Крылья. Пробуждение

Размер шрифта: - +

Плата за глупость

 

Острые грани молнии разорвали полотно неба, вторя оглушающему грому, идущему с востока. Воздух загустел. Весь мир, погруженный в ночную темноту, освещался изредка вспыхивающими белыми молниями, от вида которых сбежавшая принцесса невольно вздрагивала, и сердце ее боязливо сжималось. В ночи ей мерещились тени – странные людские силуэты, которые окружали ее со всех сторон. Намеревались вернуть ее обратно к отцу и Альдермаару, который был ей отвратителен. К отцу, что никогда ее не слышал, да и не хотел слушать. Не интересовался ее желаниями, ее мечтами. Для него она была лишь способом удержать Север. И это было невыносимо осознавать.

 

У принцесс могут быть мечты. Но в большинстве своем они не исполняются.

Вьюга фыркала, когда принцесса, запутывая свои следы, разворачивала и разворачивала ее, то возвращаясь на тракт, то сходя с него. Девушка тщательно скрывала свое лицо, чуть что, хватаясь за рукоять своего меча. Страх сковал и парализовал ее, пока она ехала все эти четыре дня, засыпая между поваленных деревьев, стреножив свою сильную кобылу. Когда у нее кончилась еда, девушка отчаялась, и теперь ехала по открытой равнине, хаотично выискивая место, где можно было укрыться от разразившейся непогоды. Голод вымотал ее, последний кусок хлеба, который отдал ей мальчишка-пастух за пару монет, она съела еще днем, когда солнце было высоко в голубом небе. Когда ничего не предвещало этой грозы.

 

На землю, влажную от талого снега, упало несколько капель начинающегося дождя, а затем мощный ливень обрушился на опустошенную безлюдную местность, размягчая и без того податливую землю, превращая ее в противную вязкую грязь. Заметив недалеко начинающиеся предгорья, Виола ударила влажную кобылу пятками под бока, погнала ее прямо туда. Ее дорожный плащ и волосы были уже насквозь мокрые, неприятные холодная вода стекала по прядям, по лицу, заставляя девушку постоянно вытирать лоб и щеки. Вьюга шла медленно, усталой рысью, с трудом переставляя  ноги, и взмахивая головой.

 

Сверкнувшая молния на пару мгновений осветила путь в кромешной тьме. Виола, облегченно вздохнула, уже видя вход в ущелье, предчувствуя крепкий сон и успокаивающее тепло огня, который она разведет, и прижмется к своей умной кобыле. Как вместе они уснут, под треск сучьев, а наутро, окрепнув, снова двинуться в путь, к Таэнору, который явно удивится, когда увидит ее. Ей хотелось увидеть его лицо, когда он поймет, что она сбежала к нему. Когда он узнает, как с ним поступил Суклиазар.

 

Хлесткий металлический звук прозвенел откуда-то снизу, обвил лошади ноги, и кобыла, испуганно заржав, запнулась, и упала прямо мордой в грязь, размешивая ее и брыкаясь. Вскрикнув, девушка выпала из седла, не сумев удержаться, и застряла ногой в стремени. Зазвенела стреножившая лошадь цепь, и Вьюга, брыкнувшись, попыталась подняться, приподнимая и Виолу, которая, полулежа, видела перевернутые, стремительно приближающиеся темные силуэты, не раз ночью пугавшие ее своим приближением, паникуя, попыталась одновременно и высвободить ногу и вытащить меч. Но как только ее ладонь обхватила небольшую аккуратную рукоять, резкая боль пронзила запястье, по коже побежало что-то густое и горячее, а пальцы онемели и стали ватными, будто бесчувственными. Вьюга заржала снова, послышался топот копыт совсем близко. Уцелевшей рукой Виола натянула капюшон по самые глаза. Она высвободила ногу из стремени. Боль ослепила, но девушка не выпустила из руки оружия. Стоя на коленях, она рубанула двумя руками, прямо по ногам  человеку, который оказался к ней ближе. Тот упал, страшно крича, молния озарила небо снова, на секунду дав Виоле увидеть лица своих противников. По грубым чертам и оскаленным рожам, она сразу поняла, к кому попала. Девушка резко вскочила.

 

Меч заплясал у нее в руках, как когда-то давно, в замке на тренировках, по которым гонял ее Суклиазар. Он закружилась, воткнула меч в грудь противнику, слыша, как хрустнули кости под ее напором. Сильный удар противника последовал незамедлительно, плеть обрушилась на плечи, и ткань блузы сразу пропиталась кровью. Виола вскрикнула, обернулась – плеть нашла ее шею, оставляя глубокий порез наискосок, и снова кровь потекла по груди, заползая под корсет. Другой кнут дважды резко щелкнул совсем рядом, ударил по запястьям, распарывая их, и девушка не удержала меч в руках, который упал в грязь у ее ног. Грубые руки схватили ее за плечи, завели за спину, связали, а на глаза туго затянули какую-то неприятную на ощупь жирную полосу ткани, стягивая и капюшон. Виола, пытаясь вырваться, наступила кому-то на ногу и, решив сорвать повязку, вслепую побежала, но тут же врезалась в кого-то, облаченного в холодный мокрый доспех, местами погнутый, и этот кто-то грубо оттолкнул ее так, что девушка потеряла равновесие, и вскрикнула снова.

 

- Немедленно отпустите меня! – прорычала она, и моментально жестокая пощечина оглушила ее на короткое мгновение, верхнюю губу пронзила резкая боль, а звон в ушах заглушил остальные враждебные голоса. Кто-то снова поднял ее на ноги, больно стянул руки за спиной, и вслепую повел по грязи куда-то. Сильный удар, явно кулаком пришелся по пояснице, и девушка застонала.

 

- Лошадь добрая. Продать или себе оставить? – с интересом спросил мужчина.

 Зазвенела уздечка. Виола со стянутым капюшоном и завязанными глазами дернулась,  пытаясь языком облизать разбитую губу. Ощутив тошнотворную кровь на языке, она сплюнула. Похоже, она попала кому-то на ботинок, потому что в тот же миг ей пришла еще одна пощечина, и на этот раз рука ударившего человека была облачена в железную перчатку. Удар был более болезненным, едва не сломал лицевые кости, и девушка невольно обмякла в держащих ее руках. По щеке тонкой струйкой поползло что-то липкое.

- Да продай ее! У нас добрых лошадей и без того хватает. А денег, наоборот, в обрез.



Рене Вебер

Отредактировано: 10.01.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться