённый ка­кой-то не­яс­ной страстью взгляд ме­ня край­не нас­то­рожил, и я ре­шил пов­ре­менить с расс­про­сом об об­ма­не с пу­гови­цей, ко­торую ус­пел спря­тать в кар­ма­не брюк.

Дво­рец­кий, при­ведя Ад­ри­ану, ис­чез в ко­ридо­ре, прог­ло­тив­шем стук его ша­гов. Я вновь был ис­клю­чён из зо­ны вни­мания Мар­ри­эта.

– Это не днев­ник ба­буш­ки, – про­гово­рила она воз­буждён­ным го­лосом, упав на ко­лени пе­ред ка­мином, в чь­ей мра­мор­ной пас­ти сви­репо взды­билось пла­мя и за­тем бе­шено за­дёр­га­лось, – но текст на­писан с ис­поль­зо­вани­ем то­го же шиф­ра, – в каж­дом дви­жении Ад­ри­аны от­ра­жалось рвав­шее её на час­ти нап­ря­жение и бе­зум­ная иг­ра нер­вов. Наб­лю­дая за дрожью паль­цев, чер­тивших ко­сые стро­ки на стра­ницах, я взгля­нул на неё с тем же це­пеня­щим ужа­сом, что и Ад­ри­ана на най­ден­ную пу­гови­цу. Я не ви­дел в её сгор­блен­ном те­ле преж­нюю, зна­комую мне Ад­ри­ану: сквозь по­белев­шую ко­жу слов­но про­рывал­ся кто-то дру­гой, для ко­го она яв­ля­лась лишь ко­коном, вре­мен­ной обо­лоч­кой.

Семь лет на­зад я не мог и на се­кун­ду до­пус­тить, что все­му ви­ной бы­ла прок­ля­тая зем­ля, вспыш­ки по­тус­то­рон­них сущ­ностей, от­ра­жения яв­ле­ний, про­ис­хо­дящих за гранью по­нима­ния. За гранью ра­зума. 

– Ты уве­рена, что хо­чешь про­честь пря­мо сей­час? – я опус­тился ря­дом на жёс­ткий ко­вёр, ис­тёртый ты­сячей ша­гов бе­зум­цев ро­да Фи­цу­иль­ям. Я по­думал, что тя­жесть нах­лы­нув­ших со­бытий ока­залась пре­дель­ной для её здо­ровья, сло­мила ду­шев­ное рав­но­весие, вспо­рола рас­су­док. Бе­зумие час­то пред­став­ля­лось мне де­сят­ком на­точен­ных но­жей, что ра­нят мозг и раз­ре­за­ют об­лик че­лове­ка, вы­пус­кая на­ружу из бес­по­рядоч­ных над­ре­зов неч­то ди­кое и не­под­властное кон­тро­лю. 

Да, Ад­ри­ана бы­ла на­пуга­на, па­мять пы­тала день за днём, утас­ки­вала ра­зум в ло­вуш­ку вос­по­мина­ний о жес­то­кос­ти от­ца, но, уви­дев её тог­да, на кух­не квар­ти­ры на Мон­те­гю-стрит, я раз­гля­дел сле­ды де­ятель­но­го ума, его креп­ко­го ме­ханиз­ма, под­вержен­но­го, од­на­ко, раз­ру­шению. Смот­ря на её спу­тан­ные мок­рые во­лосы, ху­дые пле­чи, на ко­торых дер­жа­лось длин­ное бе­лое платье, я всё мень­ше уз­на­вал Ад­ри­ану, хоть и внеш­не она ос­та­валась ею. Опас­но и глу­по по­лагать­ся на ощу­щения, но имен­но их от­вра­титель­ное и нас­той­чи­вое гу­дение, точ­но роя на­секо­мых, об­ле­пив­ших ме­ня, под­креп­ля­ли сом­не­ния. Не­уже­ли её ра­зум под дав­ле­ни­ем пе­режи­того рас­сы­пал­ся так ско­ро? Мо­жет, Мар­ри­эт на­по­ил её ка­ким-ни­будь не­ведо­мым ле­карс­твом из трав, над­ло­мив­ших её рас­су­док сво­им ус­по­ка­ива­ющим воз­дей­стви­ем? 

Я не мог по­доб­рать единс­твен­но вер­ное объ­яс­не­ние, но по­веде­ние Ад­ри­аны рез­ко из­ме­нилось: да­же вой­дя в гос­ти­ную, она смот­ре­ла толь­ко на ко­лыха­ющий­ся огонь и буд­то лишь к не­му и об­ра­щалась. 
– Ни­ког­да ещё я не бы­ла так уве­рена, – не под­ни­мая зас­тывших глаз, от­ве­тила Ад­ри­ана. Её гла­за… Дол­жно быть, ог­ненный блеск поп­росту ис­ка­зил их цвет, но те­перь они ка­зались пус­ты­ми, чёр­ны­ми, а от зрач­ков от­хо­дила сеть лоп­нувших со­судов. Но я спи­сал эту стран­ность на скуд­ное ос­ве­щение и бли­зость к ог­ню. – Мы дол­жны ос­тать­ся здесь, – шё­потом проч­ла она. Угол­ки её губ, как при­коло­тые иг­ла­ми, бы­ли под­ня­ты в по­добии хит­рой, по­бед­ной ух­мылки. – Ви­дишь? – она вжа­ла па­лец в пред­ло­жение, что скла­дыва­лось во фра­зу, ос­тавлен­ную Джес­са­лин пе­ред смертью. – За­пис­ка ба­буш­ки вов­се не ука­затель на те­бя, Шер­лок, а от­сылка к тай­нам этих гни­лых ру­копи­сей.

Ед­ва я от­крыл рот, что­бы зап­ро­тес­то­вать, Ад­ри­ана на­чала чи­тать даль­ше, как за­ведён­ная ме­хани­чес­кая кук­ла:

– Мы дол­жны ос­тать­ся здесь, ибо дух наш за­кован в ка­мень, и толь­ко крылья из ог­ня воз­не­сут его в объ­ятия по­коя. Это зло вы­било се­бе путь из ис­то­ка тём­ных вре­мён, и тень смер­ти обер­ну­лась не­насыт­ным чу­дови­щем, на­бив­шим брю­хо на­шими изор­ванны­ми ду­шами. Это ис­то­рия гре­ха, ос­квер­нивше­го дни об­ре­чён­ных по­коле­ний, гре­ха, по­вис­ше­го над на­шей зем­лёй ла­донью дь­яво­ла. И ко­нец её свер­шится, ког­да чёр­ное сол­нце вос­си­яет на кро­вавом не­бе. Не бы­вать не­бесам без сол­нца, не зи­ять чёр­ной ды­рой сол­нцу без ок­ро­вав­ленно­го хол­ста…

Да­лее стра­ницы бы­ли силь­но пов­режде­ны во­дой, и при­ходи­лось с тру­дом уга­дывать раз­мы­тые очер­та­ния ис­крив­лённых букв.

– Мисс Дже­раль­дин, – су­дорож­но про­гово­рил Мар­ри­эт, вне­зап­но вор­вавшись в гос­ти­ную. Впер­вые его ис­пещрён­ное мор­щи­нами ли­цо яви­ло смесь яр­ких, жи­вых эмо­ций, – мис­тер Арис уже под­хо­дит к крыль­цу. Не­об­хо­димо не­мед­ленно спря­тать мис­те­ра Хол­мса, ина­че…

– Не до­саж­дай мне, Пи­тер, – рав­но­душ­но от­махну­лась Ад­ри­ана, скло­нив­шись над съ­еден­ны­ми во­дой чер­ни­лами. Имя от­ца не ох­ва­тило её сер­дце ле­дяным стра­хом и не выз­ва­ло дро­жи. – Я дол­жна про­честь до кон­ца.

«Ван­на вы­пари­ла из неё Дже­раль­дин», – про­нес­лась в мо­ей го­лове бе­зум­ная мысль, по­ка я тщет­но пы­тал­ся ра­зоб­рать­ся в не­ожи­дан­ной пе­реме­не Ад­ри­аны, смес­тившей всё сос­ре­дото­чение толь­ко на стран­ной на­ход­ке с дур­ным со­дер­жа­ни­ем, что на­поми­нало сказ­ку или ле­ген­ду, сло­жен­ную из мрач­ных кра­сок и жут­ких зна­мений.

– Мисс Дже­раль­дин, – не­до­уме­ние буд­то сда­вило ему гор­ло и приг­лу­шило го­лос, – но как же…

– Я не со­бира­юсь бе­жать, мис­тер Мар­ри­эт, – вме­шал­ся я, не об­ра­дован­ный ролью без­воль­ной ве­щи, ка­кую мож­но над­менно не за­мечать и пря­тать по шка­фам. – Я за­беру Дже­раль­дин с со­бой, и пусть её за­бот­ли­вый отец зна­ет, кто те­перь ста­нет её за­щищать и ни за что не вер­нёт об­ратно.

– Брось кни­гу, Джер­ри, – про­роко­тал го­лос Бен­джа­мина Ари­са, эхом гро­ма уда­ря­ясь о сте­ны ко­ридо­ра. Спус­тя мгно­вение не­вер­ный, тус­клый свет вых­ва­тил из скре­щён­ных те­ней его вы­сокую, строй­ную фи­гуру в ис­пачкан­ном грязью се­ром пла­ще. Ша­гая гроз­но и уве­рен­но, он нап­равлял ду­ло за­ряжен­но­го охот­ничь­его ружья в за­тылок собс­твен­ной до­чери. От­блеск ог­ня, го­тово­го вы­пол­зти из мра­мор­ных оков, чер­тил ос­трые ли­нии его скул и сжа­тые в нап­ря­жении тон­кие гу­бы. На­де­юсь, я дос­та­точ­но слов упот­ре­бил, что­бы чёр­но-бе­лый об­лик мо­их за­писей яс­но пред­ста­вил вам его пор­трет, как нель­зя кста­ти очер­ченный вспо­лоха­ми ог­ня. – Я при­казы­ваю те­бе: брось кни­гу! 

– Опус­ти­те ружьё, Арис, не де­лай­те глу­пос­тей. Ни­кому из нас не нуж­но, что­бы оно выс­тре­лило, – я зас­ло­нил Ад­ри­ану и стер­пел удар, ка­кой на­носил один лишь его ка­мен­ный взгляд и вдох пе­ред про­из­не­сени­ем слов. 

– Мар­ри­эт, от­бе­ри у неё кни­гу сей­час же, по­ка я раз­вле­каю на­шего храб­ро­го и бесс­траш­но­го ры­царя, – Арис ус­мехнул­ся, не от­во­дя ружья. – Вы же ра­ди раз­вле­чения, от сжи­ра­ющей вас ску­ки влез­ли в это оси­ное гнез­до, мис­тер Холмс? 

Мар­ри­эт не ре­шал­ся сде­лать шаг к Ад­ри­ане, что мёр­твой хват­кой вце­пилась в стра­ницы.

– Уво­лить бы те­бя к чер­тям, – гнев­но прос­то­нал Арис и с по­рази­тель­ной ско­ростью схва­тил ме­ня за пле­чо, сжал его, как же­лез­ны­ми тис­ка­ми, и от­тол­кнул ярос­тней, чем в пер­вую ми­нуту зна­комс­тва, ког­да це­лил­ся дать Ад­ри­ане жёс­ткую по­щёчи­ну. 

Я ед­ва удер­жался на но­гах, на­летев на крес­ло, од­на­ко Арис мол­ни­енос­но под­ско­чил к Ад­ри­ане, го­товый выр­вать кни­гу из рук да­же вмес­те с её паль­ца­ми. Прик­ла­дом ружья уда­рив Ад­ри­ану по спи­не, он по­доб­рал вы­пав­шие из её раз­жа­тых ла­доней сши­тые стра­ницы, и, не раз­ду­мывая ни се­кун­ды, швыр­нул их на съ­еде­ние жад­но­му пла­мени, что взмет­ну­ло свои жар­кие язы­ки и зат­ре­щал, а ста­рая бу­мага зас­висте­ла, из­ви­ва­ясь и чер­нея.

– Нет! – ис­тошно прок­ри­чала Ад­ри­ана, по­тяну­лась к бес­но­вав­ше­муся ог­ню, в чь­ей рас­ка­лён­ной сер­дце­вине та­яли бес­смыс­ленные за­писи, но Арис нос­ком бо­тин­ка под­це­пил её под­бо­родок и от­вернул в сто­рону от жа­ра ка­мина.

Мар­ри­эт в от­ча­янии и бес­си­лии опус­тил гла­за. Ад­ри­ане те­перь, в при­сутс­твии дар­тмурско­го ти­рана, не сто­ило ждать от не­го ка­кой-ли­бо по­мощи. Он спа­сал толь­ко се­бя от ли­цез­ре­ния ра­нящей ду­шу сце­ны на­силия, пус­тивше­го кор­ни в этот прок­ля­тый дом. Арис су­мел зах­ва­тить власть и над доб­ро­душ­ным дво­рец­ким, что буд­то вы­дыхал всю во­лю, ес­ли Арис на­ходил­ся ря­дом.

– Пос­мотри, что ты нат­во­рила, Джер­ри. Ты вы­нуж­да­ешь ме­ня ук­ра­сить те­ло де­тек­ти­ва узо­ром из пу­левых ра­нений.

– Нет, – взмо­лилась Ад­ри­ана, точ­но оч­нувшись от бе­зум­но­го на­важ­де­ния, и при­пала к гряз­ным по­лам его пла­ща, взы­вая к ми­лосер­дию. – Не тро­гай Шер­ло­ка, па­па, про­шу те­бя!
Те­перь да­же сам звук её жа­лос­тли­вого го­лоса, ис­ка­жён­ный прис­ту­пом стра­ха, вы­рисо­вывал пос­те­пен­но об­раз преж­ней Ад­ри­аны, раз­ру­шен­ный по­мешан­ной на кни­ге по­доз­ри­тель­ной под­делкой. Ужас мо­ей смер­ти вы­бил из неё эту не­мыс­ли­мую дурь и одер­жи­мость чте­ни­ем за­шиф­ро­ван­ных за­писей?

Арис без ко­леба­ний нап­ра­вил на ме­ня ружьё.

– И что же, убь­ёте ме­ня так прос­то? И го­лову от­ру­бать не ста­нете? – Ад­ри­ана с тру­дом от­верну­ла из­мождён­ное ли­цо от пла­ща и пой­ма­ла мой пря­мой, вы­пыты­ва­ющий взгляд, осоз­нав, что я срав­ни­вал ны­неш­нее об­сто­ятель­ство с убий­ством Джес­са­лин. – Толь­ко зас­тре­лите на гла­зах до­чери?

Он, уло­вив на­мёк, ух­мыль­нул­ся снис­хо­дитель­но и ди­ко:

– Мо­гу ук­ра­сить ва­шими внут­реннос­тя­ми спаль­ню Джер­ри, ес­ли вам не хо­чет­ся гнить в зем­ле вда­леке от неё. Но мы мо­жем ула­дить си­ту­ацию го­раз­до про­ще и без лиш­ней кро­ви. Ухо­дите, мис­тер Холмс, воз­вра­щай­тесь в Лон­дон и боль­ше не смей­те вспо­минать всё, что слу­чилось с ва­ми в Де­воне. Мол­ча­ние сох­ра­нит вас, и од­нажды вы неп­ре­мен­но за­буде­те Джер­ри, зах­ла­мите свою ге­ни­аль­ную го­лову дру­гими вос­по­мина­ни­ями, и ей боль­ше не най­дёт­ся мес­та в ва­шей ог­ра­ничен­ной па­мяти.

– Я не на­мерен ос­тавлять Дже­раль­дин раз­ла­гать­ся вмес­те с убий­цей. Не рас­по­ряжай­тесь мо­ей па­мятью, мис­тер Арис, – я го­ворил, на удив­ле­ние, спо­кой­но и чёт­ко, как ес­ли бы из ду­ла ружья не дол­жна бы­ла вот-вот выр­вать­ся пу­ля и зас­трять в рёб­рах. – Я обя­затель­но до­кажу ва­шу ви­ну в убий­стве, тюрь­ма на­дёж­но ог­ра­дит Дже­раль­дин от ва­шего зверс­тва. Я не ос­тавлю её.

Гу­бы Ад­ри­аны тро­нула скор­бная улыб­ка. 

– Для на­чала до­кажи­те, что вы ра­зум­ный че­ловек, и про­вали­вай­те, по­ка я даю вам шанс. Чем упор­ней вы от­ка­зыва­етесь от единс­твен­но­го ком­про­мис­са, тем су­ровей я вы­беру на­каза­ние для Джер­ри, – Арис уда­ром ко­лена в че­люсть оп­ро­кинул её на пол и, свер­кая го­рящи­ми гла­зами, приг­ро­зил ружь­ём, ког­да я сде­лал рез­кий шаг впе­рёд. – Я же убий­ца, мис­тер Холмс, так вы счи­та­ете? Тог­да мне не сос­та­вит осо­бого тру­да ра­зыг­рать пе­ред до­черью не­боль­шую по­каза­тель­ную казнь! Ухо­дите не­мед­ленно, ина­че я убью вас и Джер­ри!

– По­жалуй­ста, ухо­ди, Шер­лок! – хрип­лый го­лос Ад­ри­аны, её мо­лящий взгляд при­чиня­ли чу­довищ­ную, не­выно­симую фи­зичес­кую боль. На миг я вер­нулся в ле­дяную, чёр­ную мас­су во­ды, где от­ча­ян­но ис­кал би­ение жиз­ни Ад­ри­аны, где ме­ня ис­тя­зали жут­кие ви­дения её гни­юще­го тру­па… Что с ней ста­нет, ес­ли я под­чи­нюсь Ари­су? Он сда­вит её ли­цо креп­кой хват­кой и под­не­сёт го­лову к пы­ла­юще­му ка­мину, а длин­ные тём­ные пря­ди Ад­ри­аны бу­дут ис­че­зать в ды­му и жёл­том пек­ле, по­ка огонь про­бира­ет­ся к ко­же? – Зря топь гор­ла при­лила к во­дам пру­да, – она тя­жело ды­шала, по­дыс­ки­вая нуж­ные сло­ва. – Рок пут еле… – удар по за­тыл­ку зас­та­вил её при­кусить язык и взвы­вать от бо­ли.

«Я при­ду к те­бе» – вот, что пы­талась за­коди­ровать Ад­ри­ана. Раз­га­дав смысл её слов, я те­рял­ся в пра­виль­нос­ти сле­ду­ющих дей­ствий: при­нять это вы­мучен­ное пос­ла­ние за оче­ред­ную тай­ную часть пла­на и уй­ти, по­верив, что Ад­ри­ане дей­стви­тель­но удас­тся са­мос­то­ятель­но выб­рать­ся?

– За­мол­чи, Джер­ри, – гар­кнул Арис и, выс­та­вив пе­ред со­бой ружьё, тол­кал ме­ня в сто­рону ко­ридо­ра. – А вы ухо­дите прочь из это­го по­местья! Я не при­вык шу­тить с ору­жи­ем.




И я ушёл. Ушёл, под­го­ня­емый хо­лод­ным ду­лом охот­ничь­его ружья, ле­деня­щего кос­ти сквозь ру­баш­ку и пид­жак. Как уже вер­но рас­ска­зал так­сист, Мар­ри­эт от­вёз ме­ня в Эк­се­тер, про­тащил по гря­зи и тра­ве ми­мо ав­то­моби­ля, что я взял на про­кат. Дво­рец­кий не от­ве­тил ни на один воп­рос, во­об­ще не рас­кры­вал рта, наб­лю­дая толь­ко за сколь­зкой и вяз­кой до­рогой.

Из по­лицей­ско­го учас­тка ме­ня выс­та­вили, ед­ва ли не при­писав об­ви­нение в вы­думан­ном сек­су­аль­ном до­мога­тель­стве. Ник­то не до­пус­кал при­час­тнос­ти Ари­са к смер­ти Джес­са­лин. Жиз­ни тех са­мо­уве­рен­ных, боль­ных ску­до­уми­ем по­лицей­ских, бы­ли за­жаты в его ку­лаке.

Пер­вым же по­ез­дом я вер­нулся в хму­рый Лон­дон, по­казав­ший­ся мне без­ли­ким, мёр­твым, му­тиро­вав­шим ту­маном, что вы­рас­тил эти це­пи до­мов, уны­лые кам­ни древ­них пос­тро­ек…

Лон­дон за­дышал сно­ва на сле­ду­ющий день, ког­да бли­же к ве­черу ти­шину мо­ей квар­ти­ры ра­зор­вал гром­кий, нас­той­чи­вый стук, и я, от­бро­сив иг­лу с рас­тво­ром ко­ка­ина, ки­нул­ся к ко­ридо­ру, прек­расно пред­став­ляя, кто но­ровит вы­ломать мне дверь.

– Дже­раль­дин! – вос­клик­нул я слиш­ком ра­дос­тно, не­лепое чувс­тво раз­ре­зало гор­ло и рож­да­ло та­кой не­уз­на­ва­емый, буд­то чу­жой го­лос. Я ис­пы­тал бо­лез­ненные уко­лы сты­да за одур­ма­нив­шее ме­ня счастье, ког­да эта уди­витель­ная и за­гадоч­ная де­вуш­ка вновь ока­залась в мо­их ру­ках. – Как ты су­мела сбе­жать?

Преж­де, чем она унич­то­жила ме­ня от­ве­том, воз­буждён­ное во­об­ра­жение ус­пе­ло опь­янить кас­ка­дом не­веро­ят­ных кар­тин жиз­ни, что мог­ла бы за­родить­ся в ту счас­тли­вую ми­нуту. Ад­ри­ана, сдер­жи­вая слё­зы, жес­то­ким, хо­лод­ным взгля­дом сме­тала не­умес­тные об­рывки не­сущес­тву­юще­го бу­дуще­го, что вы­тес­ня­ло мой ра­зум: вот мы от­ме­ча­ем Рож­дес­тво, как это при­нято в за­кос­те­нелом об­щес­тве, Ад­ри­ана, с тру­дом пре­одо­левая сму­щение, рас­ска­зыва­ет мо­ей лю­бопыт­ной ма­тери о гран­ди­оз­ном ус­пе­хе её про­ек­та на кон­курсе фа­куль­те­тов, а я из­бе­гаю пыт­ли­вых взгля­дов Май­кроф­та; вот я со­об­щаю Ад­ри­ане о за­шед­шем в ту­пик рас­сле­дова­нии, а её вол­ну­ет толь­ко од­но – обе­дал ли я се­год­ня… 

– Ты дол­жен за­быть обо мне, Шер­лок, – с за­мет­ным уси­ли­ем вы­дави­ла из се­бя Ад­ри­ана и от­сту­пила на шаг на­зад от то­го, что с за­мер­шим ды­хани­ем на­зыва­ют счасть­ем. Я не сом­не­вал­ся ни мгно­вения, что Ад­ри­ана не бы­ла счас­тли­ва те ра­зор­вавшие нас семь лет.

На по­рог дру­гой квар­ти­ры она сту­пила в ещё боль­шем от­ча­янии и стра­хе.

– За­быть? – уди­вил­ся я, буд­то не по­нима­ния зна­чения это­го без­жа­лос­тно­го сло­ва, опь­янён­ный ра­зыг­равшим­ся во­об­ра­жени­ем. 

– Со мной всё бу­дет в по­ряд­ке. Обе­щай, что за­будешь ме­ня! Я боль­ше ни о чём не про­шу.

– Что ты та­кое не­сёшь? – я злил­ся на её под­дель­ную ре­шимость. – Ты приш­ла поп­ро­щать­ся?

– Я приш­ла спас­ти те­бя от единс­твен­ной ве­щи, ко­торой ты бо­ишь­ся.

Я ус­та­вил­ся на неё в не­до­уме­нии.

– Твои чувс­тва, Шер­лок, – сдав­ленно про­шеп­та­ла Ад­ри­ана. Её ко­лени дро­жали под склад­ка­ми си­ней юб­ки. – Пом­нишь, я рас­ска­зыва­ла о мо­лодой Все­лен­ной, её рож­де­нии из не­совер­шенс­тва и на­руше­ния по­ряд­ка? Чувс­тва, что пу­га­ют те­бя, ты с дав­них пор пы­та­ешь­ся под­чи­нить еди­ному по­ряд­ку и не хо­чешь ут­ра­тить над ни­ми кон­троль… И те­перь это рав­но­весие ста­ло уни­зитель­ной ил­лю­зи­ей, не так ли? Мне жаль, Шер­лок, что я не смо­гу ос­та­новить этот «Боль­шой взрыв», – Ад­ри­ана вце­пилась паль­ца­ми в во­лосы, чуть при­мятые мо­рося­щим дож­дём, креп­ко заж­му­рилась, а за­тем шаг­ну­ла впе­рёд, приль­ну­ла ко мне, стис­ки­вая ткань ру­баш­ки. Я ощу­тил её ли­хора­доч­ную дрожь. – Мне очень жаль…

– Что про­ис­хо­дит, Дже­раль­дин? Арис ждёт те­бя на ули­це?

Я хо­тел об­нять Ад­ри­ану, при­жать ещё силь­нее, пусть да­же это объ­ятие обор­ва­ло бы её ды­хание, пусть удер­жа­ло бы ря­дом! Но она вдруг от­тол­кну­ла ме­ня и, чуть не ос­ту­пив­шись на лес­тни­це, бро­силась бе­жать прочь:

– Про­щай, гос­по­дин Все­лен­ная!

Сле­ду­ющие се­кун­ды прев­ра­тились в ог­лу­шитель­ные уда­ры мо­его взбун­то­вав­ше­гося сер­дца, что, ка­залось, зве­нело пов­сю­ду: за­бива­лось в уши, как по­токи во­ды, раз­да­валось под стек­лом нас­тенных ча­сов, ба­раба­нило в вис­ках, виз­жа­ло по­лицей­ской си­реной за ок­ном, ло­мало мне кос­ти и вы­тяги­вало мыш­цы. Я впер­вые ус­лы­шал, как моё пус­тое сер­дце на­пол­ня­лось чем-то от­личным от кро­ви, чем-то ощу­тимо тя­жёлым, сад­ня­щим в гру­ди, как за­жатый меж рё­бер нож.

Я сбе­жал по сту­пень­кам, что ме­рещи­лись бес­ко­неч­ны­ми и ве­дущи­ми в без­дну, име­ну­емую Адом, выс­ко­чил пря­мо на до­рогу, вер­тел в бе­шеном при­пад­ке го­ловой, выс­матри­вая сре­ди пет­ля­ющих нез­на­ком­цев брю­нет­ку в си­ней юб­ке… Чёрт возь­ми, я за­пом­нил толь­ко цвет её ду­рац­кой юб­ки!

И ког­да я при­метил на уг­лу про­тиво­полож­ной ули­цы та­ющий в тол­пе си­лу­эт, по­хожий на убе­га­ющую Ад­ри­ану, то вне­зап­но ока­зал­ся при­бит к мок­ро­му ас­фаль­ту, пах­ну­щему бен­зи­ном и све­жей ре­зиной. 

Вос­по­мина­ния утек­ли сквозь мел­кие тре­щин­ки в ас­фаль­те, рас­тво­рились в кап­лях кро­ви, за­пят­навших яр­кую раз­метку.
В ушах про­дол­жа­ло ко­лотить­ся сер­дце, но я уже не уз­на­вал его бес­по­мощ­ных уда­ров.

 



Charmily Ann Bell

Отредактировано: 27.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться