Legend Minomori / Сказанье Миномори

Глава 4.

ГЛАВА 4.

ОПАСНОСТЬ! ПОХИЩЕНИЕ?

Сжав кулаки, дрожа всем телом от ярости и смущения, опустив взгляд, я сделала несколько небольших шагов к нему, как вдруг силы покинули меня, в глазах потемнело, и, замерев на секунду, я начала медленно падать на землю.

- Воу! – услышала я удивленный испуганный голос, и в то же мгновение чьи-то сильные руки мягко поймали меня…

Я закрыла глаза и провалилась в небытие.

- Эй! Ау! Котеночек! – услышала я знакомый тревожный голос. Кто-то опустил голову мне на грудь, прислушиваясь, чьи-то волосы защекотали мне лицо. Я через силу открыла глаза.

Перед моими глазами было что-то черное, но я могла разглядеть зеленоватый свет, пробивающийся через это. От моей груди оторвали голову, чернота исчезла и Анако села на колени. На глазах еще остались мокрые следы от слез, бледное лицо с растерянно бегающими по мне глазами почти не двигалось.

Она заламывала руки, оглядывая меня, на силу сдерживаясь от слез.

Я приподнялась на одном локте и осмотрела ее. На ее коленях лежал привычный белоснежный хвост с черным кончиком, золотые глаза смотрели виновато и грустно. Она опустила взгляд, и, бросившись мне на шею, зарыдала. Я погладила ее по спине и осмотрелась кругом.

Это был тот самый лес, где я упала, я узнала дерево, где мы сидели с тем парнем, кстати, где он?

- Слушай, а где тот парень, с которым мы были, когда я упала в обморок?

Но Анако не ответила, вместо этого крепче прижалась ко мне и зарыдала еще громче. Она дрожала мелкой дрожью, я почувствовала неладное, обернулась и в ужасе застыла. Сама не знаю, зачем я это сделала… За моей спиной, возле дерева, лежал он, окровавленный, растрепанный, его правый глаз был приоткрыт и я увидела небольшой старый шрам поперек него, оставленный, наверное, кинжалом еще очень давно. Изо рта струилась небольшая струйка засохшей крови, в груди торчал меч, на его белом теле было видно множество глубоких багровых разрезов, из которых до сих пор шла кровь. Чуть дальше лежала на животе знакомая фигура с длинными спаленными волосами, прожженной одеждой и полусгоревшой кожей. Видимо, этот человек перед смертью отчаянно пытался доползти до того места, где сидели мы с Анако.

Иногда моя хранительница всхлипывала, и зарывалась носом в мои волосы.

- Анако... – прошептала я, осматривая трупы. – Анако, что здесь произошло?..

- Они мешались… - ответила она, крепко прижимая меня к себе, - особенно мешала твоя хранительница, – прорычал над ухом мужской насмешливый голос.

Я развернулась и увидела два горящих красных глаза. Я в ужасе застыла. В спину подул сильный холодный ветер, я увидела улетающую сажу и медленно повернула окаменевшую голову. Мои глаза расширились – тот сгоревший человек… Белые волосы, одежда, некогда пушистый хвост, разорванное ухо… Всё в саже, трава вокруг нее выжжена, камни почернели… Из глаз хлынули слезы…

- Анако… - прошептала я и дернулась к ее безжизненному телу.

Вестигис отпустил меня, поднялся на ноги, я, дрожа, поползла к ней. Волк засмеялся:

- Это надо же – быть убитой собственной магией! Как и ожидалось от нее – сражалась до конца!

Он схватил меня за волосы и, протянув руку к шее, резким движением сорвал мой кулон в виде кошки. Я зажмурила глаза, слезы хлынули рекой. Вестигис, отпустив меня, сел справа, напевая какую-то жутковатую мелодию. Я беспомощно опустилась на землю, тихо рыдая, смотря на их изуродованные тела. Вестигис крутил и подбрасывал кулон, рассматривая мельчайшие детали, каждый раз немного наклоняя голову. Вдруг он замолчал и, вздохнув, швырнул его в сторону моей хранительницы. Не успела я опомниться, как он наткнулся на камень рядом с ее обгоревшей рукой и разлетелся на мельчайшие осколки, цепочка отлетела куда-то в кусты, прощально сверкнув серебром. Я закрыла лицо руками и застонала от боли и обиды. Я не видела, но мне казалось, что мой сосед сверлит меня взглядом.

- Я могу тебе помочь, - сказал он явно скучающим голосом. – Ты ведь так будешь скучать по Анако и Иоширо, - он сочувственно улыбнулся и бесшумно встал передо мной, закрывая о т моих глаз ужасное зрелище. Он схватил мою руку и дернул вверх. – Соберись, тряпка, - прорычал он. – Умирать надо красиво!

Я услышала чей-то слабый тихий голос в моей голове, зовущий меня по имени. Перед моими глазами возникли образы Анако и того беловолосого парня, значит, Иоширо. Они улыбались мне, он – своей белоснежной широкой улыбкой, она – радостной и беспечной, их волосы развевались на легком ветерке… Снова, но на этот раз отчетливей, послышался тот же голос, взволнованный и растерянный. Я встряхнула головой и подняла взгляд на них, стоящих перед моим лицом. Анако протянула мне свою бледную холодную руку и произнесла одними губами мое имя. Я, со слезами на глазах, подняла свою руку и потянулась к ее ладони. Горячие слезы градом падали на землю.

- Рыдаешь, как никчемный детеныш! – раздраженно прорычал Вестигис, замахнувшись своей косой, и я зажмурилась…