Куклы зазеркалья

Глава 36.1

С Глебом Николаевичем у них, похоже, наметился роман. И совсем недавно, уписывая яблочный пирог, она призналась, что переезжает к нему. Да, я видела с какой нежностью и осторожностью он обращается с ней, будто с фарфоровой статуэткой. Надеюсь, что все получится. Будет трудно, никто с этим не спорит. Но попробовать стоит.

Жизнь налаживается…

«Для кого-то может быть, но не для тебя». Эта мысль все чаще посещала меня. Ну, почему я не могу преодолеть этот барьер? Але хоп и уже на той стороне. С чистого листа все начать.

«Потому что не знаешь точно, где он. Что он теперь? Чем занимается? Следит ли за тобой? Вспоминает ли? И появится ли снова в твоей жизни? Нет, не знаешь. Боишься, сходишь с ума и ждешь. Ждешь возмездия за то, что позволила себе. Ждешь. Ты вышла за установленные им рамки. И ждешь. Для тебя еще ничего не закончилось».

Я поспешно вдохнула воздух, заглушая приступ паники, который возникал, когда в голове - как кучка отвратительных клопов – роились эти мысли.

В начале пути и особой истерии даже думала отказаться от общения теткой и сокамерницей бывшей. А вдруг он выжидает и наблюдает, чтобы нанести удар по самым близким и родным. Так, чтобы было больнее. Но, что я смогу реально сделать? Следить за ними круглосуточно с газовым баллончиком наперевес? Ведро было бы в этот раз неприемлемо. Бред. И мой отказ от встреч с ними ничего не меняет, если Андрей захочет причинить им вред.

Нет, он не будет рисковать, и палиться из-за какой-то мелкой мести. На это его благоразумия хватит вполне.

 Тут же его голос влез в мои мысли, как тонкий шепот на заднем плане в фильме: «Ты моя слышишь. Только моя. Только я имею право прикасаться к тебе, больше никто. Скоро мы будем вместе всегда, никто не сможет нам помешать. Ты не просто удовольствие. Ты как будто часть меня самого. Ты во всех моих мечтах, мыслях и фантазиях. Ты отравила мою кровь…».

Сердце заходило ходуном, тело из жара бросило в холод. Слабость такая. Что руки затряслись мелкой дрожью. Черт!

Врачи настоятельно проявлять осторожность и не волноваться. Я скорчила рожицу. Когда отправлюсь к праотцам, тогда и не буду волноваться. Достала из бокового кармашка сумки таблетки съела одну.

 Наша с Мариной тюрьма по большей части сгорела и выгорела. Осталась небольшая часть «белой комнаты» с манекенами. Но тюрьма в моей голове осталась на месте, только сменились внешние декорации. Теперь это милая квартирка, тихая работа, упорядоченность и постоянство. А такое ощущение, что за мной по пятам везде конвой ходит, даже в туалет. Нигде меня не оставляет. Этот конвой – мои собственные мысли. От них и в туалете не спрячешься. И то же самое ожидание «когда, когда, когда  же уже…».

Иногда я ловлю на себе задумчивый взгляд моего психолога. Ее теплая, сухая ладонь ложится на мою:

- Все закончилось. Понимаешь? Все закончилось.

Хочется припасть к ее груди, разрыдаться и рассказать, что на самом деле гложет мою истерзанную душу. Одного боюсь – отправят в психушку. Нет никакого второго маньяка. Есть один и он мертв. Дело закрыто. А у девушки похоже шиза на этой почве, вот и выдумывает всякие небылицы. Так мне видится наш последующий после моего признания разговор. Поэтому язык прикусываю. Оказаться в психушке совсем не хочется.

 Когда-то бывает, наступает апатия, и я засыпаю мертвецким сном на своем диване, наверное, просто организм бастует против такого его нещадного использования. Но, проснувшись среди ночи от своего собственного крика и в слезах, опять забиваюсь в угол и трясусь до рассвета.

 М-да, так скорее сама подохну, и никому трудиться не придется. Но и жесткая самоирония не помогает от этого тотального страха. Не знаю, правда, чего же я на самом деле боюсь больше?

Того ли, что он меня найдет и убьет? Нет. Пусть хоть кожу сдирает медленно, все равно. Знаю, что просто так не отделаюсь. Наказание будет серьезным.

Тогда чего же?

«А того дорогая, что уж больно яро ты его ждешь. Ой, ждешь, не дождешься. Да, да, милая моя. И это ожидание, похоже, стало целью твоего существования. Не замечаешь? И хочешь, чтобы он нашел тебя. Или хотя бы как-то проявил себя. Хочешь, только этим и занимаешься. Попробовала бы начать жить заново. Надо попробовать».

Получается, я боюсь сделать шаг в сторону нормальной жизни. Мне нравится быть запуганной, загнанной в угол?

Нет, не так. Не может быть.



Алиса Лойст

Отредактировано: 04.03.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться