Легенда о проклятии

Размер шрифта: - +

Глава 17.

Злата.

Злата пребывала в состоянии, которое ее девочки назвали “абсолютный шок”. Столько удивления, изумления, неверия увиденному она еще не испытывала. Девочки старались поддержать маму, давали успокаивающие настои, но тогда женщина будто в транс впадала. Нет, она не сошла с ума, просто пыталась все осознать и принять сама, без помощи дочек или матери. Внутри нее шла настоящая борьба с бурей чувств и эмоций, а снаружи она казалась заторможенной и молчаливой, мало реагирующей на внешние раздражители. 

Она сидела в удобном кресле с самого утра и глаз не сводила с мужчины. А мужчина в это время делал тесто и изредка передергивал плечами. Однако женщина вела себя странно, словно сомнамбула, которая спит с открытыми глазами. 

А Злата все думала, как все это могло с ними произойти. Ведь как хорошо, спокойно жили в деревне. А тут все с ног на голову перевернулось.

Изначально Долина Проклятых представлялась ей весьма мрачным местом с мертвой или очень чахлой растительностью, с болотистой почвой, извергающей в воздух вонючие миазмы. И вечные серые тучи, дожди, сырость и ядовитые туманы. Воины представлялись огромными скрюченными, обросшими и ужасно пахнущими существами, больше похожими на животных. А тут такой шок!

Девочек своих ей было ужасно жаль, что они попали в такое страшное место. Три месяца она молилась и умоляла Всеведьму уберечь дочек от бед и болезней Проклятой Долины, три месяца сильнейших переживаний и пара нервных срывов. Она часто не могла есть и спать от страшных образов, рисуемых буйной фантазией. И вот теперь даже этот Герман первым делом, посмотрев на женщину, принялся греметь кастрюлями и каждый раз за столом старается накормить посытнее, положить в тарелку побольше и повкуснее. Интересуется ее здоровьем, заглядывает в глаза, спрашивает, что она больше любит. А она больше так не может.

Реальность оказалась настолько замечательной, что кажется нереальной. Воины хоть и хмурые, и грозные, но внешне очень приятные. Все подтянутые, крепкие и взгляды открытые, прямые. Абсолютная противоположность ее мрачному воображению. Здесь такая природа, что дух захватывает, столько зелени, птичьих трелей, цветов и стрекота насекомых, журчания воды и сладость воздуха, все это захватило ее в какой-то водоворот, в котором она потерялась, вызывая бури и бури эмоций. Ее, как и других ведьм, водили в удивительно красивые места. Но вот сегодня ведьма осознала, что не хочет никуда идти. Ей просто необходимо остановиться и наконец унять всю бурю, привести эмоции в порядок, а для этого ей всегда было нужно побыть одной и в тишине. Но Герман отказался оставлять ее одну и это было даже хорошо. Этот человек убаюкивал эмоции, благодаря ему у женщины еще не случилось очередной истерики. Пусть он этого и не знает.

Она сидела в кресле и смотрела на мужчину, смотрела и не видела, она разглядывала свой внутренний мир, который всегда представлялся ей цветной акварелью. Краски там часто менялись, но все равно были похожими, а в последнее время они совсем другие, непрерывно движутся с немыслимой скоростью, обретая сводящие с ума, дикие оттенки. Сегодня же Злата постаралась успокоить эту красочную карусель. Несколько часов наблюдения за спокойно работающим мужчиной и ее внутренняя картина, наконец, обрела форму, и неспешно перетекает из цвета в цвет. А она наблюдала и удивлялась: ее краски внутренние совпали с его красками, которыми он себя окружил. 

Но она уже поняла, что она, взрослая женщина, влюбилась. И как? Да с первого взгляда! И теперь вот хочется все время на него смотреть, находиться рядом, украдкой вдыхать его аромат, когда мужчина подходит совсем близко.

Вот и сейчас, он присел на корточки у ее кресла и смотрит в глаза. Они, его глаза, такие теплые, ореховые, очень красивый оттенок коричневого цвета. Она сфокусировала взгляд на лице и улыбнулась: нос и щека мужчины были в муке.

- Скоро будут пирожки? - спросила она осмысленно, аккуратно стирая муку, втайне наслаждаясь прикосновениями к прекрасному мужчине.

Герман прикрыл глаза. Какие у нее нежные руки, мягкие и теплые и так приятно пахнут. У мамы руки всегда были такие нежные и ее прикосновения он никогда не забудет, даже если пройдут тысячелетия. Он поймал маленькую ладошку и поцеловал с благоговением в самую сердцевинку. У него защемило сердце от нежности, которую он впустил с приходом этой ведьмы в его дом. Она такая нежная и ранимая, ему необходимо заботиться о ней, оберегать ее. И кормить ее, слишком худая и кушать забывает. 

- Да, скоро. Пообедаем и пойдем в одно особенное место. - Герман видел, что женщина тянется к нему и он надеялся, что то, что Злата чувствует в нем своего защитника хватит для благословения в звездном гроте и что зацветут для них деревья на священном холме. Он уже все решил. Он будет заботиться об этой хрупкой женщине и она постепенно полюбит его. Теперь нужно, чтобы она была не против и дочки ее поддержали. 

- Вдвоем? - ей не хотелось шума и толпы.

- Да, вдвоем. Ты согласна? - Герман был взволнован, а если у нее снова случится срыв. Нужно быть предельно осторожным.

- Если только вдвоем, то согласна. - улыбнулась женщина и в груди у мужчины будто что-то расцвело.

- Ты очень красивая, Злата. На сердце теплеет от твоей улыбки. Улыбайся чаще. - он нежно провел костяшками пальцев по ее щеке, и она словно кошечка потянулась за его рукой, чуть прикрыв глаза. Герман решил, что это очень хороший знак.



Катерина Ежевика

Отредактировано: 14.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться