Летопись Вондерфолла

Размер шрифта: - +

Цирк мертвых

Сидя на деревянном стуле, Тувир внимательно следил за мухой. Его глаза следовали за маленьким насекомым, но в конце концов, остановились на лице командира городской стражи. Гарган находился за своим столом, сцепив руки в замок. Перед ним лежали какие-то документы, перо и чернильница. На стене висело разнообразное оружие, начиная от секир и заканчивая мечами и арбалетами.
— Ну, так что? — поинтересовался торговец, обращаясь к своему старому знакомому.
— Я бы тебе посоветовал взять отряд, — предложил Гарган.
— Ещё чего! — возмутился Тувир, поперхнувшись от таких слов. — Ты знаешь, во сколько мне это обойдётся? Триста тулинов за каждого человека. Я же не лорд-правитель, чтобы разбрасываться монетой. Я всего навсего, бедный человек, который пытается, свести концы с концами.
— Вот только не надо рассказывать о куче детей, которым нечего есть, — остановил его Гарган. — У тебя никаких детей нет, как впрочем, и жены.
— Хм, я думаю о будущем.
— Твой магазинчик неплохо процветает.
— Процветает? — переспросил изумлённо торговец. — Да не смеши меня! Торговли совсем никакой. Ты, наверное, меня с кем-то спутал.
— Как же. Тебя спутаешь.
Все в городе знали о жадности торговца, который любил прибедняться. Но от этого, Тувир не становился плохим человеком. Скорее, наоборот. Он был душой компании, весельчаком и отличным собеседником. Конечно, когда хотел. Но, а в остальное время, был последним занудой. Вот и сейчас, оказавшись у командира городской стражи в кабинете, торговец стал зудеть, что цены на охрану слишком дороги для него.
— Ну, сам подумай, — попытался образумить его приятель. — Ты же все-таки едешь не в пригород.
— Пригород, Джегипит, какая разница? — легкомысленно отмахнулся худой мужчина.
— Тебе сказать разницу?
— Уволь, пожалуйста.
— Ладно. Давай тогда вернёмся к нашим баранам. Тьфу! Я хотел сказать, к охране.
— Давай, — согласился Тувир. — Я беру одного охранника, который обойдётся мне, не больше, чем в двести тулинов.
— Двести тулинов? Да тебя повесить надо за такой грабеж!
— Я бедный человек, — начал, было, торговец снова ныть.
— Вот только не начинай по-новому.
— А ты дай мне своего лучшего человека за сто пятьдесят тулинов.
— За сколько? Ну ты и крохобор.
— Попрошу не оскорблять меня такими словами. Я бедный и несчастный человек...
— Всё! Хватит! Катись к чёрту!
— А охрана? — невинным голосом, поинтересовался торговец.
— Да получишь ты свою охрану! Только избавь меня от своего присутствия!
— Лучшую охрану? — продолжал напирать Тувир.
— Да-да! Самую лучшую. Всё, проваливай. Мне надо работать.
Гарган покраснел от злости, стараясь не смотреть на своего давнего приятеля. Он боялся, что не выдержит и даст хорошего пинка этому прохиндею. Тувир, как будто прочитав мысли, ловко поднялся и оказался возле двери, махнув на прощание шляпой с пером.
— Ещё слово, и я прикажу тебя арестовать, — предупредил Гарган, заметив, как рот торговца приоткрылся. — Я не посмотрю на нашу давнюю дружбу.
Ещё раз, взмахнув шляпой, Тувир исчез за деревянной дверью, что-то весело напевая себе под свой длинный нос.
* * *
— Поверить не могу, что он подсунул мне бабу? — возмущался Тувир, бросая быстрые взгляды на своего охранника.
Мишель, девушка-воин с островов, не обращала внимания на слова торговца, глядя перед собой. Её красивое лицо казалось высеченным из камня, а руки крепко сжимали поводья. Она вообще делала вид, как будто здесь она одна, чем ещё больше злила Тувира. Тот вначале распалялся, бубня себе под нос неприличные слова в сторону его приятеля, но в конце концов угомонился, время от времени выдавая короткие реплики в адрес Мишель. Тувир просто не ожидал, что товарищ подложит ему такую свинью. Он-то надеялся на крепкого воина, который будет наводить страх только одним своим взглядом. А тут...
— Я ещё тебе это припомню, — буркнул он, обращаясь к командиру городской стражи.
Высокий замок Прайд, исчез за холмом. Ушла в сторону и лесопильня. Проехав Редколесье, путники оказались на равнине Серый клык. Тувир со скучающим взглядом осматривал ровную травянистую поверхность, которая тянулась до самого горизонта. Из-под копыт его гнедого коня, в разные стороны сыпались бабочки, кузнечики и другие букашки. Спрятанные в землю, торчали останки различных животных.
— Я думаю, что пора остановится на привал, — сказал Тувир, который не мог долго молчать.
— Не прошло и четырёх часов, как мы покинули город, — отозвалась Мишель, не оборачиваясь к вредному торговцу.
— Я здесь главный, и мне решать, когда у нас будет привал!
— А я отвечаю за твою безопасность, — пожала плечами женщина.
— Безопасность? Да что нам здесь грозит? Я что-то не вижу здесь ничего, кроме мелких насекомых. Ха-Ха! Вот насмешила меня.
— Мне перечислить, что на равнине водится?
— Изволь.
— Саблезуб, — начала она загибать пальцы, — огры, гепарды, фалмеры, гиены, гоблины. Ну, ещё и разбойники. Этого хватит, или мне продолжить?
Тувир ничего не ответил, демонстративно уставившись в другую сторону. Его взгляд скользнул по Ветряной пещере. Вдали, на одном из холмов, виднелась ещё одна пещера, которую называли, Синий утёс. А была ещё одна, слепая, в которой обитали безглазые фалмеры, худший ночной кошмар.
— Сделаем привал в Гнилых топях, — после молчания, произнесла наёмница.
— В гнилых топях? Ха! Да это безумие! Там же призрачный цирк. Ты знаешь, что это такое?
— Слышала, — кивнула Мишель.
— И ты все равно собираешься там останавливаться?
— Да.
— Пожалуйста. Но только без меня.
— А ты предпочитаешь сделать остановку в Ведьмином лесу?
— Не-е-ет. Там я останавливаться совсем не хочу. Об этом месте ходят дурные слухи.
— Как и о любом другом, — заметила наёмница.
— В каждом из слухов, есть доля правды. Возьми, к примеру, логово мясника. Все говорят об этом месте, и мало кто подозревает, что оно действительно опасно. А крошка Мо, действительно существует. По ночам, он орудует своим кровавым топором, расчленяя человеческие тела. Говорят, что его некогда белый фартук забрызган человеческими мозгами, а также налипшими волосами. А Приопан? Этот старик совсем свихнулся. После смерти сына, он стоит возле входа в крипту, и платит путникам за то, чтобы они принесли новости о его Альфреде. А если искателям приключений удавалось выжить, вернувшись обратно после встречи с мёртвым палачом, то старик их добивал кинжалом в спину, или сжигал огнём.
— Приопан? — переспросила Мишель.
— Да. Свихнувшийся старик. Он когда-то был монахом в храме. В том самом, где сейчас служит Молавир.
Тувир смолк, а наёмница больше ничего не спрашивала. К обеду, они вошли под кроны древних деревьев, окружаемые щебетом птиц. По накатанной дороге, оба путника двигались сквозь Ведьмин лес, удаляясь от равнины всё дальше и дальше. По одну сторону появился и исчез каменный форт стены, которого поросли мхом и где птицы свили свои гнёзда. В одной из бойниц мелькнуло что-то чёрное, и сразу же пропало. Тувир было хотел указать на это, но наёмница лишь согласно кивнула, перебив торговца.
— Я видела. Двигаемся дальше, не останавливаясь.
Ладонь Мишель легла на рукоять тонкого меча, эльфийской работы, готовая выдернуть оружие из ножен и применить его по назначению.
— Интересно, кто это был? — поинтересовалась Мишель, когда заброшенный форт остался далеко позади.
Тувир пожал плечами, бросая опасливые взгляды по сторонам.
— Не знаю. Многие торговцы, которые проезжают этой дорогой, видят чёрные тени в бойницах. Говорят, что если войти вовнутрь, то того дурака ждёт мучительная смерть.
— А ещё говорят, что ты самый богатый человек в городе.
— Кто? Я? Они всё врут. Да я вообще с трудом свожу концы с концами. Это вон Фарину хорошо. Он заведует целым банком, а я так, торгую разной мелочью.
— Я пошутила.
— А! Я понял. Ты намекаешь на прибавку в жалование? Сразу скажу, что у меня денег нет. Откуда? Мне нужно кормить семью.
— Странно, а Гарган говорил, что у тебя никакой семьи нет.
— Гарган! Ха! Больше слушай этого набитого дурака.
— Ладно, не парься. Я просто пошутила.
— Ну и шутки у тебя дурные.
— Интересно. Все торговцы жадные, как ты?
— Я не жадный, — возмутился Тувир. — Да и вообще, что ты понимаешь в торговле. Когда ты ещё сиську у матери сосала, я занимался бизнесом, поднимая мой маленький магазинчик на ноги.
— У нас не было матерей.
— Как это так? У всех есть матери.
— Да. Они нас рождают, но потом детей отбирают.
— Дурные законы у вас там на островах. А чем же вас там выкармливают. Я имею в виду, младенцев?
— Драконьей кровью. А законы у нас нормальные.
— Хм...
— Кстати, зачем тебе в Джегипит? Дорога совсем не близкая.
— За товарами, конечно же. В славном городе, что находится посредине пустыне, производят лучшие ткани, лучшую посуду и лучшие украшения. Назад, мы двинемся морем, так как нанимать обоз, будет слишком дорого.
— Ну ты и куркуль, — усмехнулась наёмница.
— Попрошу без этих оскорблений.
Ближе к вечеру, путники пересекли невидимую границу между Ведьминым лесом и Гнилыми топями. Окружающий пейзаж переменился. Теперь их окружало болото, с редкими островками суши. Но дорога, по которой они двигались, всё также убегала вперёд, прячась в надвигающихся сумерках. Из камышей, огромной тучей, хлынули на людей комары, радуясь внезапному ужину. Тувир то и дело похлопывал себя по лицу, отгоняя мелких кровопийц. Мишель же, просто не обращала внимания на множественные мелкие укусы.
Примерно через пару лиг, кони вышли к довольно приличному острову, который окружала разная болотная растительность. Мишель, натянув поводья, спешилась, разминая спину и потирая ягодицы. Тувир последовал её примеру, встав на свои длинные ноги, с протяжным стоном.
— Ох. Моя задница. Я её совсем не чувствую.
Торговец замер, приоткрыв рот. Казалось, что его глаза вот-вот вылезут из орбит.
— Мать твою, — прошептал он. — Это же цирк. Тот самый. Призрачный.
— Ты уверен?
— Уверен ли я? Да, чёрт возьми. Я уверен. Я же говорил, что на том перекрёстке надо было поворачивать направо.
— Что-то я такого не помню.
— Ну, может я хотел сказать, но забыл. А ты! Зачем тебе нужна карта?
— Ты же сказал, что я могу засунуть эту карту в то самое место, на котором сижу.
— Я так сказал? Что-то не помню.
— Ну-ну.
Не обращая внимания на шипение торговца, Мишель прошлась к вагончикам, которые за долгое время успели сгнить. Их было по примерным прикидкам, не меньше двух десятков. А прямо в центре острова, возвышался шатёр, который успел обтрепаться. Из его недр слышался голос. Сделав ещё несколько шагов, наёмница потянула из ножен клинок. Обернулась и увидела торговца у себя за спиной. Тот с бледным, как мука лицом, дрожал всем телом.
— М-мож-ж-жет не надо, — прошептал он, громко стуча зубами.
Не слушая торговца, Мишель краем меча отодвинула полог, заглядывая вовнутрь. Она увидела манеж, на котором находился высокий мужчина в сапогах из кожи. Шпрехшталмейстер, а это был он, говорил зрителям, которые окружали его. Но вот только, все присутствующие мало походили на нормальных людей. Нет, они были не призраками, как это говорилось в байках, но определённо мёртвыми. Сам же шпрехшталмейстер, гниющий мешок дерьма, закончил, отходя в сторону кулис. Откуда-то из недр, появилась гимнастка в некогда красивом костюме. Её лицо было изъедено червями, открывая пожелтевшие зубы и такого же цвета череп. Она, сделав несколько ловких движений, уронила на манеж свой скальп. Кто-то из зрителей метнулся на помощь и, подобрав волосы, нацепил мёртвой девушке обратно на голову. Та, благодарно оскалилась совершенно жуткой улыбкой. После этого представления, на манеже снова появился шпрехшталмейстер, который и объявил новый номер. К зрителям выбежали клоуны. Несмотря на разукрашенные лица, было видно, что их лица такие же гнилые, как и у гимнастки. Они откусывали друг другу руки, и всё это происходило под костлявые аплодисменты зрителей. А один из клоунов, надавил на свой нос, из которого хлынула белёсая жидкость, в которой плавали маленькие черви. Зал зашёлся хрипами, которые, по-видимому, служили смехом.
— Пойдём отсюда быстрее, — прошептал Тувир, глядя с ужасом на всё происходящее. — Пока они нас не заметили.
Хлоп! Это взорвался один из воздушных шаров, а следом и чья-то голова, разлетевшись во все стороны гнилыми мозгами. Мишель обратила внимание на зрителей. Похоже, что там сидели те путники, которым не посчастливилось оказаться в этом месте. По одеждам можно было узнать торговцев, воинов, крестьян, а также и парочку лордов. Наёмница не желала привлекать к себе внимания и собиралась уже уйти тихо, растворившись в вечерних сумерках, но тут на манеже уже в который раз появился Шпрехшталмейстер.
— А теперь, — проговорил он своим хриплым, абсолютно равнодушным голосом, — наша изюминка. Номер, который понравится вам всем. Поедание живой плоти.
После этих слов, на манеж вышел драугр-палач, облачённый в свои чёрные доспехи, таща за собой молодую девушку, эльфийку. Мёртвое лицо палача ничего не выражало, в отличие от молодой особы, которая тряслась от ужаса, глядя на всех присутствующих обморочным взглядом. Её тело было обнажено, а кожа бела, как деревенское молоко. Привязав эльфийку к столбу, драугр-палач остановился в шаге, ожидая новых приказов. Приблизившись, шпрехшталмейстер похлопал своей подгнившей рукой девушку по щеке, пожирая её своим мёртвым взглядом.
— Какой хороший экземпляр, — довольно хмыкнул он, оборачиваясь к зрителям. — И так, дамы и господа! Мы начинаем наш номер, пожирание живой, вкусной, сочной плоти!
— Нам пора, — снова зашипел Тувир, дёргая наёмницу за рукав. — Пока они заняты, мы сможем ускользнуть.
— Ты что? Хочешь её бросить?
— А что мы можем сделать? Там же драугр-палач. Ты знаешь, сколько голов он срубил своей секирой? Я лично не хочу, чтобы к этому списку добавилась и моя собственная.
— Трус, — выплюнула Мишель.
— Может и так, но за то живой.
— Для тебя деньги и собственная безопасность, гораздо важнее, чем спасение девушки.
— Я этого и не скрываю.
— Трус, — снова повторила наёмница.
— Ха! Я это уже слышал.
— Иди к чёрту.
— Непременно. Только, вот у чёрта, ты окажешься гораздо раньше, чем я, если сглупишь и попытаешься помочь этой дурёхе, которая попалась в лапы этих мертвецов. Я бы на её месте, покончил бы с собой, чем позволил всё это делать.
Плюнув на всё, Мишель двинула Тувира локтем в солнечное сплетение, а потом рванула вперёд. Клинок засвистел в воздухе, а сама женщина, издав боевой клич, налетела на палача. Тот в свою очередь, оказался довольно проворным и успел блокировать удар секирой. Зазвенела эльфийская сталь и нордский металл. Оба закружились в смертельном танце. Зрители замерли, а потом медленно потянулись к Мишель, спускаясь со своих мест. Всё внимание было приковано к сражающимся. Тувир, который успел восстановить дыхание, тихо ругался, глядя на своего личного стража. Ему хотелось запрыгнуть на коня, и убраться как можно дальше от этого проклятого места. Но Мишель была права. Если он сейчас ускачет, то всю свою оставшуюся жизнь, будет винить себя, считая трусом. Произнеся короткую молитву, торговец вытащил из сапога кинжал, устремляясь в зловонную толпу мертвецов. На него никто не обратил внимания, и поэтому Тувир без каких-либо проблем добрался до пленницы. Лезвие с лёгкостью разрезало верёвки, и девушка рухнула без сил. Подхватив эльфийку, Тувир потащил свою ношу к выходу, громко покряхтывая. На пути к свободе, ему пришлось раздавить череп одного мертвеца, который полз к Мишель, так как ноги у него отсутствовали. Наконец оказавшись снаружи, Тувир подтащив свою ношу к коню, усадил её в седло. Особо не церемонясь, он несколько раз хлестнул ладонью по щекам. На бледной коже появился яркий след. Девушка наконец пришла в себя, глядя на своего спасителя зелёными глазами.
— Ох, — вырвалось у неё.
— Тихо, — шикнул торговец.
Тувир бросил взгляд на шатёр, не зная, что ему делать дальше. Но в этот момент, разноцветный полог разошёлся в стороны, и из его недр выкатилась голова шпрехшталмейстера, а следом и палача. Через секунду, раскидывая во все стороны мертвецов, нарисовалась и сама наёмница. Её доспехи были измяты, а лицо окровавлено.
— По коням! — рявкнула она таким голосом, что Тувир тут же заскочил в седло, придерживая одной рукой эльфийку.
Развернувшись, они помчались прочь от цирка, и от мертвецов, которые хрипели, вытягивая в сторону них свои изгнившие руки. Дорога уводила путников всё дальше, укрывая ночным мраком.
* * *
Тувир сидел в таверне у Хельги, попивая отличное вино. Перед ним лежала жареная колбаска, очень аппетитно пахнувшая. Сделав глоток, он устремил свои хитрые глаза на своего приятеля, командира городской стражи, а после и на Мишель.
— Ну что? — поинтересовался торговец, громко чавкая колбаской. — Вы всё ещё меня считаете скупердяем?
— А как же, — подтвердил Гарган.
— Конечно, — согласилась Мишель.
— А это вы зря, — поднял вверх свой палец торговец. — Если бы не моя бережливость, то вряд ли бы я смог спасти эту прекрасную особу и отбиться от орд мертвецов.
— По поводу первого, я согласен, — кивнул Гарган. — Но вот что касаемо второго, то ты нахально врёшь. Вся тяжёлая работа досталась Мишель.
— Ну да, — возмутился Тувир. — А я стоял в стороне и ковырялся в носу.
— Я этого не говорил. Ты тоже молодец. Я тебя считал трусливым псом, а ты оказался...
— Продолжай. Мне очень приятно.
— С тебя хватит.
— Кстати, а что теперь с этой девушкой? — поинтересовалась Мишель, глядя на своего командира.
— Ты меня спрашиваешь? — удивился тот. — Ему задавай этот вопрос.
— В субботу, у нас свадьба, — ответил Тувир, запихивая в рот остатки колбаски и запивая вином. Вы оба приглашены. Отмечаем здесь, в таверне у Хельги.
— И как это ты так сумел? — удивился Гарган, громко хмыкнув.
— Ну, я же герой, — отозвался самодовольно Тувир. — Спаситель.
— Да уж, — усмехнулся командир городской стражи. — А что касаемо цирка, то я пошлю в Гнилые топи один из отрядов, дабы уничтожить мерзкое место.



Кейн

#27530 в Фэнтези

В тексте есть: вампиры, некроманты, наемники

Отредактировано: 03.05.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться