Курортный многоугольник или "А олени лучше!"

ГЛАВА 7. Свадьба

Ближе к обеду, Гала решила выйти из чума, ну не сидеть же, в самом деле, одной, упиваясь собственными страданиями и, костеря почём зря, судьбу - злодейку в очередной раз состроившей ей, слабой молодой женщине, козью морду.

— Да пошла ты! — Галка в очередной раз, и мы надеемся, что в самый последний, показала фигу в верхнее отверстие чума, не закинутое сукном и брезентом. Наверное, она думала, что её судьба - злодейка поселилась именно там, между длинных жердей составляющих остов чума и оттуда корчит ей козьи морды и подстраивает всё так, чтобы Галке было как можно хуже. «А чумичке, как можно лучше!» — она высказала вслух свои мысли, и опасливо покосилась по сторонам: не услышал ли кто-нибудь её «выпады» не понятно в чью сторону, так её и за сумасшедшую недолго принять. Ну, мы-то с вами знаем, дорогие читательницы, что с психикой у Галины было всё в порядке, просто именно сейчас, в её жизни снова, впрочем, как и всегда, всё складывалось не так, как ей хотелось бы. Она вышла из чума, на курорте чувствовалось некоторое оживление: отдыхающие возбуждённо переговаривались и напряжённо всматривались вдаль.

— В чём причина разгорячённого состояния отдыхающих? — поинтересовалась она. Все посмотрели на неё как на сумасшедшую. Она слегка сконфузилась (уж не услышал ли кто-нибудь её несвязное бормотание в чуме, и не увидел ли кто-то из отдыхающих, как она показывает непристойные фигуры из трёх пальцев в пространство на верху чума?).

— Сегодня свадьба! Ждём жениха и невесту! Илья поехал за невестой! — разъяснила ситуацию Галине одна из женщин.

— А-а-а! — протянула Галка, не собираясь посвящать курортников в подробности их отношений с Ильёй.

Она, также как и все, стала всматриваться в просторы тундры - не появится ли на горизонте точка, приближающаяся и мистическим образом, превращающаяся из точки в упряжку оленей. Она даже зачем-то привстала на цыпочки, хоть и понимала всю бессмысленность этого действия. Галка послонялась по территории курорта, переходя от одной группки отдыхающих к другой - разговоры ни о чём мало её интересовали, её интересовала только личная драма, но не с кем было обсудить нехорошего человека по имени Илья, пожаловаться, поплакать на плече у понимающего человека - дружеского плеча не было, как впрочем, и подруги. «Потом позвоню тётке Людке, расскажу обо всём по порядку», — решила она.

— Едут! Едут! — радостные возгласы прервали безрадостные размышления Галины. Она вытянула шею, слегка склонила голову на правый бок, привстала на цыпочки, пристально всматриваясь в ту сторону, куда указывали курортники, в предвкушении предстоящей свадебной церемонии. Если бы её тётушка увидела свою ненаглядную племянницу в такой позе, то, наверное, умерла бы от смеха и сказала бы, что Галка похожа на курицу, вытянувшую шею и склонившую головку в бок, - совершенно, не беспокоясь о том, понравится её мнение племяннице или нет.

Три малюсеньких точки уверенно двигались в сторону курорта «Стойбище оленеводов». Наконец, точки превратились в оленьи упряжки, и приблизились к месту назначения настолько, что стало понятно - это не жених и невеста, а Иван с Тимофеем, Татьяна с Ольгой и другие, неизвестные для отдыхающих, личности северных народностей. Вздох разочарования прокатился среди отдыхающих: «Мы-то думали! А оказалось!» Вновь прибывшие распределились на две группы - одна сразу же принялась за приготовление праздничного угощения, вторая - за украшение территории курорта. Иван и Тимофей, спрыгнули с нарт, помогли своим подругам спуститься с нарт на землю, распрягли оленей, перепоручили заботу о них местным собакам. И сразу же занялись подготовкой к церемонии: расстелили на землю оленьи шкуры, расставили низенькие столики. Украсили чумы яркими разноцветными лентами и красивыми красными полотнищами, вышитыми сложными национальными узорами. Обе группы работали быстро и слаженно, и вот уже всё готово - на столах угощение, чумы украшены. Курортники нетерпеливо ждали появления жениха и невесты со всеми вытекающими из этого последствиями - угощение и развлечение. «Хлеба и зрелищ!» — слова известного римского поэта как нельзя лучше выражали текущие чаяния отдыхающих.

— Едут! — истошно завопил кто-то, и правда, вдали, в тундре вновь замаячила маленькая точка, двигающаяся по направлению к курорту.

Да, это были жених и невеста, и гости сопровождающие их.

— Рассаживайтесь за столики, — распоряжался Иван, — скоро начнётся свадебный обряд.

Галка как в тумане, на ватных ногах, села на первое попавшееся место.

— Галочка! Галочка! Иди к нам! — Галка с трудом сообразила, что это обращаются именно к ней. Она повернулась на голос - чуть поодаль за отдельным столиком сидели её знакомые Татьяна и Ольга, это Татьяна пригласила Галку присоединиться к ним. Она пошла на зов, плохо понимая происходящее вокруг. Села рядом с женщинами и задумавшись, уставилась в стол.

— Ну, что ты, Галочка! — Татьяна взяла Галкину правую ладонь и слегка сжала, — не переживай! Всё пройдёт, — тихонько произнесла она, встретишь ты ещё хорошего парня, выйдешь замуж, всё у тебя будет хорошо.

— Хорошо, — эхом откликнулась Галка.

Улюлюканьем и аплодисментами встречали жениха и невесту. Олени и нарты украшены, к рогам оленей привязаны ленты и кисти ярко-красного цвета, им на спины наброшены попоны красного и зелёного цветов, расшитые сложными национальными узорами, нарты тоже застелены тканью красного цвета. Илья спрыгнул с нарт, сграбастал невесту и поставил её на землю. У Галки резануло сердце - невеста была обворожительна, ослепительна своей юностью, она просто светилась от счастья. «О, Боже! — мелькнула у Галки мысль, — она и правда, влюблена в него «по уши». На Илье надет национальный костюм: насыщенного синего цвета верхняя одежда, напоминающая полупальто до колен, ворот, подол и низ рукавов украшены национальной вышивкой из бисера оранжевого цвета, пояс тоже расшит бисером. На ногах у него светло-коричневого цвета сапожки из мягкой шкуры, украшенные национальным орнаментом. Невеста не спускала счастливых глаз с жениха. Она одета в светло-бежевую накидку из тонко выделанной оленьей шкуры, длинной примерно до середины икр, украшали её наряд орнаменты из меха разных оттенков коричневого цвета. На голову невесты надета меховая шапочка, расшитая белым стеклярусом, спускавшимся на девичий лоб. На ножках такие же сапожки, как и у Ильи. Да, невеста была прекрасна! А разве может быть иначе, скажите, пожалуйста, дорогие мои читательницы? Разве существуют на свете некрасивые невесты? Я уверена, что все невесты прекрасны! А вы согласны со мной? Думаю, что да - согласны! Свадебный обряд начался. Илью и его невесту посадили в отдельный, специально для них установленный чум, его не полностью завесили сукном и брезентом, чтобы можно было любоваться на жениха и невесту. Появился шаман, начал бить в бубен, бормотать что-то на своём языке - видимо, договаривался с местными духами, чтобы они прониклись благосклонностью к жениху и невесте. Наконец, шаман решил, что у него получилось выйти на связь с духами предков и замолвить словечко перед ними за жениха и невесту, за своих протеже - выражаясь современным языком. Он отложил бубен в сторону, что-то крикнул на своём языке. Жених и невеста поняли, что от них требовалось и, взявшись за руки, подошли к шаману и протянули ему правые руки, Шаман хищным движением достал из недр своей одежды предмет - остро заточенную кость крупной рыбы и полоснул ей по его и её запястьям, хлынула кровь. Курортники ахнули.