Кровавое небо Шерлока Холмса

Размер шрифта: - +

Запись 17. Это не может быть правдой

Ка­залось, над эти­ми го­лыми, по­лумёр­твы­ми пус­то­шами, при­дав­ленны­ми тя­жёлым не­бом, с ко­торо­го опус­ка­лись гус­тые об­ла­ка, вре­мя ут­ра­тило вся­кую власть, раз­ру­шитель­ную ли, со­зида­ющую, но неп­ре­мен­но вно­сящую ка­кую-ли­бо пе­реме­ну. Здесь же я не об­на­ружил ни­чего, что мож­но бы­ло бы наз­вать нез­на­комым или ис­ка­жён­ным про­шед­шим вре­менем. Те же пус­тые хол­мы гор­би­лись, ук­ры­вая пе­леной ту­мана свои об­на­жён­ные, тём­ные спи­ны, пок­ры­тые рос­сыпью ос­трых кам­ней, те же при­мятые тра­вы вмес­те с комь­ями мут­ной гря­зи по­жира­ли мой след, мес­та­ми за­сасы­вая бо­тин­ки, слов­но эта чёр­то­ва пус­тошь же­лала об­гло­дать ме­ня до са­мых кос­тей. Ве­тер не при­носил ни су­хос­ти, ни теп­ла, и буд­то су­щес­тво­вал лишь как хруп­кий сим­вол за­цепив­шей­ся за хол­мы жиз­ни: вмес­те с рез­ки­ми по­рыва­ми вет­ра ше­вели­лась дрем­лю­щая пус­тошь, от­верга­ющая за­коны вес­ны.

Один раз я да­же обер­нулся: вне­зап­но по­мере­щилось, что по­зади очень ти­хо, ис­пу­ган­но про­шелес­тел нев­нятный шё­пот Ад­ри­аны. 

Я про­шёл ми­мо рас­ко­лото­го ду­ба, скло­нив­ше­гося ещё ни­же к мшис­тым об­ломкам, ве­ро­ят­но, не­ког­да быв­шим ма­лень­кой ак­ку­рат­ной бе­сед­кой. Я про­шёл ми­мо рас­терзан­но­го вре­менем са­да и гру­бых очер­та­ний преж­них клумб, нап­равля­ясь к ог­ромным па­рад­ным две­рям, что бы­ли весь­ма пре­дус­мотри­тель­но ос­тавле­ны от­кры­тыми. В объ­ятом древ­ним бе­зуми­ем по­местье оп­ре­делён­но жда­ли гос­тей. Или же единс­твен­но­го гос­тя.

По­нача­лу гла­зам ста­ло боль­но пос­ле ос­ле­питель­ной се­рос­ти по­лей и кру­пиц сол­нечно­го си­яния вгля­дывать­ся в не­из­менный, зас­тывший по­лум­рак хол­ла, скуд­но ос­ве­щён­но­го па­рой блёк­лых ламп. Ро­довое по­местье Фи­цу­иль­ям не приз­на­вало пе­ремен, вып­лё­выва­ло свет из труб вмес­те с чёр­ным ды­мом и как преж­де ды­шало древ­ностью и смертью.

– Доб­ро по­жало­вать, мис­тер Холмс, – вслед за глу­хим зву­ком ша­гов прос­вистел вя­лый го­лос ещё не ис­су­шен­но­го ста­ростью дво­рец­ко­го Пи­тера Мар­ри­эта, что семь лет на­зад не удос­то­ил ме­ня и на­мёком на при­ветс­твен­ное сло­во. Ке­роси­новая лам­па дро­жала в его кос­тля­вой ру­ке. Он ос­то­рож­но, опи­ра­ясь на ис­ца­рапан­ную трость с над­ко­лотым на­бал­дашни­ком, спус­кался по по­золо­чен­ной лес­тни­це, чей из­гиб ухо­дил в глу­бокую тень. Не дой­дя до пос­ледней сту­пень­ки, он ос­та­новил­ся, жад­но, с гром­ким всхли­пом вды­хая, дос­тал из кар­ма­на смя­тый пла­ток с тём­но-крас­ны­ми от­ме­тина­ми, от­ста­вил трость в сто­рону, опёр­ся о ши­рокие пе­рила и за­каш­лял, при­жимая к кри­вым гу­бам пла­ток. На миг злость во мне стих­ла, сто­ило ста­рому дво­рец­ко­му ещё ярос­тней раз­ди­рать лёг­кие. Мар­ри­эт был бо­лен и с бес­смыс­ленным уп­рямс­твом пре­неб­ре­гал ле­чени­ем. Он мед­ленно уми­рал, сли­ва­ясь во­еди­но с прок­ля­тым до­мом. – Мис­тер Арис ожи­да­ет вас, – прох­ри­пел дво­рец­кий, вы­тер рот и, по­доб­рав трость, нап­ра­вил­ся об­ратно, выс­та­вив пе­ред со­бой лам­пу с дёр­га­ющим­ся огонь­ком.

Ус­лы­шав имя от­ца Ад­ри­аны, я вновь ощу­тил при­лив об­жи­га­юще­го гне­ва и за­шагал сле­дом.

– Ты знал обо всём, что тво­рил Арис? – те же воп­ро­сы я за­давал семь лет на­зад по до­роге в Эк­се­тер, но Мар­ри­эт сно­сил мою нас­той­чи­вость с та­ким хо­лод­ным без­разли­чи­ем, точ­но был без­на­дёж­но глу­хим и во­об­ще не вос­при­нимал ни зву­ка. – Ты был тог­да в ла­бора­тории, ви­дел обез­глав­ленный труп сво­ей гос­по­жи, топ­тался в её кро­ви и не по­шеве­лил и паль­цем, что­бы за­щитить Дже­раль­дин!

Мар­ри­эт, тя­жело ды­ша, про­тал­ки­вая в грудь пыль­ный воз­дух, от­ве­тил, прер­вал се­милет­нее мол­ча­ние:
– У ме­ня ни­чего нет, сэр, кро­ме этой сы­рой зем­ли, хо­лод­ных ка­мен­ных стен и гни­лых де­ревян­ных са­ра­ев. 

– И ты ис­пу­гал­ся ни­щеты, не из­ба­вил Дже­раль­дин от уни­жения ра­ди кус­ка хле­ба в сво­ём брю­хе?! – я бы и схва­тил ста­рика за пле­чо, стал бы тряс­ти в прис­ту­пе злос­ти и от­ча­яния, но выт­ряхнул бы из не­го по­ражён­ные лёг­кие.

– Я всег­да дей­ство­вал во бла­го мисс Дже­раль­дин, – выс­креб из гор­ла Мар­ри­эт, ког­да мы под­ня­лись на вто­рой этаж, оку­тан­ный ть­мой, и не свер­ну­ли в сто­рону яр­ко­го ог­ня: са­мая даль­няя ком­на­та све­тилась яр­ким жёл­тым све­том. – Од­нажды вы пой­мё­те.


Я не ус­пел вы­разить своё ярое воз­ра­жение: ед­ва мы пе­рес­ту­пили по­рог нез­на­комой мне ком­на­ты, уве­шан­ной изоб­ра­жени­ями ко­сых кос­тров и рас­па­ля­ющи­ми воз­дух лам­па­ми, Мар­ри­эт слов­но рас­тво­рил­ся в те­ни, по­гасив лам­пу, а Бен­джа­мин Арис, прит­ворно рас­смат­ри­вав­ший ра­зор­ванный по­полам го­белен на мра­мор­ной сте­не, рез­ко по­вер­нулся к не­му спи­ной и пос­мотрел с от­вра­щени­ем и снис­хожде­ни­ем пря­мо в мои гла­за.

Вре­мя кос­ну­лось его ак­ку­рат­но за­чёсан­ных во­лос лёг­кой се­диной и по­реза­ло ли­цо тон­ки­ми мор­щи­нами, а внут­ри, под не­воз­му­тимой хо­лод­ной обо­лоч­кой, кло­кота­ла та же ярость, что грыз­ла сер­дце и мне в эту ми­нуту, вер­нувшую нас в прош­лое.

В пра­вой ру­ке он сжи­мал охот­ни­чий нож. Сле­дов кро­ви не бы­ло, зна­чит, он не изу­вечил им Ад­ри­ану или же поп­росту очис­тил лез­вие пос­ле со­де­ян­но­го.

– Для де­тек­ти­ва вы слиш­ком глу­пы, мис­тер Холмс, ес­ли при­ходит­ся пов­то­рять дваж­ды. Я не при­кон­чил вас семь лет на­зад лишь по­тому, что вы не пред­став­ля­ли бо­лее серь­ёз­ной по­мехи. Я по­дарил вам шанс спо­кой­но жить даль­ше. И вот вы сно­ва спу­тались с мо­ей до­черью. Ска­жите, вам пон­ра­вил­ся вкус этих гни­лых вос­по­мина­ний? Пон­ра­вилась го­речь бес­по­мощ­ности, чувс­тва ви­ны? Та­кое не­выно­симое, бо­лез­ненное ощу­щение упу­щен­ной воз­можнос­ти... Но, бо­юсь, это пос­леднее, чем вы ус­пе­ете нас­ла­дить­ся. Хо­тя, зна­ете, по­жалуй, вы ум­рё­те, пред­став­ляя, как во­пила Дже­раль­дин, вык­ри­кивая ва­ше имя. И за каж­дый звук я на­носил удар. Она мог­ла мол­чать, как рань­ше, гло­тать слё­зы, но тог­да она кри­чала, на­де­ясь, что вы ус­лы­шите, – Арис ус­мехнул­ся, но его гу­бы ни кри­вила и тень улыб­ки. – Это вы хо­тели от ме­ня ус­лы­шать? Та­ким ме­ня пред­ста­вила Джер­ри? Я со­от­ветс­твую об­ра­зу дес­по­та, пос­ледней мра­зи, гос­по­дин де­тек­тив? – буд­то при­гото­вив­шись к брос­ку, он до­бавил, а взгляд его свер­кал яр­че и зло­вещей лез­вия но­жа: – Сни­мите паль­то, мис­тер Холмс, что­бы мне бы­ло про­ще вас вы­пот­ро­шить!

Паль­то и шарф чрез­вы­чай­но стес­ня­ли дви­жения и от­ни­мали ско­рость, по­тому я внял лю­без­но­му со­вету, сбро­сил лиш­нюю одеж­ду, как не­навис­тные пу­ты, и тут же увер­нулся от ос­трия но­жа, что мог вот­кнуть­ся мне в глаз.
Арис, сжав че­люсть, на­кинул­ся сно­ва, же­лая вспо­роть ме­ня, как по­дат­ли­вую ткань го­беле­на.

– Где Дже­раль­дин?! – я креп­ко уда­рил Ари­са в жи­вот и ис­пы­тал зве­риное, от­равля­ющее нас­лажде­ние: я мстил с ле­дяным, по­роч­ным удо­воль­стви­ем за без­мол­вные слё­зы Ад­ри­аны, её изу­родо­ван­ную спи­ну, мстил сво­ей глу­пос­ти, са­мона­де­ян­ности, и го­тов был вы­бивать от­вет. – Где она?

– Вы уди­витель­ны и без­рассуд­ны, мис­тер Холмс, – от­шатнув­шись, ска­зал Арис. – Пос­ле все­го, что вы о ней уз­на­ли, ва­ше за­вид­ное рве­ние вме­шивать­ся в жизнь Джер­ри ни­чуть не умень­ши­лось.

Я при­кусил гу­бу от рез­кой бо­ли: вос­поль­зо­вав­шись се­кун­дным про­мед­ле­ни­ем, вспыш­кой опас­но­го за­меша­тель­ства, Арис уда­рил ме­ня ку­лаком по ли­цу и за­дел но­жом. Под рва­ной ли­ни­ей на ру­баш­ке по­каза­лась кровь, под­пустив­шая сле­пящую ярость слиш­ком близ­ко к сер­дцу.

– От­ве­чай, уб­лю­док, где Дже­раль­дин?! – я оп­ро­кинул Ари­са на пол и точ­но мо­лотом на­чал бить его по го­лове. – Что ты сде­лал с ней?

– Что я сде­лал?! – Арис схва­тил­ся за вы­битый из ла­дони нож и ед­ва не вса­дил его мне в жи­вот, ус­пев ос­та­вить длин­ную кро­вото­чащую ца­рапи­ну. – Счи­та­ете ме­ня монс­тром, мис­тер Холмс? – Арис при­давил ме­ня к хо­лод­ным пли­там, сце­пив паль­цы вок­руг шеи. – Ра­зыг­ры­ва­ете от­важно­го прин­ца, прим­чавше­гося вы­ручать прин­цессу, по­пав­шую в бе­ду?!

Я, при­ложив жут­кое уси­лие, отод­рал его паль­цы, выс­во­бодил­ся из цеп­кой хват­ки и под­нялся на но­ги, дер­жась за го­рящее гор­ло.

– Но толь­ко монстр спо­собен одо­леть монс­тра, мис­тер Холмс! – Арис раз­ма­зал кровь, выс­ту­пив­шую из рас­се­чён­ной гу­бы. – Что вы зна­ете о Джер­ри? Что она на­гово­рила вам? По­веда­ла раз­ди­ра­ющую ду­шу ис­то­рию о дес­по­тич­ном от­це, от­ра­вив­шем всю её нич­тожную жизнь?! – Арис вско­чил, от­швыр­нул нож и об­хва­тил дро­жащи­ми ла­доня­ми го­лову. – А как мне... – он за­молк на по­лус­ло­ве, рот му­читель­но скри­вил­ся. – Как мне сле­дова­ло вос­пи­тывать гни­лое от­родье, рож­дённое от дру­гого муж­чи­ны? 

Ме­ня буд­то вмиг ис­пе­пели­ла мол­ния.

– Что ты ска­зал?

– Джер­ри мне не род­ная дочь, – раз­дра­жён­но пов­то­рил Арис, а по­том вдруг в изум­ле­нии на ме­ня ус­та­вил­ся. – Так вы ни чер­та не зна­ете, все­могу­щий мис­тер Шер­лок Холмс! – яр­кая до тош­но­ты ком­на­та сот­ряслась от его дь­яволь­ско­го хо­хота. – О, моя лю­бимая нес­носная Джер­ри, как же ты без­мерно лю­бишь лгать… – Арис по­давил гро­хочу­щий смех. – Я со­бирал­ся убить вас, со­вер­шить пер­вое в жиз­ни убий­ство ра­ди по­коя Джер­ри… Ва­ша сквер­ная при­выч­ка до­кучать не­выно­симым лю­бопытс­твом и ид­ти по ед­ва уло­вимо­му сле­ду ис­ти­ны по­ощ­ря­ет не са­мые по­лез­ные ка­чес­тва в Джер­ри, раз­вра­ща­ет её и пле­тёт рой проб­лем.

– Пер­вое убий­ство? – я зас­тыл, обез­дви­жен­ный мыс­ля­ми, ка­кие на­чини­ли мозг взрыв­чаткой и вот-вот но­рови­ли его по­дор­вать.

– Я не на­мерен до­каза­тель­ства­ми до­бивать­ся проч­ности ва­шей ве­ры, не име­ет ни­како­го ре­ша­юще­го зна­чения ва­ша объ­ек­тивная и трез­вая оцен­ка об­сто­ятель­ств. Я ми­лосер­ден, не поз­во­лю вам уме­реть в не­веде­нии, – Арис жут­ко улыб­нулся. – Я ро­дил­ся в ни­щей, жал­кой семье пь­яни­цы и шлю­хи, что, не имея воз­можнос­ти ме­ня про­кор­мить, а, са­мое глав­ное, вов­ре­мя нас­крес­ти де­нег на без­нравс­твен­ные уве­селе­ния, про­дали ме­ня на ор­га­ны, од­на­ко по­лицей­ские про­яви­ли пох­валь­ную бди­тель­ность, и по их ми­лос­ти те муж­чи­на и жен­щи­на ли­шились ро­дитель­ских прав. Я вы­рос в ужас­ном при­юте, что вы­ращи­вало из де­тей бе­зум­ное и оз­лоблен­ное ста­до. Я, же­нив­шись на Ан­на­белль, не чувс­тво­вал се­бя обя­зан­ным да­рить лю­бовь Бек­ки и Джер­ри, при­учая их кап­ризные, ра­нимые ду­шон­ки к бес­ко­неч­но­му кам­не­паду взрос­лой жиз­ни, ка­кую не сле­ду­ет от­те­нять столь бе­зоб­разной ил­лю­зи­ей, как детс­тво. 

Ког­да Джер­ри ис­полни­лось семь лет, Ан­на­белль ос­ме­лилась соз­нать­ся в том, что име­ла про­дол­жи­тель­ную ин­тимную связь с не­ким Джор­джем По­лом, и я не пос­ты­дил­ся про­вес­ти ге­нети­чес­кую эк­спер­ти­зу: лишь кро­хот­ные про­цен­ты род­ни­ли ме­ня с Джер­ри. А вот те­перь слу­шай­те вни­матель­но… – Ари­су яв­но нра­вилось уни­зитель­ное наб­лю­дение: я прак­ти­чес­ки не ды­шал. – Оту­чив­шись в шко­ле нес­коль­ко ме­сяцев, моя ма­лют­ка Джер­ри рас­кро­ила од­ноклас­сни­ку го­лову. Изу­митель­но, прав­да? Без ка­ких-ли­бо слу­чай­ных сви­дете­лей она ко­палась в моз­гах ма­лыша Фрэн­ка и рас­ска­зыва­ла мне об этом с та­кими бе­шены­ми, чёр­ны­ми гла­зами, и тог­да я был вы­нуж­ден впер­вые уда­рить Джер­ри. Бить сно­ва и сно­ва до тех пор, по­ка она не взгля­нула на ме­ня с преж­ним ис­пу­гом и по­ка­яни­ем. Вам на­вер­ня­ка из­вес­тна вы­дум­ка о том, буд­то Джер­ри без­жа­лос­тно из­би­вали в клас­се ис­порчен­ные по­том­ки про­даж­ных глуп­цов? – Арис про­шёл­ся вдоль ком­на­ты и ос­та­новил­ся ря­дом с бро­шен­ным но­жом. – Ложь за ложью… Че­рез че­тыре го­да я увёз Джер­ри в Гер­ма­нию, по­мес­тил в пси­хи­ат­ри­чес­кую кли­нику, где на­де­ял­ся спря­тать от бе­зумия её баб­ки Джес­са­лин, по­тому что Джер­ри всё ча­ще ста­нови­лась не­уп­равля­емой, а шо­рох ку­пюр не всег­да ос­леплял и ог­лу­шал осо­бен­но лю­бопыт­ных наг­ле­цов. Вра­чи го­вори­ли, что Джер­ри стра­дала от дис­со­ци­атив­но­го расс­трой­ства иден­тичнос­ти, по­пере­мен­но на­зыва­ясь раз­ны­ми име­нами, подс­тра­ивая по­веде­ние под ха­рак­терные по­вад­ки всё но­вых и но­вых лич­ностей, ни­как не свя­зан­ных с её собс­твен­ной, бы­ла то чрез­мерно аг­рессив­ной, то мяг­кой и пос­лушной…. О по­доб­ных прис­ту­пах и пе­реме­нах соз­на­ния она ни­чего не мог­ла вспом­нить и счи­тала се­бя аб­со­лют­но здо­ровой, нес­пра­вед­ли­во за­точён­ной сре­ди нас­то­ящих бе­зум­цев, что пу­гали её и все­ляли ужас.

Семь лет на­зад Джес­са­лин, то­же на­ходив­ша­яся на ле­чении в кли­нике, ка­ким-то из­ло­ман­ным, ед­ва связ­ным язы­ком пы­талась мне рас­ска­зать о прок­ля­тии ро­да Фи­цу­иль­ям, о не­мину­емой смер­ти жен­щи­ны спус­тя три ме­сяца пос­ле ве­щего сна, да­ру­юще­го уди­витель­ные спо­соб­ности, об­на­руже­ние ко­торых уже мно­гих по­губи­ло в бес­по­лез­ных ле­чеб­ни­цах. Джес­са­лин ут­вер­жда­ла, что Джер­ри суж­де­но зам­кнуть круг умер­ших и обор­вать цепь прок­ля­тия, но для это­го нуж­но ей по­мочь. Я не смог выч­ле­нить из это­го не­мыс­ли­мого бре­да, ка­кую имен­но по­мощь та со­бира­лась ока­зать, и, ес­тес­твен­но, не по­верил ни еди­ному сло­ву, как и вы, мис­тер Холмс. Я от­ка­зывал­ся ис­кать в при­пад­ках Джер­ри неч­то, от­личное от пси­хичес­ко­го расс­трой­ства, но не­воль­ное раз­мышле­ние над бес­связ­ной речью Джес­са­лин и при­поми­нание имён, ка­кими пред­став­ля­лась Джер­ри, вы­вели ме­ня к не­веро­ят­но­му вы­воду: те лю­ди, ко­торых она, ка­залось бы, ис­кусно изоб­ра­жала под вли­яни­ем расс­трой­ства, су­щес­тво­вали на са­мом де­ле, но дав­но бы­ли по­хоро­нены. За­чем вы так смот­ри­те с нес­кры­ва­емым сом­не­ни­ем, что буд­то убе­режёт вас от прав­ды? Ду­ма­ете, она за­читы­валась нек­ро­лога­ми, и по­тому в её па­мяти от­пе­чата­лось столь мно­го по­кой­ни­ков? Что же, при­нимаю этот по­рыв за дос­той­ную по­пыт­ку ве­лико­го де­тек­ти­ва при­дер­жи­вать­ся го­лоса ра­зума, од­на­ко то, что ус­тра­ива­ла Джер­ри в сте­нах этой ком­на­ты, бу­дет го­раз­до слож­нее объ­яс­нить. Буд­то од­ним толь­ко взма­хом рес­ниц она сры­вала кар­ти­ны, пе­рево­рачи­вала ме­бель, нас­лажда­ясь сот­во­рён­ным бес­по­ряд­ком! И тог­да я из­бил Джер­ри так, как ни­кого и ни­ког­да! И, зна­ете, вся эта чёр­то­ва дурь вып­лёски­валась вмес­те с кровью и вы­лета­ла на­ружу сле­дом за сто­нами! То, что нак­репко в ней за­село, не вы­носит бо­ли и от­сту­па­ет! По­это­му я дол­жен был при­чинять Джер­ри боль, страш­ную боль! И зна­ли об этом толь­ко мы с Мар­ри­этом, – Арис зат­рясся, но су­мел сов­ла­дать с дрожью. – Я по­верил Джес­са­лин, вы­тащил её из кли­ники, при­вёз Джер­ри… И она вскры­ла че­реп сво­ей ба­буш­ки, отор­ва­ла ей го­лову, я ви­дел это, мис­тер Холмс, но был не в си­лах по­мешать, пре­одо­леть её прок­ля­тую си­лу, ка­кой пи­та­ет жи­лы это мрач­ное, про­питан­ное злом мес­то. Джер­ри уби­ла и слу­жан­ку Прис­си, чью смерть при­няли за са­мо­убий­ство за три дня до воз­вра­щения Джес­са­лин, и собс­твен­ную мать…

– За­мол­чи! – я не вы­дер­жал, зак­ри­чав во всю глот­ку. – Ад­ри­ана не мог­ла…

– Ад­ри­ана? – Арис ух­мыль­нул­ся. – Так она пред­ста­вилась вам, на­де­ясь, что вы её не вспом­ни­те? 

– Это не мо­жет быть прав­дой, – жал­ко зву­чал мой при­тих­ший го­лос, кровь за­лива­ла ру­баш­ку, я пу­тал­ся в пе­реп­ле­тени­ях мыс­лей, вы­вора­чива­ющих ме­ня на­из­нанку и рвав­ших рас­су­док на час­ти. Ад­ри­ана со­вер­ша­ла убий­ства и за­быва­ла о них? Или ею дей­стви­тель­но неч­то уп­равля­ло, как тог­да, в ван­ной пе­ред нас­тупле­ни­ем кли­ничес­кой смер­ти?

– А хо­тите знать, по­чему она сбе­жала и наш­ла вас лишь сей­час? – Арис наг­нулся, под­нял нож. От­кро­вение по­дош­ло к кон­цу. – Джер­ри стре­милась воп­ло­тить в жизнь од­но из сво­их ви­дений, где вы до­жили до глу­бокой ста­рос­ти и не умер­ли слиш­ком ра­но. В этой ли­нии бу­дуще­го она дол­жна бы­ла вер­нуть­ся к вам на не­кото­рое вре­мя, – Арис гнев­но стис­нул ру­ко­ять но­жа. – Я кром­сал её соз­на­ние, му­чил те­ло, не на­ходя сме­лос­ти пе­рере­зать гор­ло, по­ка за­раза не от­сту­пила. Но Джер­ри нес­мотря ни на что пов­то­ряла ва­ше имя, за­писы­вала его меж­ду фор­му­лами. Всё рав­но це­нила вас.



Charmily Ann Bell

Отредактировано: 27.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться