Кто здесь Босс?

Размер шрифта: - +

Глава 13. Мой коллега

- Какого?.. - выдал Морозов вместо тысячи слов.

Мы только подъехали к моей квартире и сразу же наткнулись на знакомый Лэнд Ровер. Оказалось, что пока мы медленно въезжали в мой район, Командор одновременно с нами из него уже выезжал по той же самой узкой улочке. Наши взгляды встретились. По выражению лиц водителей было видно, как глубоко они удивленны данному рандеву. И на время, когда наши машины были уже вплотную близко друг к другу, никто никому ничего не сказал вслух: все говорилось лишь взглядом. 

Артур вывернул шею под неестественным углом, продолжая пялиться на отъезжающий Лэнд Ровер, водитель которого тоже провожал нас взглядом. Душещипательная семейная сцена! Казалось, теперь пойдут титры или, например, реклама для мелодраматичной паузы. Но нет, Арутр с силой впечатал педаль тормоза в пол, и мазда с визгом остановилась, подняв облачко дорожной пыли. Немедля ни секунды, он вырвался из машины, обошёл капот и устремился навстречу родственнику, который наоборот встречи не желал. Командор из машины не вышел, более того, он даже не остановил ее. Вообще-то Лэнд Ровер теперь заметно ускорился, и Артур тупо глотал пыль от уезжавшей тачки отца. 

Я среагировала не так быстро и все еще сидела в машине, решая «кто виноват, что делать и как теперь все объяснять Артуру». Сам Морозов все еще стоял посреди дороги во двор, не опасаясь, что кто-либо решит по ней проехать. Пришлось выйти самой.

Картинка растерянного сына оказалась красочной и композиционной. Морозов все еще смотрел вслед машине, которая была уже вне зоны его видимости. Я обошла его задумчивую спину и заглянула в глаза, чтобы понять, о чем он думает, и то, что я увидела, мне не понравилось! Брови напряженно сведенные к переносице, взгляд расфокусированный - направлен не вдаль, не на предмет, а в нечто абстрактное - саму суть проблемы... Я, к своему ужасу, узнала свое коматозное состояние.

- Эээй... Артур? – я помахала ему рукой и заодно разогнала пыль вокруг себя. - Артур, ты чего на дороге стоишь? Ты прям посередине встал, ты понимаешь? 

Черные зрачки, наконец, зашевелились, и он остановил свой взгляд на мне.

- «Артур»? – донеслось до меня. - Ты назвала меня «Артур»? - этот ядовито-саркастичный тон разом развеял мою напряженность по поводу его озарения. 

«Кажется, я просто-напросто накрутила саму себя», - думала я, наблюдая за тем, как Монстр пришел в движение. Размяв шею и расслабив нервы, я позволила себе незаметно улыбнуться.

- Значит, эти двое спят вместе? – невзначай спросил Морозов, вновь обходя капот мазды.

«Все-таки озарение», - проскрипело мое сознание, стирая улыбку с лица.

- Неужели додумался? - вопросом на вопрос ответила я, садясь обратно в машину. Тяжело вздыхая, я приготовилась к сложному разговору.

Автомобиль издал негромкий звук, и мы поехали вглубь моего тихого ночного дворика, который теперь всегда будет ассоциироваться у меня с живописной картиной «Артур, который задумчиво смотрит вдаль».

- Ну? - я первой не выдержала тишины в машине.

- Что «ну»? 

- Ну, ЧТО? - собезьянничала я. - Как ты это понял? Что ты об этом думаешь? Как теперь будем действовать? Алё!

Но мне не ответили.

Монстр остановил мазду напротив моего подъезда и вышел. Я выскочила за ним и громко хлопнула дверцей, еще раз крикнув «Алё!» Кажется, меня игнорировали. Артур лишь поморщился от хлопка дверцы и, поставив мазду на сигнализацию, молча пошел внутрь здания.

Около половины минуты мне понадобилось для того чтобы понять, что мои ключи у него, и затем я мгновенно рванула в свою недавнюю тюрьму.

***

- Тук-тук! - воинственно произнесла я, заходя в свою квартиру, которая была нараспашку! Прямо посреди ночи! 

Морозов обнаружился сидящим на полу, а точнее на чистом прямоугольном пятне, которое осталось от матраса. Вокруг была строительная пыль, которая с потрохами выдавала силуэт псевдо-кровати Командора. Убрать-то он его убрал, а вот следы замести - не сообразил. Или скорее просто не стал, ведь я даже представить не могу, чтобы Командор – миллиардер и владелец крупной компании, мыл полы в моей квартире! Да еще и руками, так как швабру я не признаю и дома не имею. 

Воображение подкинуло мне дурацкую картинку Командора в своем дорогущем костюме, с закатанными рукавами и штанинами, который отжимает мою половую тряпку. Из-за этого меня начало трясти, и я стала давить глупый смех, который привлек внимание Атура.

С небольшим недоумением на лице он посмотрел на меня, а затем поманил рукой, предлагая сесть рядом.

- Над чем бы ты там ни смеялась, это подождет. Кажется, нам многое нужно обсудить. 

Этот удивительно серьезный тон заставил меня послушаться Морозова, и я аккуратно присела рядом на чистое пятно паркета. Сложив ноги по-турецки, я развернулась к балкону, Артур сбоку сидел точно так же. Минут через пять мы начали говорить. И это затянулось до утра.

Мы встретили рассвет, сидя на полу в моей полуразрушенной квартире, и все это время мы говорили. Впервые за все наше знакомство мы вели полноценный диалог, который ни разу не перешел в спор или оскорбления. Мы обсуждали родителей, компанию, наш старый отдел, наш новый отдел, а потом постепенно ушли от работы и просто болтали. Я рассказала ему над чем смеялась, и он громко захохотал в ответ. Мы впервые смеялись в унисон, а не друг над другом. Я старалась поменьше смотреть на него, не отводя взгляда от медленно поднимающегося из-за горизонта солнца, потому что так было легче. Я не могла спокойно принять наше объединение, но и уходить не хотела. Так мы и сидели на полу, до самого рассвета. Так не должно быть, понимала я, но так было. 

***

На кухне кипел чайник. 

Буль-буль-буль-буль.

Я чувствовала, что что-то здесь не так, хотя не могла сообразить, что именно. Сонный мозг не мог нормально функционировать – он нагло халтурил, подкидывая мне дурацкие ощущения, не затрудняя себя их расшифровкой. Поэтому я просто мучилась неясностью, почему меня смущает обычное бульканье чайника. Мучилась и от этого не могла спать. От этого еще больше мучилась. И, наконец, бульк! – мозг наконец допер, почему меня смущает такой простой звук. Я же не включала никакого чайника!

Рывком поднимаясь с кровати, я поняла, что лежу вовсе не на кровати. Я была на полу. Лежу на какой-то черной тряпке на полу. В своей новой квартире, которая не предназначена для жилья. А еще этот чайник!

Я давно заметила за собой привычку – просыпаться как склеротик. Я разве что имя свое не забываю. Ну, имя и таблицу умножения, я ж образованная. Поэтому по утрам я иногда теряюсь и впадаю в панику. В такие моменты я обычно беру телефон, звоню на последний набранный номер и немножко истерю в трубку, ожидая объяснений. Но сейчас телефон не был обнаружен, потому что долговременная память напомнила, как Монстр его стащил, чтобы отследить собрание акционеров. Воспоминание о Морозове затронуло нужную струну, и вчерашние события одно за другим всплывали в моей голове, объясняя гостя на кухне. 

Встав с непонятной, но все же очень мягкой и приятной черной ткани, я поплелась на кухню. Остановившись у полуоткрытой двери в коридор, я на некоторое время задержалась, прислушиваясь к звукам вокруг, но ничего кроме кипения не услышала. Взглянув на балкон, я чуть не заностальгировала о наших славных посиделках и о том мире, которому сейчас может настать капут, но вдруг с удивлением обнаружила, что уже вечереет. 

«Кажется, я проспала весь день».

Когда я зашла на кухню, Артур сидел на кухонном столе и ел пиццу прямо из коробки. Запивать пиццу приходилось суровым кипятком, так как никакого чая тут не было, поэтому он делал очень маленькие глотки и был слишком сосредоточен на этом, чтобы сразу меня заметить.

- Приятного аппетита, - я решила начать с вежливого общения с гостем, стараясь сделать интонацию наименее саркастичной и двусмысленной.

- С добрым утром, - в тон мне ответил Морозов. Кажется, он, как я и думала, засомневался в искренности моих слов, поэтому ответил так же двусмысленно. Ну, либо это было искренне, и я сама себя накручиваю.

- Пиццу будешь?

- Буду.

- Ну, бери, - Морозов протянул мне коробку с большой и ароматной пиццей. Взяв кусок побольше, я закрыла крышку, чтобы сохранить тепло и аромат выпечки. На коробке от пиццы был большой треугольный логотип пиццерии «Базилик», что меня очень удивило.

- Почему ты заказал в Базилике? – спросила я, устраиваясь на краю стола, справа от пиццы.

- Я всегда там заказываю. Обожаю их мясную пиццу. Да и вообще все меню...

- Всегда-всегда? – я решила поддерживать разговор на нейтральной территории, и пицца казалась идеальной темой. – А как же самая известная «Римская Империя»? А еще в «Себастьяне» классная пицца на толстом тесте и с добавками на любой вкус! А Ира обожает «Эль Пиццето» - у нее там даже скидка есть, хотя в пиццериях их обычно не дают, но вот у нее есть, - размышляя о пиццах я болтала ногами под столом и уже успела умять первый кусок.

- Ну да, только все эти пиццы, кажется, входят в состав Well sell... - прищурился Артур.

- Ну, конечно, как же еще, - я с удивлением посмотрела на Морозова, а потом на коробку Базилика, ища товарный знак нашей компании, но так и не обнаружила.

- Стоооой! – опешила я. – Хочешь сказать, Базилик – это конкурентная фирма?

Я с отвращением уставилась на кусок этой вкуснейшей пиццы, раздумывая над его дальнейшей участью. Выкидывать его мне совершенно не хотелось, но и чувство патриотизма к нашей компании не позволяло продолжить трапезу. 

- А ты всегда только нашей продукцией пользуешься? – удивленно спросил Морозов. Он с интересом наблюдал, как моя рука бьётся в конвульсиях, то сжимая, то отпуская несчастный кусок.

- Ну да. Это ж наша фирма. Все качественно, и честно, - я подняла указательный палец свободной руки, чтобы усилить сказанное, так сказать, придать значения. - К тому же, там работает много моих знакомых и даже друзей. Пользоваться чужими услугами кажется мне немного предательством. Ты так не думаешь? 

- Мне кажется, ты слишком серьезно это воспринимаешь, - Артур повторил мое движение пальцем, а потом направил его на мой кусок пиццы. – Но если ты такая принципиальная, я могу доесть эту вкусную, но предательскую пиццу за тебя.

Я оценивающе взглянула на свою еду, но решила не отдавать ее, пока не докопаюсь до правды. 

- Ну ладно я, но для тебя это должно быть еще важней. Твоя ведь компания! Твои соперники, - я постучала по логотипу Базилика. 

- Неправда, - грустно ответил Морозов. – Я ведь ничего не имею, Мираа. Меньше, чем ничего, если учесть, что меня снова понизили. Так что ни о какой корпоративной этике и речи быть не может. 

- Ты что-то совсем раскис, Морозов, - я стукнула собеседника кулачком в бок, чтобы приободрить. – Мы еще повоюем! У нас много дел впереди, как ни крути! 

- Это какие такие дела могут быть у нас, как у команды? – Артур удивленно приподнял бровь. 

Я выдержала небольшую паузу, собираясь с мыслями, чтобы выдать небольшой монолог. Последний кусочек пиццы лег мне в руку, и я решилась на то, на что раньше бы ни за что не смогла.

- А мы и есть команда! – произнесла я с вызовом в голосе. – И наша самая главная задача – это не дать компании развалиться!

- Ууу, - протянул Монстр. – А мне-то это зачем? Я ведь... ведь... - Морозов запнулся на полуслове, явно что-то придумывая. - Если ты считаешь, что мне небезразлична компания так же, как тебе, то ты сильно ошибаешься! 

Артур изменил ход разговора, давая мне возможность уломать себя, за что я тут же уцепилась.

- Но тебе же выгодней получить в наследство всю компанию целиком. Зачем тебе обрывки? – я чувствовала себя чертенком на его плече, подбивая на сотрудничество.

- Мне вообще никакое наследство не светит, отец ясно дал понять.

- Потому что он считает, что тебе все до фени. Но если ты спасешь компанию... – мой голос дошел до стадии заговорщического шепота. Я говорила то, что Артур хотел услышать, и даже видела, как он еле заметно кивает в такт моим словам.

- Но... - вдруг Артур нахмурился, - я не могу предать свою мать. 

- Ты же знаешь, что она неправа! В ней играет простая обида за то, что у нее отобрали игрушки, которые ей даже не нужны.

- Но она имеет на них права! И она не отступит! - внутри Артура происходила серьезная дилемма. Его глаза метались в поисках решения, которое было очень непростым.

Я тоже напряженно искала нужные слова. Слова, которые заставили бы сына пойти против матери. В голове один за другим проносились мысли и образы, пытаясь подсказать мне лазейку – я чувствовала, что эти самые «нужные слова» существуют.

- ЭВРИКА!!! – оглушительно прокричала я слова Энштейна. - Твоя мама... она же идиотка! – радостно прокричала я. И пока Артур не дал мне в нос за то, что оскорбляю его семью, я быстро протараторила ему самую суть моих дум. - Стой, стой, стой! Ты сейчас сам все поймешь! – я вскочила со стола и подбежала к Морозову. Вцепившись ему в плечи, я начала объяснять свою «лазейку».



Лина Лунная

Отредактировано: 21.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться