Кудесница для князя

Размер шрифта: - +

Глава 14

Латеница вздрогнула, едва не выронив из рук шитьё, когда грохнула, почти слетев с петель, дверь светлицы. Первым внутрь ввалился один из вогулов, кажется, Елдан – запомнить чужие имена оказалось не так уж сложно. А вслед за ним вошёл и Смилан, бережно сжимая в руках Таскув. Похоже, девушка была в беспамятстве. Ни слова не говоря, княжич уложил её на лавку – та распласталась безвольно. На пол упало с её ладони несколько густых красных капель.

– Что случилось? – Латеница, отложив шитьё, спешно подошла, коснулась холодной щеки вогулки.

– Ижеслава лечила, – словно в укор ему, произнёс Смилан. – Я до него не дошёл, чтобы узнать, как всё обернулось. Только услышал, что Дакшу после того стража увела.

– Неужели он?..

Смилан раздраженно дёрнул плечом. И верно, теперь волхв, коли зло удумал, уже никуда не сбежит: посчитай, вся дружина за ним приглядывать станет за то, что чтимого ими Ижеслава вздумал извести. Латеница взяла Таскув за руку, осторожно коснулась пореза на её ладони, шепча заговор. Кровь, повинуясь запирающему слову, остановилась.

– Почему к лекарю не пошли? – Латеница намочила рушник водой из кувшина и осторожно вытерла руку вогулки.

– Думается, дело тут не в порезе, – буркнул Смилан, опускаясь на край лавки. Елдан встал за его спиной, взволнованно и хмуро глядя на девушку. – Я никогда тебя не расспрашивал. Но ты ведь силами особыми владеешь. Может, лучше него поймёшь, что с Таскув. Такое уж не первый раз с ней случается.

Какие уж там силы. Но, обмотав чистой тряпицей ладонь Таскув, Латеница всё ж прислушалась нутром к отголоскам её жизненных сил. И если в прошлую встречу те ощутимо бились во всём теле Таскув, то теперь едва ощущались. Верно, устала, спасая Ижеслава, и может статься так, что простого отдыха будет достаточно.

Латеница тронула запястье девушки, щупая слабо бьющуюся жилку. Оглядела лицо, которое отливало зеленоватой серостью. Нехорошо. Она вдруг ощутила такую острую досаду от своего бессилия, что глаза защипало. Окажись она на месте Таскув, та уже давно привела бы её в чувство.

– Ну? – нетерпеливо подогнал Смилан.

– Она очень много сил потратила. Я попытаюсь сделать так, чтобы они восполнились быстрее, – сердито пробормотала Латеница, чувствуя неловкость под суровым взглядом вогула. – А вы будете меня отвлекать – прогоню!

Елдан даже  отступил немного, а княжич лишь густые брови сдвинул – не поверил. Да и попробуй его сейчас вытолкать – шагу не ступит за порог, пока не убедится, что с его ненаглядной шаманкой всё в порядке будет.

Латеница перебирала в голове все заговоры, что знала, стараясь найти подходящий. И вспомнила. Древний, тот, о котором и не думала давно, считая, что никогда ей не найти сил, чтобы им воспользоваться, но, стало быть, теперь другого выхода нет, как попытаться. Она проговорила мысленно каждое слово, боясь ошибиться. Но строки всплывали в памяти так ясно, будто лишь вчера бабушка им внучку учила-втолковывала. Коли не получился, она и свои силы пустоту выплеснет, и вогулке не поможет.

“Как ветер в поле травы гнёт – вовек не согнёт.

Как камень на пути реки стоит – вовек не остановит.

Как птица по небу летит – вовек в глубине его не потонет.

Так жизнь твоя не нынче иссякнет, а моей напитается…”

Латеница сжала руки Таскув в своих и задохнулась от того, как быстро та начала поглощать её силы. По всему телу пронеслась холодная дрожь, а спина взмокла до того, что тонкий ручеёк пота побежал по хребту. Словно не шаманке помощь уходила, а в бездонной пропасти исчезала. Голос дрогнул, Латеница не смогла завершить заговор и еле разжала пальцы, отпуская вогулку. Та лишь вздохнула тихо. Но никак с виду не поменялась.

– Я… Я не знаю. Таскув вычерпает меня. Слишком сильная, – сбивчиво проговорила она, давя тошноту в груди.

Больше ничего и вымолвить не смогла.

Перед глазами вдруг возникла кружка с водой. Латеница подняла взгляд на Елдана и кивнула благодарно.

– А мои силы сможешь ей передать? – медленно гладя шаманку по руке, спросил Смилан. – Может, их хватит?

Попытаться, конечно, можно. Но заговор перекроить надо, ленты слов переплести, чтобы на другого человека обратить, а пользы от него не потерять. Латеница посидела немного, раздумывая, как бы это сделать. И взгляды двух мужей давили на плечи, будто коромысло со слишком тяжёлыми вёдрами.

– Давай попробуем, – наконец посмотрела она на Смилана. – Держи её крепко, но если почувствуешь, что что-то не так, сразу отпускай.

– Не отпущу до последнего, – слегка улыбнулся княжич и на шаманку свою несказанно тепло посмотрел – даже колыхнулось в душе сожаление, что на невесту свою он всё ж такого взгляда никогда не обращал. Даже если бы она любила его, как, увидев это, смогла бы замуж за него пойти? Зная, что супругу будущему другая мила. Но на душе тут же полегчало от мысли, что Отомаш слово своё сдержать обещал. И, коли так случится, то всё обернётся, как должно.

Смилан обхватил маленькую ладошку Таскув своими. Латеница взяла её за вторую и снова зашептала заговор, чуть изменяя плетение слов в нём. Ударила в кончики пальцев жизнь Смилана, буйная и неуёмная. В груди поднялся восторг от ощущения её отблеска в своём теле. И тут же накрыло непрошенное смущение, словно близость какая случилась. Латеница быстро отринула его: иначе даже голос задрожал – и продолжила обвивать заговором Таскув, наполнять её, опустошённую, силой княжича. 



Счастная Елена

Отредактировано: 16.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться