Легенда Тихого Дона (ii том)

ЗДОРОВО ЖИВЕШЬ, РОДНАЯ СТАНИЦА!

Вечерний звон, вечерний звон!

Как много дум наводит он

О юных днях в краю родном,

Где я любил, где отчий дом.

Иван Козлов

Получив предписание генерал-губернатора на руки от офицера штаба, Яков Бакланов познакомился с содержанием его. В нём уведомлялось, что за примерное несение службы, подхорунжий казачьего полка Попова Бакланов Яков Петрович командируется на срок до 1 марта 1828 года в распоряжение атамана Второго Донокруга Всевеликого Войска Донского.

Во втором сопроводительном документе был расписан маршрут следования Бакланова Я.П. и Блудилина В.В. от Феодосии до станицы Гугнинской Второго Донокруга Всевеликого Войска Донского. По маршруту следования конными трактами начальникам станций вменялось обеспечение трёх лошадей казаков пропитанием (сено, овес, водопой) с занесением расходов за счёт государственной казны.

Документ подписан Великим князем М.П. Романовым. В то время Великий князь Михаил Павлович, родной брат российского императора, командовал всеми родами войск Юга России.

К станице всадники прибгаились когда в округе Придонья стоял поздний-припоздний вечер. Молоденький месяц нижним кончиком серпика уж впулился в землю горизонта, а полусумрак в округе лежал от ярких звёздочек, свет от которых всё-таки достигал их родной донской земли.

Всадники уж не понуками своих порядком подуставших коней. Часом раньше, часом позже – какая теперь разница – главное, что казаки достигли родных куреней.

– Тпру! – произнёс Яков, забирая на себя повод узды. – Слышишь, Виктор, в усадьбе Василия Киреева революция.

И вдруг резкий звук от падающего ведра, какое потом понеслось по крутым порожкам к земле база и последующая ругань:

– Чтоб тебя сатана в свои ухароны забрала, паскуда! Чтоб тебе ни дна, ни покрышки, паскуда! Окатилась сволочь чёрти када, так у ней и молока ни капли. Баба, что ль своим молоком твоих козлят будет кормить? Сынушки, тяните её, паскуду, в закут.

– Эй, Василий, выйди на час! – крикнул Блудилин, направляя своего коня к палисаднику.

– Это кто мной интересуица?

– Служивые – Бакланов да Блудилин.

– Не поверю, казаки. Эти ребята срочную в Крыму ломають. А, вы, хто ж?

– О-о, Фома неверующий! – шумнул Бакланов.

– Тебя, Яков Петров, я узнал. Счас выйду, чирики идето запропастились. Во всём не везёть, туды иху мать. А тут ишо козу чёрт надрал не вовремя окатица. Здорово живёте казаки! – поприветствовал всадников Василий. – Из Крыма, что ль правите?

– Оттуда Василий, – после приветствия, подтвердил Блудилин.

– Дай, Вася, я хоть тебя толком разгляжу, – неожиданно выдал Блудилин и быстренько спешился. – У тебя, что ль канапушек поубавилось? А сам-то ты подобрел, гляди пудов шесть смело важишь. Так я по поводу канапушек, их чё меньше, что ли стало?

– Да кто их знает, – поторопился с ответом Василий. – Живу я в станице безвылазно. А Раиса мне тока детей катаить.

Доброе лицо Василия оживилось какою-то симпатичной улыбкой. Бакланов, как и Блудилин, взглянули на станичника и усталость что ли несколько сгладилась. «Слава Богу, первый человек, что встретил нас в станице, так симпатичен, да и на душе моей стало отраднее, – пронеслось в мозгу. – Батя говорил, что по приезде в станицу через недельку, сынушка, собери казаков, да поведуй им – война с Турцией в следущем году неминуема».

Да и на самом деле. Бакланов хорошо знал от отца Василия, тоже Василия Киреева. Он же никогда не верил в существование зла, что зло как явление в жизни казаков станицы полное недоразумение, Господь Создатель мира сего, отпирался от этого недуга человечества и говорит, что зло – есть козни дьявола.

– Как живёца, можица? – задал первый вопрос Бакланов. – Баба твоя не беременная?

– Как же так. Она у меня как крольчиха. Сам же знаешь, самка крола вчера окотилась, а ныне опять он иё обсеменяить. Так и моя – дитё сиську иш сосёть, а у Раиси пупок к носу тяница.

– Детишек у тебя, Вася, скоко ж? – поинтересовался Блудилин.

– Четверо, Витюша.

– Ну, раз беременная, то двойню принесёть. Нас же двое заявилось чёрти откуда!

– А ей уж Морозиха предрекла враз двойню.

– Так пойдёть и дальше быть тебе приказной казачьего полка Попова Василию Кирееву командиром взвода казаков с единой фамилией Киреевых.

– Спаси Христос тебя, Виктор! Невеста-то твоя заждалась. Зыркнешь на неё и не узнаешь. В лета войдёть, такой же справной ей быть как моя Раиса. Хотел бы подюжей расспросить о полке. Как там Феодосия?

– Стоить, да процветаеть она, Вася, как и многие века. В порту баб много охочих.