Курьер

Font size: - +

Глава двадцать седьмая

Глава двадцать седьмая

 

Уже нажимая кнопку звонка, я осознал, что, вполне возможно, свалял дурака, притащившись к Борису без предварительной договоренности. Полдень, середина рабочей недели… Это я привык к свободному графику, для меня что среда, что воскресенье, а нормальные-то люди на работу ходят. Понятное дело, Борис сам себе (и не только себе) начальник, строго по восемь часов в своей фирме не высиживает, но и совсем на удаленную форму руководства тоже не переходил. Так что стоило созвониться, прежде чем ехать.

Хорошая мысль, правильная. Жалко, запоздалая. Плохо я соображаю в последнее время, девяносто процентов оперативной памяти мозга другим занято. А дверь уже открылась…

— Привет тебе, красивая женщина, — я шагнул через порог и церемонно приложился губами к запястью действительно красивой женщины.

Ленку я побаиваюсь, и скрываю это за напускной развязностью, переходящей в легкое шутовство. Вроде, пока получается. Почему побаиваюсь? Я сам себя этим вопросом в свое время помучил, и пришел к заключению, что жена Бориса начисто лишена такой необходимой составляющей женского очарования как капелька бабьей дури. По крайней мере, мне так кажется. Может быть — я всегда стараюсь думать о человеке с лучшей стороны — она просто не все показывает на людях…

— Привет, — Ленка руку отобрала и несколько секунд разглядывала меня оценивающим взглядом. — Ты сегодня без бомбы?

Вот тебе и приехали! Нет, понятно, что-то Борис ей должен был рассказать насчет внезапного ремонта и замены мебели на кухне, но не перестарался ли он?

Я непринужденно, как мне хочется верить, смеюсь над ее словами. От ответа, впрочем, ухожу.

— Его величество дома?

Ленка преувеличенно тяжело вздыхает и машет рукой.

— Проходи, чего уж. Обедает он.

Она выходит из прихожей, я иду за ней. Борис свою трапезу уже закончил, складывает тарелку в мойку. Мы молча обмениваемся рукопожатиями.

— Тебя покормить, Вадим? — спрашивает появившаяся в дверях хозяйка.

— Не, спасибо, — машу головой.

Потом обвожу взглядом обстановку. Кардинальных изменений по сравнению со временем до взрыва я не заметил. Без руководящей роли жены Борис разумно не решился на революционные решения. Тот же дизайн, те же тона и мебель едва ли не такая же. Но я с энтузиазмом заявляю:

— Хорошо тут у вас стало!

Ленкин ответ дает мне возможность усомниться в разумности затрагивания этой темы.

— Да? Твое одобрение очень ценно для нас! В прошлый раз тебя что-то не устроило, да?

Нет, она не напирает и не предъявляет претензий. В ее по-кошачьи зеленых глазах пляшут насмешливые чертики. Но я теряюсь. С кем другим и не подумал бы теряться, а тут… Изображаю из себя глухонемого. Глупо улыбающегося глухонемого. Черт, да знать бы еще, насколько глубоко Борис посвятил жену в подробности случившегося на кухне катаклизма. Мог бы и меня ознакомить, гад. Хорошо хоть сейчас приходит на выручку.

— Ленусь, ну хватит, — тянет он тоном капризного ребенка. Этот тон настолько не вяжется с его образом, что я улыбаюсь снова. Но уже с облегчением.

— А чего я? Я и ничего вовсе, — Ленка с самым невинным видом пожимает плечами и оставляет нас вдвоем.

Я мнусь. Не знаю, с чего начать разговор, как подойти к нужной теме. Минут пять трачу на всякую ерунду, чуть ли не о погоде беседую. Потом все-таки выруливаю на свой разговор с Александром Константиновичем. Пересказываю основные моменты. Борис с интересом слушает, а я тороплю сам себя, перескакиваю с пятого на десятое, чтобы потом с досадой вернуться к упущенному.

Это ведь только вводная часть, необходимая, но неосновная. Я не информацией с другом делиться пришел, а сомнениями. Причем, как это часто бывает, затаив в душе надежду, что сомнения мои будут развеяны. Тогда я буду чувствовать себя глупо, но, тем не менее, испытаю огромное облегчение.

— Ничего так ты из него вытянул, — с уважением произносит Борис, когда я заканчиваю.

Я смеюсь. Невесело, потому что смеюсь по большому счету над собой.

— Ни черта я из него не вытянул. Абсолютно уверен, что сказал он именно то, что хотел мне сказать. Не больше, но и не меньше. Я это позже понял. Разговором комконовец рулил, а я был маленьким мальчиком, сидящим на пассажирском сиденье с игрушечным рулем в руках.



Starrik

Edited: 17.03.2017

Add to Library


Complain




Books language: