Лавка волшебства

53

- Но это поразительно! – Валентин еле сдержался, чтобы е вскочить с места. – И вы могли изменить жизнь всего человечества! Подарить каждому вечную жизнь!

- Не все так просто, - улыбаясь запалу Валентина, покачал головой Дерек, - он и сам когда-то был таким. – Вечность не может быть дана каждому.

- Но почему?

- Потому что не каждый ее заслуживает, - терпеливо пояснил старик. – Да и не каждому она нужна. Это только на первый взгляд так кажется, - что каждый был бы счастлив жить вечно. А если задуматься, - действительно ли так? Нет, я в этом совершенно не уверен. Да и графин не мог подарить вечную жизнь всем, - он может наполниться жидкостью лишь раз в столетие, а выпить по глотку могут только тринадцать человек, - по количеству чаш.

- Но почему?

- Жизнь, - улыбаясь, пожал плечами Дерек. – Она сама выбирает тех, кому стоит жить вечно. Остальным же нужно перерождаться множество раз, - и в этом, кстати, нет совершенно ничего плохого, - начинать с чистого листа всегда легко. Впрочем, - тогда я совсем не задавался вопросами, которые распространялись бы на все человечество. Я лишь с изумлением взирал на собственное творение, - поражаясь тому, что создал.

- И что же было дальше? – глаза Ирины горели, - никогда она не думала, что соприкоснется со сказкой наяву, да еще и будет вот так запросто сидеть за одним столом с подобным человеком.

- За несколько лет до этого в нашей деревеньке поселился странный человек. Он явно был богат и благороден, - об этом свидетельствовали и его вид, и манеры, и одежда. Но отчего-то выкупил старенький покосившийся домик, в котором жил в полнейшем одиночестве. Тогда по деревне поползли слухи, будто он, - колдун, и для того поселился подальше от чужих глаз, чтобы творить свои темные дела. Человек тот действительно был нелюдим, и внушал легкий страх, - нет, он ничего такого не делал, но только озноб пробегал по телу всякий раз при встрече с ним, а уж в глаза ему и вовсе никто не решался взглянуть. Была в нем какая-то сила, она чувствовалась даже издалека. Но более здравомыслящие были уверены, что либо он совершил неблаговидный поступок, из-за которого был вынужден покинуть свет, либо разорился.

- Он часто заходил в кузню и в мою мастерскую, - к тому времени наш господин уже сделал ее специально для меня. Присматривался к моим работам, подолгу держал их в руках, будто стараясь что-то понять про каждое изделие. Но никогда ничего не покупал и не заказывал, - все говорил, что ждет особенной вещи.

В тот день он заявился прямо ко мне домой. На столе как раз стоял графин, а вокруг него, - десять чаш. Глаза его загорелись каким-то недобрым светом.

- Я заплачу любую цену, - с жаром заговорил он. – Дам тебе все, что пожелаешь, - лошадей, хороший большой дом, слуг, - все, что угодно.

- Простите, господин, - ответил ему я, - но продать эти предметы я вам не могу. – Я обещал их хозяину, - и изготовил специально под его заказ.

- Твой хозяин представления не имеет о том, что это за изделия! – в сердцах воскликнул он. – Он никогда не сможет оценить их по достоинству, а заплатит всего каких-нибудь несколько монет! Подумай! Я предлагаю тебе столько, сколько ты за жизнь не заработаешь! А господин твой обойдется чем-нибудь попроще, - и даже не заметит разницы!

Но я только покачал головой. Слово, - есть слово. Да и не знаю, что происходило с моим даром, - возможно, то, что я делал действительно должно было оказываться у тех, кто заказывал изделия. Так или иначе, а к вечеру чаши с графином должны были оказаться у господина.

- Ты глупец! – я никогда не видел Алла таким рассерженным. – Что ж, - придется тебе остаться ни с чем!

Я только улыбнулся, - чего мне было бояться? Тот, кто честен, оберегаем самой судьбой.

Алл, больше не произнеся ни слова, покинул мой дом, - и больше никогда мы не встречались.

Но наш господин действительно не получил того, что я сделал. По дороге к замку на его карету и слуг, через которых я передал свою работу, напали и выкрали сервис. Сомнений не было, - это Алл нанял разбойников.

Но вот получил ли он то, чего хотел, - остается загадкой. Прошло время, - и чаши стали появляться на рынках. Думаю, разбойники решили заработать дважды, - и с него взять деньги, и потихонечку продать награбленное.

Был ли он магом, или нет, испил ли из графина, - не знаю. В любом случае, мрачный господин больше не появлялся и я ничего о нем не слышал.

Я прожил долгую жизнь. Она была по-настоящему счастливой. Растил вместе с женой дочь, исполнял заказы правителя и высоких господ и наслаждался своим простым и благостным существованием. Они же чуть не дрались за магические предметы, выходившие из-под моих рук, - а я только посмеивался, - никому на самом деле для счастья не нужна магия, - я, во всяком случае, никогда к ней не прибегал, кроме того единственного раза с медальоном, и был благодарен за все, что даровала мне жизнь, - так мог бы жить каждый, нужно только уметь ценить ее дары.

Господа же всегда хотели большего, - и никакая магия не могла их ни удовлетворить, ни насытить. Им хотелось больше денег, власти, удачи, свершений, больше красоты и романов, больше замков и могущества… Бесконечно приходили они к ко мне с заказами, - и я работал днем и ночью, не покладая рук. Но, сколько бы они не получали, - никогда я не видел счастья на их лицах, - только алчность и желание большего.

Пролетели годы, - правитель умер, мой господин состарился и стал дряхлым немощным человеком. На меня же и на мою семью время как будто не распространялось, - ни я, ни моя жена совсем не изменились за множество лет, - да что там, за целую прожитую жизнь.

Сменились поколения, - а я все так же исполнял заказы, - только теперь уже новых господ. Так проходили десятки лет, а после – и столетия.

Тот, кого я однажды пустил переночевать, не солгал, - для меня время как будто остановилось.