Ларец власти

Размер шрифта: - +

Глава третья Программа действий

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

ПРОГРАММА ДЕЙСТВИЙ

 

— Пленка Изопанхром. Чувствительна к красному свету, проявить до июня тысяча девятьсот сорок первого года, — заглянув через плечо Виктории, прочитал Олег, — откуда пакетик?

— Ульяна Львовна принесла в нем фотографии.

Выключив телевизор, Натали, с возмущением заметила, что серия закончилась на самом интересном месте.

— Comme toujours, l'intrigue est sur l'intrigue! D'accord, on attend la suite.1 — поправив сползающую шаль, спросила, — Que discutez-vous? Qu'est-ce que ma fille a fait?2 — и повторила вопрос на русском, — Так, в чем провинилась моя дочь? Вы смотрите на мою Улечку, как на врага, — пояснила Натали, заметив недоумение, написанное на лице Виктории.

— Хотелось бы знать, бабушка, откуда твоя дочь принесла этот конверт.

Ульяна Львовна, обиженно поджала губы и хотела выйти из комнаты. Олег остановил ее.

— Простите, на нас сегодня столько всякого навалилось: мы с ног сбились в поисках Вилли, а тут эти дела с лабораторией. Такие же картонные пакеты из-под фотопленок и фотобумаг есть там, внизу. Вот Виктории и показалось странным появление аналогичного пакета.

Ульяна Львовна, пожав плечами, сухо произнесла:

— Прощаю. А то, что фотографии в таком пакете, ничего странного нет. Я сегодня ходила в гости к сестре моего бывшего мужа. Чтобы было все понятно, расскажу с самого начала. Ульяна Львовна повторила то, что давно было известно и Олегу и Виктории. Что вырастили ее и воспитали бабушка и дедушка. Что закончила школу и поступила в институт. о распределению попала город Тольятти. Рассказала как влюбилась в начальника отдела Виктора Горского, как тот пообещав на ней жениться, своего слова не сдержал.

— Да, я родила тебя и оставила своей подруге, потому что мне некуда было деваться! Меня воспитывали в строгости. Бабушка все время твердила, что не переживет, если я пойду "по стопам матери!" Вернуться незамужней с ребенком на руках - именно это и означало. У бабушки было больное сердце и я боялась за нее!

"Она рассказывает специально для меня. Хочет, чтобы я выслушала и поняла ее? Ничего уже не изменить. У меня были прекрасные родители и я нисколько не жалею, что выросла в другой семье".

Вступительная часть затянулась, и Олег понял, что пора напомнить тему разговора.

— Ульяна Львовна, и ваша мама и Виктория и я - все мы в курсе того, что произошло. Пожалуйста, давайте вернемся к фотографиям и к упаковке. — Хорошо, постараюсь не отвлекаться.

Далее без всяких эмоций. она поведала, что, оставив маленькую дочь, вернулась в Дуборощинск и ухаживала за бабушкой и дедушкой. Потом познакомилась с будущим мужем, вдовцом Борисом Сидоренко, который один воспитывал маленького сына Костю. Добавила также, что выйдя замуж оставила девичью фамилию, в надежде, что так матери легче будет найти ее. — Дедушка, когда еще был школьником, получил травму и его не взяли в армию. Работал в фотоателье, но подрабатывал частным образом. Когда стариков не стало, мы с мужем решили уехать Придонск. Там строили огромный завод и можно было получить квартиру. Косте тогда исполнилось девять лет. Дом с оставшимися вещами мы закрыли на замок, а соседям разрешили пользоваться огородом и садом.

— Ульяна Львовна!

— Прости, Олежка, я как раз подошла к нужному месту. О том, что под домом есть комната, где дедушка проявлял пленки и печатал фотографии, знал Борис и его сестра Тоня. Костя не интересовался фотоделом, а вот Тоня - она интересовалась. Дедушка ей даже фотоаппарат подарил на день рожденья. Выгравировал табличку с дарственной надписью. Она так радовалась. Когда я вчера пришла, она тоже обрадовалась. Мы же не чужие все-таки. Когда Борис жену похоронил, Тоне пришлось с Костиком нянчиться.

"А тут Ульяночка собственной персоной! И братец присмотрен и малыш. Конечно, как Тоне не радоваться!"

— Простите, Тоня - старше вашего мужа?

— Да, Олежка, Тоня старше Бориса на два года. Борис сорок второго, а Тоня сорокового года рождения. Смотрите, на фотографии она совсем крошечная, а Борис вообще еще не родился.

Олег все это время рассматривающий фотографии, передал их Виктории. — Обрати внимание, Вик, год стоит сорок первый, а сделаны недавно.

— В том то и дело, что недавно! — воскликнула Ульяна Львовна, не сдержавшись, — пленка старая, еще дедушкина, а Тоня с нее фотографии сделала! Правда, умница?

"Конечно умница, что и говорить! Толко где эта умница пленку взяла? Не в нашем ли подвале?"

— Догадываюсь, о чем вы сейчас подумали. Только в лабораторию Тоня не ходила. Она вообще давно никуда не ходит, а перемещается на коляске. У нее ноги отнялись после травмы. Упала с лестницы. Дочь за ней ухаживает.

Виктория была убеждена, что Олег тоже подумал о причастности Тони к ночным визитам в фотолабораторию. Встретившись с ним взглядом, пожала плечами, что означало: "Я не виновата, что такая мысль пришла мне в голову".

— Вы как хотите, а мне на сегодня хватит всяких тайн, — Олег сложил фотографии обратно в пакет, — Вик, ты, кажется, спать хотела? Иди в свою комнату, и ничего не бойся.

— Олежа, давай я завтра ничего не буду бояться? А сегодня в зале посплю на диванчике.

После такого суетного дня, сон сморил ее сразу. "Хоть бы никто не позвонил на ночь глядя, - было последней мыслью перед пришедшим сновидением, - Это же Вилли, что он делает на болоте?"

Вопреки опасениям Виктории, "на ночь глядя" никто не позвонил. Звонок прозвенел сразу, ка как только пропел петух в соседском курятнике. Продолжая досматривать сон, в котором петух тыкал лапой в кнопки сотового телефона, она возмутилась во весь голос:



Зоя Самарская

Отредактировано: 13.01.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться