Левиафан

Размер шрифта: - +

Глава 13

XIII. Лист. Северные горы. Гройвуд, крепость Легиона. Чес-фи-Ом.

– Ну и?.. – требовательно спросил предводитель Легиона. Он восседал на троне из черного мрамора, а перед ним склонились в поклонах его подданные, вернувшиеся только что с ответственного задания.

Мало кому из тех, кто борется с Легионом, известно о том, что в Гройвуде есть тронный зал. А он, между тем, был. Все дело здесь в том, что Легион считал (вернее сказать, мнил) себя настоящим государством, притом государством мощнейшим, сильнее всех настоящих государств Листа. А Гройвуд служил и столицей этого «государства», и дворцом его «короля» – легионерского предводителя.

Убранство тронного зала Гройвуда было таким же мрачным, как и все остальное в этой черной крепости. Стены и пол из черного мрамора. Небольшие круглые окошки почти под самым потолком. Разумеется, свет из них не мог как следует осветить почти ничего даже днем, так что здесь всегда горели свечи, которые во множестве стояли в огромных кованых и тоже черных люстрах, слишком вычурных для этого мрачного места. Дрожащее пламя свечей освещало барельефы на стенах: сцены битв, победы в которых неизменно одерживали воины в черных доспехах.

Но центральное место в зале, разумеется, занимал огромный мраморный трон. На стене над ним висел щит с гербом Легиона – черным драконом с оскаленной пастью. К слову сказать, это было изображение Левиафана, не очень, правда, правдоподобное.

В общем, тронный зал Гройвуда был очень хмурым и мрачным местом, так что нет совершенно ничего удивительного в том, что предводитель Легиона очень любил проводить здесь всяческого рода собрания.

– Они у нас, мой повелитель, – с поклоном ответил предводителю Чес-фи-Ом, его первый помощник.

Предводитель удовлетворенно кивнул. Это было странно для его подданных: обычно его одолевали вспышки неукротимого гнева.

– Ну наконец-то, – сказал. – Хорошие новости. И что же ты можешь сказать о ней, южанин?

Она точно та самая, мой господин. Я лично наблюдал это во время сражения.

– Отлично! – торжествующе воскликнул главный легионер. – Наконец все пойдет точно по плану! Теперь, если на Листе грядут перемены, то эти перемены будут зависеть от нас! Мы будем устанавливать правила игры, если уж суждено сбыться пророчествам тех, кого эти жалкие маги, сверхмаги и Фениксы считают мудрецами!

В глазах предводителя Легиона зажглись и сразу погасли фанатичные искорки. Так происходило всегда, когда он начинал говорить или даже думать о величии Легиона и захвате мира.

– Что с остальными? – резким, каркающим голосом спросил он.

– Все ровно так, как вы и предполагали, мой повелитель, – с очередным низким поклоном ответил Чес-фи-Ом.

– Итак… – протянул предводитель. – Если это действительно так, то уже совсем скоро весь мир будет наш. И в нем воцарится вечная тьма! Во славу Зендера!

– Во славу Зендера! – дружным хором поддержали легионеры своего повелителя.

– А ты, южанин, – обратился главный легионер к своему советнику, – сейчас приведешь сюда девчонку. И если она действительно та, кого мы искали…

Предводитель замолчал. Чес-фи-Ом, видя, что других распоряжений для него не следует, в который уже раз почтительно поклонился и вышел из тронного зала, не поворачиваясь, впрочем, к предводителю спиной.

…Оказавшись наконец в одиночестве, Чес-фи-Ом прислонился спиной к холодной каменной стене, чтобы перевести дух. Чем дальше, тем сложнее становилось ему сдерживать себя в присутствии легионеров. Но никто не должен знать, как, как он ненавидит этого сумасшедшего, фанатичного старикашку, именующего себя чуть ли не властелином мира!

– Ничего, – успокоил себя Чес-фи-Ом. – Осталось немного…

После этих слов он заметно приободрился, и отправился выполнять приказ того, кого ему приходилось называть своим господином. Пока приходилось. Уже очень скоро все это изменится. И все пойдет по его плану…

И одна эта мысль давала Чес-фи-Ому силы идти вперед, притворяться и улыбаться, почтительно кланяясь, глядя прямо в глаза человеку, которого он ненавидел больше всего на свете…

 

Лист. Северные горы. Гройвуд, крепость Легиона. Ли-фанна. Эван. Альнора. Тарлиан.

(6 дней до новолуния)

Когда Ли-фанна очнулась, вокруг было темно. Очень темно. Правда, у нее были закрыты глаза… «Вот теперь-то я точно умерла, – решила девушка. – А как иначе-то?» Но, к счастью, Ли-фанна была жива. Немного глупо было бы умереть вот так, когда цель совсем близко. Хотя, что это за цель, Ли-фанна пока понятия не имела.

За секунду до того, как открыть глаза, Ли-фанна твердо была уверена, что увидит перед собой мрачный пейзаж унылого царства Зентара. Но увидела она лишь каменные стены маленькой камеры в Гройвуде. Правда, Ли-фанна не знала тогда, что это именно Гройвуд.

Хорошо еще, что в камере не было абсолютно темно: свет проникал в камеру через крошечное окошко почти под самым потолком.



Дина Галкина

Отредактировано: 14.03.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться