Кровавое небо Шерлока Холмса

Размер шрифта: - +

Запись 18. Большой взрыв

Ду­маю, Ад­ри­ане бы по вку­су приш­лось ис­поль­зо­вание для на­ибо­лее мет­ко­го срав­не­ния тех тер­ми­нов, что ког­да-то, точ­но сцеп­ленные сваи, при­дава­ли её изу­родо­ван­ной жиз­ни проч­ность, вды­хали в неё по­терян­ный смысл. Воз­можно, я впле­таю в по­вес­тво­вание её при­битый над­гро­би­ем дух, что­бы ос­та­вить его здесь, выд­рать из фун­да­мен­та чер­то­гов ра­зума, вы­мес­ти из всех уг­лов па­мяти, и ды­шать без не­наро­ком бро­шен­но­го взгля­да на пус­той ди­ван, что­бы стук в дверь не зас­тавлял вздра­гивать и не вы­зывал дур­ных ас­со­ци­аций.



Боль­шой взрыв свер­шился. Вне­зап­ная вспыш­ка, соз­давшая всё из ос­корби­тель­но­го ни­чего, из раз­дра­жа­ющей пус­то­ты в мыс­лях, ка­кую я вы­нес семь лет на­зад из это­го мёр­тво­го ми­ра, зак­лю­чён­но­го внут­ри ка­мен­ных стен с зас­тывшим ог­нём в пыль­ных рам­ках. 

Ма­терия, под­вер­гну­тая столь кри­тичес­ким, фа­таль­ным ме­тамор­фо­зам, про­ис­хо­дящим с не­из­ме­римой ско­ростью, тес­ни­лась в че­реп­ной ко­роб­ке, пи­талась злостью и бе­зуми­ем, что со­чилось отов­сю­ду, но преж­де все­го, сле­тало с язы­ка Бен­джа­мина Ари­са. Эта ки­пящая, ра­зог­ре­тая до пре­дела ма­терия сос­то­яла из рос­сы­пи рва­ных вос­по­мина­ний, све­жих и за­рытых в зы­бучие пес­ки за­бытья, из глу­хих от­зву­ков ре­чи ис­чезнув­ше­го в ко­ридо­ре дво­рец­ко­го, го­тово­го вы­пот­ро­шить ме­ня Ари­са, из пло­дящих­ся сом­не­ний, об­рывков фраз Ад­ри­аны…

С каж­дым блес­ком но­жа, за­жато­го в ру­ке Ари­са, сле­пящим от­ра­жени­ем тош­нотвор­но­го яр­ко­го све­та, я выс­тра­ивал проч­ный мост, по ко­торо­му мож­но бы­ло выб­рать­ся из гни­лого бо­лота заб­лужде­ний и за­мыкав­шей­ся ло­вуш­ки, где та­ял здра­вый смысл.

Нож свер­кнул, как клык зве­ря, что ус­тра­ша­юще ска­лит­ся в пред­вку­шении тра­пезы, и я шаг­нул на пер­вую ус­той­чи­вую до­щеч­ку мос­та и вер­нулся в ла­бора­торию, в за­муро­ван­ное там от­ра­жение смер­ти Джес­са­лин Фи­цу­иль­ям… Ад­ри­ана уби­ла её? Гля­дя на си­яние но­жа, на­целен­но­го прот­кнуть мне грудь, я раз­ли­чал са­мого се­бя, скло­нив­ше­гося над сле­дами, впе­чатан­ны­ми в ка­мен­ный пол. Я ви­дел узор по­дошв Ад­ри­аны, пе­рес­чи­тывал их ко­личес­тво, и это дей­ствие под­ска­зало мне сле­ду­ющий вы­вод, про­било путь к со­быти­ям, чьи наб­роски мне тог­да уда­лось рас­смот­реть, и за­тем уго­дить в ту­пик: ран­ним ут­ром Ад­ри­ана вмес­те с Мар­ри­этом и Ари­сом на­ходит изу­вечен­ное те­ло ба­буш­ки, де­ла­ет три ис­пу­ган­ных, тре­вож­ных ша­га, за­тем в бес­па­мятс­тве бро­са­ет­ся к сто­лу, за ней сле­ду­ет Арис и от­таски­ва­ет на­зад, на­силь­но вы­водит из ла­бора­тории. Ес­ли бы Ад­ри­ана уби­ла Джес­са­лин, то не смог­ла бы увер­нуть­ся от по­токов кро­ви и не со­вер­ши­ла бы прес­тупле­ние все­го за пят­надцать ша­гов. 

Нож вновь свер­кнул.

Я при­пал к за­лито­му кровью по­лу, её за­сох­шим очер­та­ни­ям, вых­ва­тил из кар­ма­на уве­личи­тель­ное стек­ло и в ко­сых ли­ни­ях по­дош­вы Ари­са (раз­мер его но­ги за­мет­но от­ли­чал­ся от ма­лень­ких бо­тинок дво­рец­ко­го) выс­мотрел ос­татки гря­зи на от­пе­чат­ках вбли­зи по­рога, где кро­ви не бы­ло. Сле­ды, от­ме­чен­ные кровью, так­же от­ли­чались при­мешан­ной грязью и го­вори­ли о том, что Арис на­мерен­но и твёр­до шёл в ла­бора­торию с кон­крет­ной целью, преж­де по­бывав сна­ружи, по­топ­тавшись во взры­той зем­ле, где гни­ли кор­ни за­губ­ленных кус­тарни­ков. Ос­таль­ные сле­ды тех же бо­тинок, ос­тавлен­ные в кру­гу кро­ви, бы­ли зна­читель­но чи­ще и ука­зыва­ли на зна­читель­ную пе­реме­ну в по­ход­ке. Что же, мис­тер Арис, от­мы­ли обувь, но на­ут­ро дру­гую па­ру не на­дели?
У шка­фа, что пет­ля­ми кре­пил­ся к сте­не, я на­шёл сле­ды Ад­ри­аны, что вер­ну­лась сю­да, ког­да Арис вы­нес те­ло, пе­реша­гива­ла нет­ро­нутую кровь и об­на­ружи­ла за­гадоч­ный лист бу­маги с лю­бопыт­ной за­писью.

Нож всё свер­кал.

Ме­ня выш­вырну­ло из ла­бора­тории. Я ока­зал­ся в гос­ти­ной прок­ля­того по­местья, где пе­ред пля­шущим ог­нём ка­мина Ад­ри­ана с ди­ким воз­бужде­ни­ем и пог­ло­тив­шим её ин­те­ресом чи­тала за­шиф­ро­ван­ный текст. Я взгля­нул на ис­порчен­ные во­дой и вре­менем стра­ницы, нак­репко сши­тые че­лове­чес­ки­ми во­лоса­ми, спле­тён­ны­ми с ни­тями. Те­перь я чувс­тво­вал прив­кус смыс­ла той пу­га­ющей не­лепос­ти, ко­торую она про­из­но­сила. Я, зна­комый с мис­ти­чес­ки­ми при­чуда­ми, ощу­щал, что кри­во на­писан­ные строч­ки, рас­тво­рён­ные чер­ни­ла име­ли осо­бое зна­чение для жиз­ни вне гос­подс­тва ра­зума, его гла­венс­тву­ющей си­лы, той не­мыс­ли­мой жиз­ни, что раз­ла­гала Дже­раль­дин и взра­щива­ла Ад­ри­ану.

О, Ад­ри­ана, ты мог­ла бы ли­ковать: для до­каза­тель­ства тво­ей не­винов­ности я про­тиво­пос­та­вил сло­вам Ари­са факт, с ка­ким не­воз­можно бы­ло при­мирить­ся! Ес­ли бы Арис дей­стви­тель­но хо­тел вы­лечить те­бя от этой за­разы, он бы не унич­то­жил ваш «Нек­ро­номи­кон Экс-Мор­тис», та­ящий важ­ную ин­форма­цию, спо­соб­ный ра­зор­вать за­весу ве­ков и по­казать, по­чему род Фи­цу­иль­ям был прок­лят, он бы не убил Джес­са­лин! 

Нож рас­сёк воз­дух.

Но за­чем Арис рас­ска­зал об убий­стве маль­чи­ка, слу­жан­ки, тво­ей ма­тери? Джес­са­лин обез­гла­вила не ты, вов­се не ты… Од­на­ко пе­речис­ленные убий­ства од­новре­мен­но зву­чали и как пус­той звук, без­дарная улов­ка, и за­чаток по­доз­ре­ния, соб­лазн при­ложить тра­фарет убий­цы к об­ра­зу Ад­ри­аны и стол­кнуть­ся с их иде­аль­ным сов­па­дени­ем…

Нож за­си­ял бли­же.

Ду­май, ду­май! Ре­бёнок со вскры­тым че­репом, слу­жан­ка Прис­си, Ан­на­белль Фи­цу­иль­ям, из­ме­нив­шая му­жу и вы­нес­шая из из­ме­ны плод с от­равлен­ной жизнью, ко­торый те­перь жад­но впи­вал­ся и в моё су­щес­тво­вание… 

– Ты зна­ком с по­няти­ем те­лепа­тии, Шер­лок?

– Моя ба­буш­ка пы­талась про­делать то же са­мое, но ед­ва она ус­пе­ла на­чать, де­душ­ка взвыл от го­лов­ной бо­ли и по­том скон­чался от кро­во­из­ли­яния в мозг. Та же по­пыт­ка уби­ла мо­его дру­га…

Не­задол­го до мо­его отъ­ез­да Ад­ри­ана пред­ло­жила стран­ный эк­спе­римент, в хо­де ко­торо­го я по­лучил бы воз­можность про­честь её мыс­ли, что, од­на­ко, нель­зя наз­вать при­ят­ным и без­вред­ным про­цес­сом. По­доб­ный трюк, на ми­нуту оку­нув­ший ме­ня в пу­тани­цу из на­ших вос­по­мина­ний, уже заг­нал двух лю­дей в мо­гилу, и Ад­ри­ана, при­нимая су­щес­твен­ный риск, из­вес­тный толь­ко ей, ос­ме­лилась на­щупать про­белы мо­ей па­мяти, ука­зать на эту зна­читель­ную брешь имен­но та­ким опас­ным и не­во­об­ра­зимым спо­собом. 

Я не ста­рал­ся ис­кать ра­зум­ные объ­яс­не­ния лёг­ко­му по­мут­не­нию, пос­ле­довав­ше­му за «об­на­жени­ем соз­на­ния Ад­ри­аны», прит­во­рил­ся, буд­то ни­чего зап­ре­дель­но­го, не­дос­ти­жимо­го не про­изош­ло, од­на­ко те­перь и этот эпи­зод был вдет в ос­трую длин­ную иг­лу, что, слов­но ощу­тимо ору­дуя под са­мой ко­жей, пы­талась сшить раз­рознен­ные мыс­ли в неч­то еди­ное, по­нят­ное. 
Но сто­ило мне ра­зоб­рать­ся с од­ним об­сто­ятель­ством, как вни­мание тут же пе­реме­щалось к сле­ду­ющим воп­ро­сам. 

Кро­во­из­ли­яние в мозг. Вскры­тый че­реп. От­рублен­ная го­лова. Го­лова, го­лова, го­лова – не­ус­танно зве­нело во мне с каж­дым тя­жёлым уда­ром сер­дца, как не­яс­ный, на­зой­ли­вый сиг­нал, чьё зна­чение я ед­ва ли пред­став­лял. Без вся­ких сом­не­ний, слу­жан­ка и мать Ад­ри­аны бы­ли изу­родо­ваны так же, как и Джес­са­лин: смерть мог­ла нас­ту­пить по раз­личным при­чинам, но го­ловы ли­бо бы­ли звер­ски от­де­лены от те­ла, ли­бо раз­дроб­ле­ны в пы­лу дь­яволь­ско­го бе­зумс­тва или же с оп­ре­делён­ной ужа­са­ющей целью. 

Арис не прос­то хо­тел из­ба­вить­ся от ме­ня, ис­пра­вить до­пущен­ную в прош­лом ошиб­ку, но вмес­те с тем и вну­шить раз­ру­шитель­ные сом­не­ния, раз­бить об­лик Ад­ри­аны, ко­торый она са­ма сос­та­вила в мо­ём соз­на­нии, сме­шивая прав­ду с ложью. 

– Блес­тя­щие зас­лу­ги и не­пов­то­римый та­лант зна­читель­но пре­воз­но­сят ва­шу ге­ни­аль­ную лич­ность, зат­ме­вая не­кото­рые под­робнос­ти по­тен­ци­аль­но очер­ня­юще­го свой­ства, и по­это­му нар­ко­маном вас на­зовут в пос­леднюю оче­редь. Так же и мой отец не счи­та­ет нуж­ным уг­лублять­ся в при­чины, бла­года­ря ко­торым я мо­гу быть весь­ма по­лез­ной в не­раз­ре­шимых, за­путан­ных де­лах.

Ад­ри­ана вы­дума­ла бра­та, одер­жи­мого спа­сени­ем прок­ля­тых душ и убий­ством сво­ей сес­тры, и край­не ред­ко упо­мина­ла в раз­го­ворах от­ца, и то, как она всколь­зь от­ме­тила его весь­ма по­ложи­тель­ное, бла­годар­ное от­но­шение к не­из­бежным про­яв­ле­ни­ям не­обыч­но­го да­ра, ме­ня вдруг нас­то­рожи­ло, как не­ожи­дан­ный, поч­ти не­уло­вимый пре­датель­ский проб­леск ис­ти­ны сре­ди ис­кусно выс­тро­ен­ной фаль­ши, ка­кой я был сыт по гор­ло. 

Мас­ки­ров­ка всег­да есть ав­то­пор­трет, вос­создан­ный ины­ми крас­ка­ми, приг­лу­шён­ны­ми от­тенка­ми, а ложь – все­го лишь пе­ревёр­ну­тая ис­ти­на, её зер­каль­ное отоб­ра­жение. Ад­ри­ана, ты на­де­ялась ос­тать­ся в те­ни му­читель­ной не­дос­ка­зан­ности, ук­рыть­ся за мо­ей дрем­лю­щей па­мятью, ра­нящим през­ре­ни­ем… Но до­воль­но, ты дос­та­точ­но зас­ти­лала мне гла­за от­менным прит­ворс­твом, с по­рази­тель­ным уп­рямс­твом по­вора­чива­ла го­лову толь­ко в ту сто­рону, где я бы не на­шёл те­бя нас­то­ящую, не раз­да­вил те­бя. 

Бу­дучи до­черью со­вер­шенно пос­то­рон­не­го че­лове­ка, ты всё же унас­ле­дова­ла от Ари­са от­вра­титель­ную при­выч­ку уп­равлять чу­жим вос­при­яти­ем, бе­зум­ный та­лант прев­ра­щать лю­дей в пос­лушных ку­кол.

Свет сос­коль­знул с ос­трия но­жа, точ­но раз­ре­зан­ный им по­полам, и я увер­нулся от уда­ра, от­сту­пил к наг­лу­хо за­дёр­ну­тым крас­ным што­рам.

– Ты убил Джес­са­лин, – про­из­нёс я, ви­дя, как хищ­ная ус­мешка обе­зоб­ра­зила ок­ро­вав­ленные гу­бы Ари­са. Он не спе­шил от­ри­цать жёс­ткое ут­вер­жде­ние и не еди­ным дви­жени­ем мышц ка­мен­но­го, над­менно­го ли­ца не ука­зывал на его ис­тинность. – Я по­нял это ещё семь лет на­зад, но не мог отыс­кать до­каза­тель­ств, не осоз­на­вал, что смот­рел пря­мо на раз­бро­сан­ные лю­без­но под­сказ­ки. Слиш­ком… – я с под­сту­пив­шим к гор­лу ко­мом прог­ло­тил уни­зитель­ное приз­на­ние: слиш­ком силь­но бы­ло при­туп­лявшее вни­матель­ность и ду­шив­шее ра­зум ув­ле­чение Ад­ри­аной.

– Те­перь ва­ши сло­ва не име­ют ни ма­лей­ше­го смыс­ла. Я сох­ра­нил вам жизнь и на про­тяже­ние всех этих стран­ных лет, к нес­частью, был ужас­но за­нят тем, что пы­тал­ся ус­ми­рить Джер­ри, и ос­ла­бил слеж­ку за ва­ми, а по­том и вов­се пос­чи­тал по­доб­ные тра­ты вре­мени и ре­сур­сов бес­по­лез­ной за­те­ей, – взгляд Ари­са за­тума­нил­ся яростью и не­ким бо­лез­ненным со­жале­ни­ем. – Но, по всей ви­димос­ти, нап­расно. Ес­ли бы Джер­ри не вер­ну­лась к вам, то я и не вспом­нил бы о том, как вы мо­жете быть опас­ны для неё.

– Су­дя по тво­ему от­кро­вению, страш­ной каз­ни зас­лу­жива­ет имен­но Ад­ри­ана, а не я…

– Что за мер­зкое имя?! – Арис брез­гли­во по­мор­щился и смах­нул кровь, сколь­знув­шую по под­бо­род­ку. – Джер­ри – чу­дови­ще, мис­тер Холмс, преж­де мне уда­валось под­би­рать на­дёж­ную клет­ку, но в пос­леднее вре­мя это ста­нови­лось весь­ма зат­рудни­тель­но. Зна­ете, по­чему? Джер­ри взду­мала раз­га­дать тай­ну прок­ля­тия, ос­та­новить эту за­ведён­ную мель­ни­цу Ада, по­ка не на­чала ис­кать собс­твен­ную смерть.

– Вот так на пус­том мес­те ре­шила рас­стать­ся с жизнью? – я ожи­дал но­вого на­паде­ния, но Арис, тя­жело вды­хая и не сво­дя с ме­ня оз­лоблен­ных глаз, сто­ял не­под­вижно. Од­на­ко его нап­ря­жён­ная не­под­вижность не усып­ля­ла бди­тель­нос­ти: в гла­зах сос­ре­дота­чива­лось всё ярос­тное дро­жание вос­па­лён­ной, ки­пящей ду­ши, что жаж­да­ла раз­ры­ва мо­ей а­ор­ты. – Что же не рас­ска­жешь о том, как ис­тя­зал её и под­го­нял к мо­гиле?

– Дар Джер­ри был мне очень по­лезен… – Арис шаг­нул впе­рёд, го­товясь со­вер­шить оче­ред­ной вы­пад. – А по­ка вы раз­мышля­ете, что из ска­зан­но­го мной мож­но при­нять за прав­ду, поз­воль­те на­конец по­кон­чить с ва­ми!

Но Арис в сле­ду­ющий миг оце­пенел, ед­ва не об­ро­нив нож, и гнев мгно­вен­но смы­ло по­доби­ем по­рази­тель­но­го ис­пу­га, под­це­пив­ше­го его мыш­цы и приг­воздив­ше­го к хо­лод­ным пли­там. Над­менность и уве­рен­ность вдруг зат­ре­щали по швам, раз­ди­ра­емые неп­ри­выч­ным от­ча­ян­ным стра­хом. 

– Не при­касай­ся к не­му, Бен­джа­мин.

Её твёр­дый, с лёг­ким нер­вным дре­без­жа­ни­ем го­лос вспо­рол ме­ня из­нутри, и я по­вер­нулся к рас­пахну­той две­ри.
Сна­чала из зло­вещей ть­мы ко­ридо­ра, где дре­мала зас­тряв­шая здесь уны­лая ста­рость, по­явил­ся Мар­ри­эт с по­гас­шей лам­пой, где вздра­гива­ли пос­ледние плев­ки ог­ня, а за­тем по­рог пе­рес­ту­пила Ад­ри­ана с рас­трё­пан­ны­ми во­лоса­ми, в ко­рот­ком чёр­ном платье с рва­ным по­долом. Фа­лан­ги паль­цев бы­ли стёр­ты, ко­лени раз­би­ты, за­пястья с ви­сящи­ми об­рывка­ми ве­рёвок бы­ли по­реза­ны, у са­мых кор­ней пе­репу­тан­ных во­лос вид­не­лись пят­на за­сох­шей кро­ви. В пра­вой ру­ке она сжи­мала что-то блес­тя­щее, стек­лянное… Ос­ко­лок зер­ка­ла!

– Ад­ри­ана… – выр­вался из се­ти сжа­тых свя­зок ти­хий шё­пот. Не­нависть, что гна­ла ме­ня по мёр­твым хол­мам, ос­ты­ла, рас­тво­рилась в жи­лах без ос­татка.

– За­мол­чи, ве­ликий Шер­лок Холмс! – ра­зоча­рова­ние в её прон­зи­тель­ных, из­му­чен­ных гла­зах сле­пило без­жа­лос­тней, чем заж­жённые вок­руг лам­пы. – Я пред­по­лага­ла, что страсть раз­гадки мо­жет нас­толь­ко па­губ­но ска­зать­ся на яс­ности тво­его зре­ния, что ты пе­рес­та­нешь за­мечать до ужа­са оче­вид­ные ве­щи, ле­жащие пря­мо под но­сом! Это, – она ука­зала на ос­ко­лок, – ку­сочек то­го зер­ка­ла, где ты ещё сов­сем не­дав­но от­ра­жал­ся. Нес­коль­ко дней оно бы­ло зас­тавле­но кни­гами – и ты ус­пешно за­был, что в этой час­ти сте­ны дол­жна быть от­ра­жа­ющая по­вер­хность! Ты по­кинул Бей­кер-стрит, ве­домый не­уто­мимой жаж­дой, и не об­ра­тил ни кап­ли вни­мания на за­пис­ку и флеш­ку на пись­мен­ном сто­ле… А са­мое не­веро­ят­ное, ты не за­метил, что той ода­рён­ной с за­губ­ленным умом уже не бы­ло в квар­ти­ре! – Ад­ри­ана ус­мехну­лась с не­под­дель­ным, под­чёр­кну­тым от­вра­щени­ем и скорбью. – Бра­во, Шер­лок! Я на­мети­ла те­бе иной путь, ка­кой увёл бы прочь от Де­вона, и всё, что сей­час про­изой­дёт, мог­ло бы слу­чить­ся без тво­его учас­тия. Но, по­хоже, я ис­черпа­ла ли­мит вме­шатель­ства в ход судь­бы и боль­ше не имею ни­какой влас­ти над бу­дущим… Я даю те­бе ещё один шанс сбе­жать, ина­че…

– Мар­ри­эт, за­чем ты вы­пус­тил её? – воз­му­тил­ся Арис и швыр­нул нож в сгор­бивше­гося дво­рец­ко­го, но про­мах­нулся. Лез­вие лишь об­ре­зало ему ухо.

– Я всег­да дей­ство­вал во бла­го мисс Дже­раль­дин, – сквозь раз­ди­ра­ющий нут­ро ка­шель про­лепе­тал Мар­ри­эт и, упав на ко­лени, зат­кнул рот плат­ком и за­рыдал, про­тяж­но зас­то­нав. – Мисс Дже­раль­дин…

Арис, взре­вев, под­ско­чил к ста­рику, оп­ро­кинул его на пол и ос­то­рож­но приб­ли­зил­ся к Ад­ри­ане. 

– Джер­ри, не де­лай это­го, – он точ­но знал, с ка­кой целью та из­ба­вилась от ве­рёвок и приш­ла в го­рящую от све­та ком­на­ту.

Она, не про­из­не­ся ни сло­ва, с та­инс­твен­ной улыб­кой под­несла ос­ко­лок к тыль­ной сто­роне ла­дони.
Я, не­довер­чи­во ша­гая к ус­ме­ха­ющей­ся Ад­ри­ане, с ужа­сом ре­шил, что она со­бира­лась вскрыть се­бе ве­ны.

– Не де­лать? По­чему? – об­ра­тилась она к Ари­су, за­ос­трён­ный край ос­колка зас­тыл над ко­жей. – Ты не лю­бил пач­кать­ся, Бен­джа­мин, те­бе нра­вилось ма­рать ру­ки толь­ко мо­ей кровью во вре­мя так на­зыва­емых се­ан­сов ус­ми­рения. И я не в си­лах отом­стить за то, ка­кого монс­тра ты вы­рас­тил из ме­ня… Но я знаю, кто с удо­воль­стви­ем смо­жет.

– Нет, ос­та­новись, – Арис бо­ял­ся по­дой­ти бли­же, – ты же прек­расно по­нима­ешь – ник­то не за­ботил­ся о те­бе луч­ше, чем я, ник­то не по­любит те­бя силь­нее, чем я!

– Спа­сать от не­об­хо­димос­ти уби­вать до­рого­го мне че­лове­ка, са­мому взять­ся за ору­жие – бес­ценная за­бота, Бен­джа­мин! 

– Ад­ри­ана Иза­бел­ла Фла­вин, – я ста­рал­ся дос­ту­чать­ся до её ос­леплён­но­го ра­зума. Арис раз­дра­жён­но обер­нулся. – Я по­могу те­бе, кля­нусь, неп­ре­мен­но по­могу. Мы вмес­те вер­нёмся в Лон­дон, всё бу­дет так, как мог­ло бы на­чать­ся семь лет на­зад, – я бес­со­вес­тно лгал, го­тов был сле­пить из слов лю­бую чушь о люб­ви и ис­це­ля­ющей на­деж­де, лишь бы по­доб­рать нуж­ный ры­чаг, и Ад­ри­ана бы под дав­ле­ни­ем на жи­вые чувс­тва не при­чини­ла се­бе вре­да. – Я вспом­нил всё, что бы­ло меж­ду на­ми, и не от­ка­зыва­юсь от преж­них на­мере­ний, не от­ка­зыва­юсь от те­бя, Ад­ри­ана. Про­шу…

– Я пы­талась жить, Шер­лок, – от­ве­чала она, рас­ку­сив мою ложь, как гни­лой плод, и не же­лала бо­лее слу­шать. – Я дей­стви­тель­но хо­тела жить, ког­да поз­на­коми­лась с не­выно­симым, уди­витель­ным де­тек­ти­вом… Но это не­воз­можно пос­ле все­го, что я нат­во­рила! Я ус­та­ла от бес­ко­неч­ных по­ис­ков, уг­ры­зения со­вес­ти, я не вы­дер­жу уда­ров и му­чений, ка­кие об­ре­чена тер­петь с рож­де­ния. Я ока­залась слиш­ком сла­ба. Жизнь ра­зор­ва­ла ме­ня, Шер­лок Холмс, – все­го нес­коль­ко ус­коль­за­ющих се­кунд ис­кри­лась её неж­ная, без­мя­теж­ная улыб­ка, ли­ния за­мер­ших губ, на ко­торых зас­ты­ли нес­ка­зан­ные сло­ва, тос­ка, чью ядо­витую сла­дость я вне­зап­но ощу­тил на са­мом кон­чи­ке язы­ка. Это был не­весо­мый, приз­рачный по­целуй, пе­чаль­ный от­го­лосок без­жа­лос­тной страс­ти, ра­зож­жённой и по­гас­шей в хи­жине ста­рика У­ил­ла. – Бе­ги, гос­по­дин Все­лен­ная, ина­че про­изой­дёт то, о чём я пов­то­ряла, вор­вавшись на Бей­кер-стрит, – Ад­ри­ана ус­та­вилась на Ари­са в прис­ту­пе рас­ка­лён­но­го бе­зумия. – Ты ум­рёшь, Бен­джа­мин! Оно убь­ёт те­бя!

– По­тому что вы зас­тре­лите ме­ня, мис­тер Холмс.

– Нет! – ка­залось, Арис зак­ри­чал в уни­сон с мо­им унич­то­жен­ным сер­дцем.

Ад­ри­ана ярос­тно рас­секла ос­колком, где был зак­лю­чён обес­си­лен­ный хищ­ник, блед­ную ко­жу, изоб­ра­зив кри­вой крест. Ку­сок ок­ро­вав­ленно­го зер­ка­ла раз­бился о пли­ты, рас­сы­пав­шись на кро­шеч­ные час­тички.

Ос­текле­нев­шие гла­за, в пос­ледний раз прон­зившие мне ду­шу от­ча­ян­ной моль­бой, по­чер­не­ли, на­лились кровью. Сеть прос­ту­пив­ших вен, буд­то пе­ревя­зав­ших шею и ис­пещрив­ших ру­ки, об­ра­тилась тём­ны­ми из­ви­лис­ты­ми ли­ни­ями, длин­ны­ми ца­рапи­нами, точ­но тре­щин­ка­ми, схо­жими с те­ми, что ис­порти­ли пор­тре­ты жен­щин ро­да Фи­цу­иль­ям.

Ад­ри­ана, ох­ва­чен­ная дрожью, вы­бива­ющей из неё рас­су­док, ста­ла каш­лять, вып­лё­вывать сгус­тки чёр­ной сли­зи, и за­тем при­ник­ла гу­бами к рас­се­чён­ной ко­же и при­нялась с жад­ностью и упо­ени­ем со­сать стру­ящу­юся кровь, что вы­рисо­выва­ла её бе­зум­ную ух­мылку и сме­шива­лась с вяз­ки­ми чёр­ны­ми кап­ля­ми.

– О, Джер­ри… – вздох­нул Арис, от­сту­пив на шаг на­зад.

– Ах Джер­ри? Да, Джер­ри… Вы оба, стре­мясь зав­ла­деть им, зо­вёте это те­ло раз­ны­ми име­нами, с ва­ми так лег­ко за­путать­ся,– за­буль­ка­ло в её гор­ле, буд­то рас­ца­рапан­ном чер­ниль­ной руч­кой. – Она же о чём-то ме­ня поп­ро­сила… – Ад­ри­ана об­ли­зала ла­донь и рез­ко сжа­ла её в ку­лак, как ес­ли бы же­лала что-то бес­по­щад­но раз­да­вить. Арис по­пятил­ся, рас­крыв рот в не­мом и бес­по­мощ­ном кри­ке, схва­тил­ся за шею, тщет­но си­лясь про­тол­кнуть вдох. – А та­кие прось­бы нель­зя за­быть.

– Прек­ра­ти! – я вце­пил­ся в ху­дые пле­чи Ад­ри­аны, ис­кал в тус­клых гла­зах от­свет не­мыс­ли­мой жен­щи­ны, что пе­рек­ро­ила всю мою жизнь и уду­мала нав­сегда ис­чезнуть, под­дать­ся без­рассуд­ной сла­бос­ти, ли­шив не­дос­ти­жимых от­ве­тов и нас­лажде­ния выс­ка­зать ей всё, что не­из­менно зли­ло и воз­рожда­ло ос­тывшую не­нависть. – Чем бы ты ни бы­ло, не смей уби­вать ру­ками Ад­ри­аны!

– От­че­го же этим ру­кам ещё раз не выс­крес­ти чу­жую жизнь?



Charmily Ann Bell

Отредактировано: 27.11.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться