Легенда о белом бревне

Глава 9

Ричард:

 

«Молчи и анализируй, молчи и анализируй», — повторял я себе мысленно, наблюдая за бытом чужого клана. Непривычные для меня разговоры, обстановка, эмоции — все это сбивало с толку, и только практически сросшаяся с лицом маска пусть и трещала по швам, но еще держалась. Годы муштры делали свое дело. И все же… я чувствовал, как все это бьется волной о плотину самоконтроля. Еще немного — и вся конструкция рухнет, несмотря на все мои попытки.

Потому что молчать и анализировать было трудно! С одной стороны, меня дико бесила вся эта клоунада. Она раздражала хотя бы потому, что не может этого быть! Это явно некая наигранность, разговоры с чрезмерной веселостью и показушным игнорированием проблем. Как будто проникновение чужого человека на их территорию, враждебно настроенный великий клан и проблемы с порталами и перемещениями — это такая незначительная мелочь. А вот вывести чужое Оружие из равновесия разыгрыванием сцен «местных традиций» — вот дело первостепенной важности. 

Ну не могут же они на самом деле быть такими… ржа побери, уверенными в себе и в своем превосходстве! Как будто дети, убежденные в том, что все их шалости и игры сойдут с рук. Или могут? А ведь сходило! И сходит. И… Бе-ес-сит! Точнее, выводит из себя! Нельзя терять концентрацию даже в мыслях.

А еще раздражение возникало потому, что зависть — отвратительное чувство. Почему они могут так… так… у меня даже слов таких нет! Я — никогда! Со мной — никто, ржа! Ржа! Не смей ныть, жалкий перочинный ножик, даже в мыслях! Услышь твои стоны глава клана, тебя бы уже ждал карцер, а то и вовсе тренера для перековки.

Но все равно… Так легко и непринужденно. Они вообще не скрывают, что как минимум привязаны друг к другу. Это ведь неправильно, показывать свою слабость и пристрастия потенциальному врагу и шпиону. Во всяком случае, должно быть неправильно, потому что если… тогда это несправедливо. 

Нет, что за вздорные мысли приходят в голову. Воздух этого мира явно токсичен, я ведь почувствовал это раньше. Я не имею права усомниться. Наш клан существует в призме уже много тысяч лет. Мы достигли высочайшего положения не на пустом месте, и все правила жизни оплачены кровью моих предков. Так гласит кодекс, так учат главы рода и клана, так должен чувствовать я. А игры дикарей, появившихся на призме меньше года назад, — только жалкие игры. 

Главное — не вестись. Жаль, моя привычка сначала делать, а потом думать уже сыграла со мной злую шутку. В очередной раз… Даже наставления старших не помогли. Я успел совершить глупость в тот самый момент, когда Мастер Риса по-настоящему огорчилась, что могла мне не понравиться. 

И как ее теперь убедить, что вся эта чехарда — лишь результат моей растерянности и привычки к послушанию? И зачем я полез ее разуверять?

Идиот потому что. Не к месту правдивый и прямой как бревно, как говорила глава. Вот кто меня за язык тянул? Нравится — не нравится, какое это имеет значение? Глава клана сама решит, под чью руку я должен встать, а дурацкие чувства в этом вопросе неуместны. 

М-да. Только местные Мастера мою главу спрашивать не собираются. Рису интересуют как раз эти самые мои «дурацкие эмоции». Она их чует, что ли? Совместимость бы прове… э… ржа! Студи двигатель! С ума сошел?! 

Кажется, от этой мысли моя маска все же немного поехала, потому что сидящая рядом девушка заглянула мне в лицо и заботливо спросила:

— Хм, все нормально? 

— Да, Мастер. — Я из последних сил вернул маску на место.

— Точно? А то у тебя глаза и так не маленькие, а сейчас еще в два раза больше стали.

— Прошу прощения, что заставил вас волноваться. Все действительно в порядке, — постарался я не проявить и толики раздражения в своем ответе. И так трудно, а она еще и добивает.

— Ну вот еще, мне как раз нравится! — совершенно нелогично заявила сумасшедшая девчонка и от избытка чувств обняла меня поперек туловища с таким пылом, что я подавился воздухом и застыл как истукан, боясь пошевелиться. Во-первых, она мелкая, как дитя, ручки-веточки. Вот вроде и сильные, но я не могу избавиться от ощущения, что дернуть посильнее — поломаются. А во-вторых… Ржа! Мне срочно нужна практика медитации... ну или холодный душ. Я хоть и Меч, но в этом облике — не железный. А она — не ребенок!

— Риса, перестань, иначе от мальчика вообще одни глаза останутся, — строго сказала Мастер Татьяна. 

Вот вроде и пытается установить вокруг должный порядок, но настолько небрежно, что даже не обращает внимания на полное непослушание. Риса пусть и ослабила хватку, но менее… менее интимной и лишающей личного пространства она от этого так и не стала. А самое страшное, что я окончательно запутался — хочу я вырваться или нет. 

— Вы будете вообще слушать, что папа рассказывает? 

— Ой! Да! — Мастер меня все же отпустила и смирно села на диван, сложив руки на коленях, как примерная юная леди лет тридцати из подготовительной группы детского лагеря. Я мысленно фыркнул, отгоняя мерзкую мыслишку о том, что могла бы и не притворяться. Я только успел привыкнуть к теплоте ее рук… Тьфу! Все, лезвие на изготовку! Хватит. 

— Искренне прошу поделиться с нами результатами переговоров, — вежливо кивнув, я поторопил Оружие, не давая себе снова отвлечься на посторонние мысли. 

— Ну-ну, — хмыкнул отец Мастера. — Значит, слушайте. Во-первых, конечно, главы твоего клана крайне возмущены происшествием и полны недоверия к информации о пространственной аномалии.

Ну естественно, даже я подозреваю, что здесь не все так чисто, как показывают. Пусть прямых поводов сомневаться в словах местного клана у меня и нет. Слишком… слишком уж идеально для них сложилось. А еще та старая женщина, которая ругала Рису за самоуправство, сама сказала, что перекроет все порталы. Но я тогда подумал, что это означает запрет молодежи из клана покидать планету, и все. Изменения в пространственном континууме мне и в голову не пришли. Это слишком. 



Джейд Дэвлин, Carbon

Отредактировано: 23.05.2020

Добавить в библиотеку


Пожаловаться