Легенды Оромеры. Великий Орел. Соавтор : Оксана Лысенкова

Легенды Оромеры. Великий Орел. ПОПАДАНЦЫ. Глава 5. Он — дракон? (Александр Игнатьев)

Впервые, за последние годы, волк-одиночка был счастлив.

Пять месяцев семейной жизни совершили чудо, не только с ним, но и с его внешним видом и бытом. Будучи от природы знатным волком из достойной семьи, он существовал в разваливающемся поместье на самой границе территории прайда и не обращал внимания на разруху. Гора хладного железа, упавшая с небес, вместе с дорогой его сердцу волчицей, произвела фурор в мире стаи и обогатила его на несколько поколений вперёд.

Сейчас он неторопливо прошёл под каменной аркой, чтобы уже через несколько минут очутиться в маленьком внутреннем дворике, с полуразрушенным бассейном в центре, последний раз наполненном, наверное, ещё при его деде. Впереди раздавались голоса, и густая цементная смесь вылетала белёсым паром из-за поворота. Мир вокруг возрождался.

В прошлом, дворик, весь круглый и прозванный его нынешней хозяйкой привратьем, был окружён величественной стаей из двенадцати каменных волков, высеченных в натуральную величину. Сейчас сохранилось всего пять фигур. Их каменные зрачки, загадочно устремлённые в глубину пустого водоёма, словно искали на дне письмена о старых победах.

На землю тихим летним туманом спускался вечер, длинные зыбкие тени одевали безымянных вожаков своим прозрачным покровом, и у Бобыля в душу закралось навязчивое подозрение, что в нужный час эти каменные герои оживут, чтобы закрыть своими телами его семью.

Вздрогнув, он вспомнил волчат и ту, первую, охоту, унёсшую его жену и детей в серый сумрак смерти.

Поприветствовав каменщиков, оборотень ускорил шаг и, обойдя стройку, наконец, застыл перед новой массивной дверью из морёного дуба. Железное(!) дверное кольцо, формирующее шею у волчьей головы, с раззявленной в бешенстве пастью, висело на ней. Потянувшись к кольцу, волк вздрогнул и толкнул дверь за ниже приделанную ручку.

Уже переступив порог, он, как бы невзначай, обернулся и хозяйским глазом ещё раз осмотрел интенсивное строительство. А затем, по-щенячьи оскалив человеческий рот, и, тихо поскуливая от ожидания, заскочил домой.

Дверь за ним бесшумно затворилась. Бобыль остановился в коридоре и, чуя впереди родной запах, на какой-то момент заколебался. Затем, утомившись ждать, он вздохнул и принял условия игры: его хозяйка не привыкла ещё слушать мир носом…

Небольшой коридор теперь украшали гобелены. Искусно вышитые волчьи стаи окружали благородную оленью семью. Миг трапезы. Сытые, весело играющие с костьми волчата. Белый, свежевыкрашенный свод потолка пах чистотой. Полы — новой краской.

Ещё раз оглянувшись, Бобыль неторопливо сел на небольшую каменную скамью и, стянув сапоги, разрешил себе отдохнуть…

Почти сразу отворилась входная дверь. Гобелены шевельнулись от дуновения ветерка и опять застыли.

В дом, без приглашения, вошёл высокий жилистый седой старик, в сопровождении огромного чёрного волка.

Бобыль, раздражённый появлением незваного гостя, недобро посмотрел на мохнатого прислужника и, только потом, в глаза хозяина рабской собаки.

Типичное вытянутое лицо старого оборотня из благородных, хитро сощуренные глаза, бритая голова и широко раздуваемые крылья носа… Мрачный портрет сидел на коренастой шее. Крепкое мускулистое тело отказывалось верить количеству прожитых лет. Бобыль широко улыбнулся, окончательно решив, что гость страдает от запора.

— Добрый вечер, — произнёс старик, с рычащими нотками в голосе, хорошо слышимыми в каждом уголке дома.

— Как я полагаю, наш волк-одиночка обзавёлся самкой? И, может быть, он пригласит старого вожака на обед?

Бобыль вздохнул и, скосив глаз на грозного телохранителя, понял, что вечер загублен.

— Я к Вашим услугам, уважаемый.

Лицо старика удивлённо вытянулось, брови взлетели, а на лбу старого махинатора залегли глубокие морщины.

— Ты всегда был удивительно воспитанным щенком, Марк, я не сумел убедить тебя взять в дом племянницу, возможно, новая хозяйка из дикой стаи сумела обуздать тебя…

— Мое имя и та история — забыты, — ворчливо ответил Бобыль. — Входите.

В этот момент в коридоре послышалось шуршание юбок, и вплыла его королева.

— Вы должны извинить нас, за небольшую ложь хозяина поместья. Я не из Дикого леса. Я из России.

После минуты поражённого молчания со стороны мужчин, (ведь самка не вмешивается в разговоры оборотней), она, оценив ситуацию, продолжила:

— Впрочем, это одно и то же… Проходите. Нечего в коридоре-то стоять.

Вожак последовал за хозяином по тёмному коридору.

Сзади, поджав хвост, следовал волк.

Бобыль привёл незваных гостей в просторную кухню-гостиную. Квадрат потолка показался любопытствующим невероятно высоким, около восьми ростов в высоту. Эту часть разрушенного второго этажа переделали, искусственно увеличив пространство, и, добавив в помещение света и воздуха. Стены украшали ионические колонны. Два просторных дивана, три комода и стол посередине — создавали впечатление изысканного городского изящества и внушительности.

Вожак огляделся и, сев на подставленный стул, разомкнул тонкие губы:

— Ты богат…

Единственным элементом, не вписывающимся в обстановку, был огромный кусок хладного железа, как-то сиротливо стоящий в углу. Даже четыре взрослых оборотня, обрядившись в мифриловые перчатки, не смогли бы сдвинуть его с места. Это было не состояние. Сокровище. Короля!

Поймав удивленный взгляд, хозяйка бросила странную фразу:

— Мотор. — Затем засуетилась и спросила, — что предпочитаете, староста?

Вожак поперхнулся, а сзади раздался кашель… собаки. Зло взглянув на телохранителя, оборотень нашёл в себе силы ответить богатой нахалке:

— Пива, если можно.

— Конечно, можно, — бойко ответила она. — Но я бы посоветовала Вам своих настоек. Попробуйте.