Курьер

Глава 7 Тихушник (Ч. 1)

Глава 7. Тихушник

Казнь в этот день все-таки состоялась. И без моего участия.

Обезглавили сразу троих преступников. Помимо «заклятых друзей» в убийстве Виталха оказался замешан еще один новобранец. Он изображал спящего Черепа в казарме, пока тот вместе с лысым компаньоном уходил из лагеря через заранее проделанный проем в частоколе. Этим же ходом бандиты решили воспользоваться, узнав о приезде Авира де Генсара.

Когда меня повели к сержанту, третий соучастник преступления «случайно» оказался под окном караулки. Услышанного преступникам оказалось достаточно, чтобы сделать соответствующие выводы. Убийцы понадеялись, что занятость бойцов и командного состава даст им небольшую фору. Они просчитались — за лагерем со стороны присматривали всадники. По просьбе нашего лейтенанта командир конного разъезда, приславший гонца с посланием, обеспечил наблюдение. Беглецам позволили удалиться на достаточное расстояние, а когда те уже решили, что вырвались, их повязали и доставили обратно.

Сержант лично освободил меня из карцера:

— Пойдешь смотреть, как убийц карают?

— Нет. — На меня очень сильно подействовало ожидание собственной смерти, и желания глядеть на казнь пусть даже ненавистных врагов не было абсолютно.

— Оно и правильно. Разрешаю отдохнуть в казарме до ужина.

— А майор раньше не появится?

— И позже тоже. Он и не собирался. Просто лейтенант решил перед прибытием пополнения устроить в лагере генеральную уборку, вот и придумал визит высокого начальства.

— А почему? — Едва не захлебнулся от обиды. Оказывается, еще вчера вечером они все решили, пока я тут тихо прощался с жизнью.

— По закону военного времени, — жестко перебил командир. — У нас здесь не игра в солдатики деревянными палками! Мы должны подготовить воинов, которые на передовой не друг друга, а врага уничтожать будут.

Его слова быстро вернули меня к суровой действительности. В лагере не принято думать о каждом в отдельности, главное — подготовить боеспособное подразделение. Сержант с удовлетворением отметил перемены моего настроения и продолжил:

— Не сообщив никому о сегодняшней операции, лейтенант полностью предотвратил утечку информации. Это позволило проследить реакцию настоящих преступников на отмену казни. И только потом им подкинули новость о грядущем разоблачении. Ну, и тебя, дурака, следовало уму-разуму научить. Имея таких врагов, воин всегда должен быть начеку, а не вестись на подставы. Понятно?!

— Так точно! Спасибо, господин сержант!

— Не за что. Тебе еще не раз представится возможность отдать богам душу.

— Но ведь не за подлое убийство, которого я не совершал!

— Это верно. Ступай.

— Слушаюсь.

Ужин после продолжительной голодовки и нечеловеческих душевных мук показался райским. Ребята за столом старались шутить, но выглядели напряженными: работа палача надолго оставляет неприятный осадок в душе.

Не успели мы поесть, как в лагерь прибыло пополнение. Еще две сотни новобранцев, которых сразу после нас направили в столовую.

— Как дела? — подошел ко мне Лехан.

— Теперь почти нормально. Сегодня чуть богам душу не отдал. Прилюдно.

— Ну, ты даешь, провалиться мне трижды в цехмерские топи! На пару дней оставить нельзя. Опять Череп?

— Ага.

— Чувствую, пора с ним кончать.

— Уже.

— Чего — «уже»?

— Незадолго до ужина его, Болта и еще одного гада казнили. Они прикончили Виталха, чтобы меня подставить.

— Из нашего взвода?

— Да.

— Жаль паренька. А при чем тут ты?

Вкратце рассказал ему последние новости.

— Шляпу мою брали, уроды?! — Лехана почему-то больше всего возмутило именно это обстоятельство.

— И плащ тоже. А уж как жест скопировали! Я сразу купился. Не знал же, что тебя за пополнением отправили.

— Был приказ — никому не сообщать о задании. Сам понимаешь, нарушать нельзя.

— Понимаю, — тяжело вздохнул я.

— Не грусти, главное, ты уцелел. Теперь будешь командиром первого отделения, — огорошил меня приятель.

— Ты это серьезно?!

— А ты в армии много шутников видел? — усмехнулся он. — В связи с прибытием пополнения меня назначают взводным, Прохану дают роту.

— Из новеньких?

— Не совсем. Каждое наше подразделение разделят пополам и дополнят вновьприбывшими.

— Опять из тюрем?