Курс молодого бойца.

Размер шрифта: - +

Глава 8. Горький реванш.

Интернатура продолжалась. Из моей палаты выписался последний пациент, тот самый стоматолог.

Заведующая, не смотря на симпатию ко мне, не хотела давать новых пациентов. А что мне было делать в тубдиспансере без больных?

— Ты можешь оставаться дома и готовиться к экзамену, — предложила она мне.

Я чувствовала некоторое смущение от того, что я такая проблемная, но гораздо больше в моей душе было ликования. Месяц не ходить на работу и при этом получать зарплату! В асоциальном статусе определённо были свои выгоды.

Но у меня было сильное желание показать какая я умная после того, как меня обвинила в шизофрении подростковый врач перед Женей. Пострадала не столько моя профессиональная гордость, ведь я была только начинающим врачом, сколько человеческое достоинство, и доверие в отношениях с любимым человеком.

На её мнение явно кто-то повлиял. Ведь я практически не общалась с этой женщиной, мы перебросились всего парой фраз, а затем я общалась с ребятами самостоятельно. Я подумала прежде всего о её подруге из терапевтического отделения. На злословие способны далеко не все люди. Но к плохому сильнее прислушиваются, чем к хорошему.

Где-то я даже была готова к такой ситуации. Учитель не раз рассказывал, что в социуме распространена агрессивная реакция на тех, кто сильно выделяется и отличается.

Что я могла сделать в этой ситуации? Проще всего было воспользоваться своими умениями обращаться с теоретическими знаниями.

По сравнению с тем, что мне приходилось запоминать и понимать на таких кафедрах как анатомия, гистология, биохимия, физиология, фармакология, терапия, педиатрия и другие, материал по фтизиатрии был не очень сложный.

И я разбирала его досконально. Большое внимание уделила иммунным реакциям, которые так любил профессор, хоть эти знания и не очень используется в практической работе врача. Моя гордость просто требовала реванша. И, к тому же, эта подготовка заглушала боль от разлуки.

А когда мне было совсем невмоготу, я выходила поздним тёмным тёплым весенним вечером в сад и занималась под цветущими яблонями с одуряющим запахом. Отрабатывала связки из восточных единоборств.

И вот настал день экзамена. Я была готова, спокойна и уверена в себе.

В экзаменационной комиссии кроме кафедральных сотрудников были врачи отделений, в том числе и врач из подросткового отделения. Ну и ладно, я этому даже обрадовалась. И когда вытащила билет с вопросом про иммунитет, который считался самым сложным, обрадовалась ещё больше.

Я вложила в свой ответ все свои интеллектуальные и артистические способности. И можно сказать, глубоко удовлетворила экзаменационную комиссию своими теоретическими познаниями, и получила пять с отличием.

Когда экзамен подошёл к концу, неожиданно у меня возникло желание поднять личный проблемный вопрос и пообщаться с подростковым врачом. Такие желания стали появляться у меня недавно, по мере освоения работы с энергией гнева.

После окончания экзамена старшая коллега стояла немного в стороне от остальных членом комиссии. Я воспользовалась случаем, подошла к ней и прямо поинтересовалась, на каком основании она поставила мне диагноз «шизофрения». Ведь мы с ней практически не общались. Да ещё и убедила в этом Женю.

Она так смутилась, что мне даже не пришлось упоминать симптомы и клинику шизофрении. И я почувствовала удовлетворение. Хотя Женю уже было не вернуть, но какая-то часть энергии ко мне вернулась. И разбираться с этим доктором дальше я не стала.



Анастасия Привалова

Отредактировано: 05.06.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться