Кукловоды

Размер шрифта: - +

Фивы, 2659 г. до н.э.

Близился полдень. Солнце практически испепеляло всё вокруг. Несмотря на близость Нила и несколько источников воды, в Долине Фараонов не было ни единого живого существа. Многим казалось, что в этом месте можно встретить лишь погибель, однако именно здесь великий правитель желал обрести свой покой в окружении предков и великих богов.

Солнце неумолимо, не жалея никого, находясь ровно посередине половины неба, пекло своими жаркими летними лучами. Где-то вдалеке вверху, то и дело пересекая светило, летали стервятники, бросая еле заметные тени на пустыню. Бескрайние просторы до самой линии горизонта занимали быстро меняющиеся горы из песка, поэтому эти места практически ничем не отличались друг от друга, что могло вполне ввести в заблуждение любого мимолётного путника, который окажется здесь.

Но это не относилось к Рэймссу[1]. Он любил пересекать опасные расстояния по своим землям в одиночку. От одного оазиса к другому - и постепенно выйти к самому священному месту: реке Нил.

Он обернулся и посмотрел на пирамиду, которую длительное время готовили великому правителю Египта. Он считал, что именно по воле фараона восходит солнце и разливается Нил, потому что тот был благословлён богами.

Будучи сыном фараона, Рэймссу часто доставались самые ответственные задания. Порой они были до нелепости сложными, а в иной час - до нелепости глупыми. Однако то, что было вверено ему сейчас, было великой честью для каждого. Ему было поручено следить за обустройством последнего пристанища солнцеликого фараона Озахара[2], почитаемого во всём Египте.

Однако он не был всегда послушен своему отцу. Вот и сейчас надеялся, что тот не прознал о некоторых его промашках. Старательно отгоняя от себя дрянные мысли, он вспоминал о гробнице своего отца.

По велению Озахара, Рэймсс развесил по усыпальнице свитки с древними символами, которыми отец всегда дорожил. При входе в комнату, в которой будет стоять саркофаг, расположились чаши с огнём. Не смотря на то, что он почитал Анубиса, проводник умерших в загробный мир всегда пугал его, поэтому его статуи, расположенные возле синего полотна, на которое водрузят саркофаг, пугали его. Рэймсс не хотел, чтобы смерть настигла великого фараона, однако Озахар говорил, что совсем скоро он встретится с праотцами.

Рэймсс был крупнее и выше многих людей, которых когда-либо встречал. Часто при дворце шутили касательно могучего тела Этна и его мягкого характера. Поговаривали, что явился не будущий фараон, которые зачастую были изнежены маслами благоуханий, ласками наложниц и лестью своих подчинённых, а огромный урод, чьё место среди тех, чьи спины изрезаны кнутами, на строительстве великих пирамид. Но до него самого доходили лишь слухи об этом, напрямую ему об этом никогда никто не говорил, иначе можно было быстро проститься с жизнью.

В детстве он тайком сбегал из дворца, одеваясь как обычный житель Египта, и отправлялся на поиски приключений. Часто за такие выходки отец на него злился, но быстро прощал, а однажды даже подарил ему длинный нож, не обрамлённый ни золотом, ни дорогими камнями, ибо знал, что его сын легко может стать объектом нападения различных разбойников, которые в последнее время переходили все допустимые границы. Рэймсс принял этот подарок с превеликим достоинством и уважением. К слову, он уже не один десяток раз пригодился в пустыне и был окроплён кровью врагов. На лезвии был выгравирован кинжал, вокруг которого вилась змея, и овальной фигурой лоза из винограда. Именно в тот день отец рассказывал про таинственный оазис, где стоял загадочный храм с внеземным сокровищем, спрятанным в нём, и пообещал, что однажды поведёт его туда, когда наступит время. А так же приказал никому не рассказывать об этом, потому что это древняя тайна. Рэймсс с тех пор неоднократно блуждал по ближайшим и дальним оазисам, до которых хватало дойти сил, в поисках храма, чтобы не ждать того часа, пока отец расскажет.

Однако отец молчал множество лет, и Рэймссу стало казаться, что таинственный храм был простой выдумкой, которой его раззадоривал отец. А, может, тот просто хотел привнести в жизнь мальчугана какую-то цель, к которой он бы стремился. Теперь он не был уверен в чём-либо, лишь с верой следовал указаниям отца. Шли годы, юношеская затея найти его осталась позади, а сам кинжал очень пригодился Рэймссу. 

До Нила оставалось всего ничего, лишь несколько часов ходьбы. На горизонте уже была видна зелёная полоска, что сулила близкое присутствие жизни. Мимо по своим делам пробежал скорпион. Рэймсс обратил внимание на его острое жало и угрожающий вид смертельно опасного монстра. Однажды один из них ужалил его прямо посреди пустыни, не заметив ночью он наступил на его крепкое тельце, и тот незамедлительно обороняясь в ответ подарил ему порцию яда. Чтобы найти плод листа который содержит антидот, требовалось идти до ближайшего оазиса. Рэймсс помнил, как спазм хватал его мышцы, было очень больно и тяжело даже дышать, от нехватки кислорода начинались галлюцинации, являлся его покойный брат, которого тоже можно было с его язвительным характером сравнить с ядовитым скорпионом. Он был старше и смеялся с вида Рэймсса, высмеивая его перед своими придворными дружками, он же в ответ один раз сильно избил брата, потому насмешки прекратились, и тот стал избегать его присутствия. Умер брат от неизвестной болезни. Однажды у него начался кашель, затем быстро ушли силы, и в итоге лекари лишь разводили руками, и Финехас[3], так его звали, умер от большой температуры в бредовом состоянии. Его кожа быстро высохла, и похоронили его в отдельной гробнице, что помещалась в небольшой пирамиде на одном из берегов Нила.

Несмотря на все те насмешки, Рэймссу был дорог его брат, поэтому его потеря стала для него большим ударом. Он должен был стать правителем вместо отца, однако теперь эта роль отводилась Рэймссу.



Мелифаро, Марина Эншент

Отредактировано: 06.08.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться