Квартира На Перекрестке

Перекресток - ложь.

Громко ударили часы, неестественно гулко прокатился по гостиной, пропитанной безысходностью, этот упрямый и строгий звук.

- Половина десятого, - сказал Лил, бросил взгляд в окно и добавил: - Поглядите, а дождь прекратился.

В самом деле, кажущийся нескончаемым дождь перестал. Все еще мокрое оконное стекло лишь напоминало о нем. Но без дождя пустые улицы, дома и сам Перекресток казались еще более безжизненными.

- Вот и изменения. - Корье бросил окурок в камин. - Мы долго их ждали, вот и дождались.

В камине зашипело, пламя задрожало, в комнату повалил белый безвкусный дым, а когда он рассеялся, возле камина, покачиваясь на коротких ножках, стоял Бррун. Он прижал свои крохотные детские ручки к груди и закачался еще сильнее. Корье едва сдержался, чтобы не подхватить толстяка за локоток. Перестав раскачиваться, Бррун замотал огромной головой и застонал:

- Можете меня казнить, мистер де Кобрельи, но это я провел вашего брата сюда, - слезы брызнули из глаз Брруна и зашипели, попадая в камин. - Я не знал, что так выйдет, клянусь!

- О том, что это сделали вы, здесь уже говорили Сторнабл и Кихх, - сказал Корье.

- Да? - Бррун на мгновение застыл, но тут же принялся пританцовывать на месте, громко причитая: - О, горе мне, горе! Меня теперь казнят. Кихх никогда не простит меня. А, впрочем, - он замер и умолк, лицо его даже похудело от напряжения, - впрочем, это даже к лучшему. Мне чертовски надоела эта бумажная волокита. - Он сосредоточенно поскреб у себя за ухом, и оттуда выпал странный цветной многоугольник. Бррун пожал плечами, глядя на лежащий у ног предмет: - Вот, опять письмо. А мы его - в огонь. Так-то оно будет лучше. - Он поднял конверт и бросил его в камин.

Хьюстон хотел возмутиться таким обращением с почтой, но подумал, что камин для Брруна и его писем - совсем не то, что для людей, и предложил:

- Может, присядете?

- Нет, спасибо, постою. - Бррун неуверенно посмотрел на носки своих ботинок, затем на кресло и опять на ботинки. - Да, лучше постою.

Теперь, когда он не хныкал и не раскачивался, как китайский божок из фарфора, он стал похожим на доброго сказочного повара, которого рисуют в детских книжках, недоставало лишь белого колпака на голову.

- Хорошо, - согласился Бррун, - пусть казнят. Но более всего я виноват не перед Варрасом или Киххом, а перед вами, и должен искупить свою вину.

- Ни в чем вы не виноваты, - возразил Корье, - я...

- Нет, виноват, - капризно выпятив нижнюю губу, перебил Бррун. - Виноват, и чтобы искупить вину, скажу вам кое-что о Перекрестке. Вообще, это запрещено, но я уже множество раз нарушал запреты, одним больше, - он подмигнул Хьюстону, - какая разница? Законы создаются для того, чтобы их иногда нарушать. Да?

Хьюстон хотел было возмутиться, ответить грубостью, но сдержал себя.

- Перекресток не возник вдруг, он был всегда, - негромко, но внятно и уверенно стал рассказывать Бррун. - Это вы приходите к нему и, найдя свою дорогу, идете по ней. Если вы выбираете дорогу, то уходите с Перекрестка или он уходит от вас, но все же истинная причина его появления, впрочем, и исчезновения, есть вы, люди. Перекресток исчезает и вновь появляется, благодаря вам, он всегда наготове, рядом. То, что вы видите вокруг, было и раньше, вы просто не замечали и не видели.

- Прыгающую в лицо ветчину? - спросил Лил.

- И липкий, словно паутина, дождь? - добавил вопросом Корье.

- Всё это - мелкие частности, господа, порождение вашего упрощенного восприятия. Ведь вы не можете заметить того, что никогда раньше не видели.

- Как это? - удивился Луиз.

- Ну, представьте себе что-нибудь такое, чего вы никогда в жизни не видели. - Бррун вновь почесал у себя за ухом и поймал падающий на ладонь конверт, черный в желтую крапинку. С отвращением швырнул конверт в камин и выжидающе посмотрел на Хьюстона.

- Но как я могу представить ни на что не похожее то, чего я никогда не видел раньше? - произнес Лил.

- Правильно, сэр, не можете! - радостно воскликнул Бррун. - Как же вы могли представить вмерзшее в тоску время?

- Ну... часы... - неуверенно начал Корье.

- Еще, - настаивал толстяк.

- Часы без стрелок. Бесконечный дождь. Опавшие листья...

- Прекрасно. Но почему в таком случае не липкий дождь, который нитями протянулся с неба? - растянул в резиновой улыбке рот Бррун.

- Вы хотите сказать...

- Да, мистер Корье! Вы видели то, что хотели видеть. Вы упростили застывшее время до липких нитей дождя. В дальнейшем вам будет достаточно запаха, еле слышного звука, чтобы почувствовать тоску, тревогу, если вы, конечно, останетесь на Перекрестке. Но я бы вам, честно говоря, не советовал оставаться.

- Почему? - в один голос спросили Луиз и Лил.

Фреда лишь скрипнула креслом.

- Перекресток - ложь. Я ведь говорил уже, что он всегда рядом с вами. Когда вы выбираете дорогу и уходите по ней, то вы теряете часть себя. Причем, умершая часть более безболезненно привыкает к новым условиям, нежели та, которая остается.