Кружок веселого волшебства

Глава 4. Ведьмы. Эдик. Сергей.

Московское летнее утро вливалось в открытое окно веселыми криками детей во дворе, периодически перемежаемыми хриплым голосом общественницы Ирины Васильевны, приглядывающей за ними. Лена открыла глаза. Старшая сестра еще спала. Лена умылась, надела халат и отправилась на кухню готовить завтрак. Открыла холодильник, достала яйца, чтобы сделать омлет. Но сразу возникла проблема – в доме не оказалось ни хлеба, ни молока.

«Схожу, куплю – а там и Танька проснется» - подумала Лена. Сестра жутко не любила, когда ее будили.

Лена оделась, спустилась вниз и отправилась в булочную на Таганскую площадь. Еще в дверях она увидела, что ее любимых булочек на прилавке осталось как раз две штуки, и на них нацелился уже какой-то мужчина. Раньше она отнеслась бы к этому с мимолетным сожалением, но теперь было все иначе.

«Это – мое!» - подумала Лена, и мужчина словно промахнувшись, взял рогалик из соседнего отделения.  Лена взяла булочки, прибавила к ним батон хлеба и задумалась. А может и в очереди можно не стоять? Она неожиданно ловко вклинилась в очередь прямо перед кассиршей и протянула ей пятьдесят копеек. Кассирша отсыпала сдачу, очередь стояла, будто так было и надо.

Лена вышла из булочной и остановилась. Так может и деньги давать не стоило? И так бы прошло? Кто-то толкнул ее в спину. Лена обернулась, и увидела старушку, похожую на Шапокляк, пересчитывающую монеты в древнем портмоне. Старушка проворчала что-то про молодежь и поковыляла прочь. Лена посмотрела ей вслед и вдруг, неожиданно для себя сказала:

 - Да чтоб ты споткнулась на ровном месте!

Старушка сделала еще шаг, потом ноги ее странно заплелись, и она с размаху упала на тротуар. Пряники из авоськи раскатились по сторонам. Старушка с трудом встала, растерянно посмотрела на Лену, и вдруг шустро рванула прочь.

 - Так тебе и надо! – злорадно подумала Лена. Она прошла еще с десяток шагов, и ее осенила новая идея. Но ее надо было проверить.

Впереди была лесенка, ведущая вниз, в магазин «Рыболов – Спортсмен», и по ней уже осторожно спускался солидного вида мужчина. Лена подошла поближе. Мужчина открыл дверь в магазин, вошел, но тут дверь неожиданно задержалась в открытом положении, а потом с размаху ударила его по спине. Получив неожиданный пинок,  мужчина нелепо растянулся посреди магазина.  Продавец бросился его поднимать.

 - Да это же отличная шутка! Надо Таньке показать, - подумала Лена.

Она свернула на улицу Володарского, и заняла позицию на лавочке, откуда отлично были видны люди, идущие по улице или выходящие из арки.  В следующие полчаса количество мелких происшествий стало принимать угрожающий характер.

 - Ленка, вот ты где! А я тебя уже искать отправилась! – появилась из подъезда Таня. – Ты хлеб купила?

 - Да на фиг хлеб, ты смотри, что я могу! – ответила Лена. Очередной прохожий уронил сумку и споткнулся об нее.

 - Ух ты, а я тоже так могу? – Таня вышла на середину тротуара и оглянулась по сторонам.

Со стороны 26-го дома приближался паренек в очках, пытавшийся на ходу читать какой-то журнал. Несмотря на увлеченность чтением, шагал он прямо и никуда не сбиваясь, видимо сказывался немалый опыт чтения в неблагоприятных условиях. Внезапно он стал забирать левее и левее, затем сделал неловкий шаг с тротуара, плашмя упал на багажник припаркованной Волги, затем вниз на асфальт. Сестры захохотали.

 - Нечего смеяться, помочь надо человеку! – послышался строгий голос. Сзади стоял их сосед, отставной полковник дядя Гриша.

 - Ой, дядя Гриша, сейчас поможем! – сестры подбежали к пареньку и стали его поднимать, намеренно уронив еще три раза и изрядно изваляв по мостовой.

 - А куда делся дядя Гриша? – спросила Таня, когда парнишке наконец удалось вырваться из их рук.

 - А вон, его в парикмахерской стригут – разглядела сквозь окно Лена.

Сестры переглянулись. Через несколько секунд из парикмахерской раздался крик дяди Гриши, вокруг которого сразу началась суета. Парикмахерша прикладывала к его голове здоровенный комок ваты, смоченный «Шипром». Рядом на полу валялись окровавленные ножницы, которыми она впервые в жизни чуть не отхватила клиенту пол-уха.

Сестры отправились в сторону своего подъезда, поминутно останавливаясь от хохота, размахивая руками и толкая друг дружку.  

 - Как он орал! –  веселящаяся Таня чуть не столкнула с тротуара женщину с сумкой на колесиках.

 - Девушки, как вы себя ведете, разве так можно? – укоризненно сказала женщина.

 - А, сдохни! – отмахнулась от нее Таня.

Женщина сделала шаг, другой, и как деревянная пошагала в сторону Таганской площади. Сестры пошли за ней. У перехода она остановилась, будто не зная, что делать дальше. Светофор мигнул желтым, включился зеленый.  Со стороны площади показался КрАЗ – автокран, рыкнул мотором и помчался вниз к выезду на Садовое кольцо. Женщина сделала широкий шаг вперед. Мелькнуло искаженное ужасом лицо водителя. КрАЗ дернулся влево, цепляя такси в соседнем ряду, но все равно задел женщину тяжелой лапой упора. Женщина тряпичной куклой отлетела в сторону. Сумка покатилась вниз.

 - Но мы же не при чем? – спросила Таня.

 - А кто докажет? – ответила Лена.

Эдик проснулся с совершенно больной головой. Вчерашний вечер закончился сравнительно мирно. Готовивший к его приходу целую речь отец, замолчал, увидав его состояние, затем осторожно осведомился о здоровье. Мать заставила померять температуру, затем еще два раза, потому что градусник показывал подозрительно мало.

 - Упадок сил. Отдыхай и кушай побольше – решила в итоге мама.