Лифт в преисподнюю

Размер шрифта: - +

Дверь

Саша следил за огненным шаром из окна. И ненавидел его. Без солнца теперь становилось совсем плохо. Чем меньше света, тем больше какой-то странной черноты. Не тьмы — черноты.

«Расстановка сил» не зависела от ночи и дня. «Бывшие» и под солнцем себя чувствовали прекрасно. Но шума производили меньше. От этого ощущение сумасшествия из-за трехмесячного заточения в двухкомнатной квартире немного угасало. Но он знал — жить оставалось недолго.

Саша закрыл входную дверь в квартиру в августе. Сейчас конец ноября. Впервые за несколько дней не шел дождь. В квартире было холодно и сыро. Еда закончилась вчера. Воды два стакана. Что делать? Ясно, что делать. Саше нужно открыть дверь.

Третий этаж. На каждом по четыре квартиры. Сколько Их там может оказаться? Если все жильцы находились дома, когда «обрели себя», то минимум двадцать два трупа. Которые ходят. Ждут или ищут. Таких как Саша. И таких, как его жена и сын, Марина и Миша, еще живых.

Они сидели, укутавшись в одеяла и старый плед, на диване, что стоял у противоположной стены от выхода на балкон. Марина по понятным причинам смотрела в пол. Она знала, что ее мужу придется выйти на улицу, чтобы найти еды. Поэтому в глаза другим осмеливался смотреть только Саша. Миша еще не понимал толком что происходит, а Марине было не по себе. Ведь приходилось любимого человека отправлять за железную дверь. Это казалось равносильным тому, что ты сам должен туда выйти. Но только в некотором смысле «равносильным». Если ты не выходишь сам, то просто не находишь себе места. Волнуешься, плачешь, наверное, что-то еще. А если за дверь идешь ты, то там, определенно, ощущения другого рода. И представить их довольно сложно, потому что и здесь-то, в квартире, всем правит страх. Тяжелый страх из-за отсутствия вариантов.

Храбриться перестали в октябре. Когда не появилось никаких спасателей, людей с автоматами, голосов и громкоговорителей. Или просто вертолета. Который бы пролетел невысоко над домами и улетел в свои дали. Совершенно понятно, что бы это значило. Но никого не было. А это значило совершенно другое.

Саша оказался не дурак. Точнее, дураком его считали друзья, коллеги, даже жена. Они думали так до определенного момента. Не долго. Пока цивилизация, пошатнувшись, не рухнула на самое бездонное дно.

На это ушло три дня.

И пока одни, рискуя заразиться, набивали сумки в магазинах, Саша сидел дома и кипятил воду. Он догадывался, что ее не стоит пить сырой, и понимал, что скоро водопровод отключат вовсе. Благодаря случайности или счастливому стечению «случайностей» у него получилось подготовиться к вынужденной изоляции и запастись многим необходимым. Теперь Саша и его семья начали ждать, когда цивилизация поднимется со своего дна, чтобы они могли влиться в нее.

Никто не поднялся. Никто не приехал и даже не пришел. После трех дней суматохи началась тишина. Относительная, разумеется. Но в плане социального шума – абсолютная...

Саша не знал, чем ему сейчас заняться. Пройтись по комнате, подойти к жене и сыну или так и стоять у окна? Нет, от окна лучше отойти, могут заметить. Так загрызли семью из дома через дорогу.

Теперь возле окон старались вести себя аккуратнее.

Саше надоело стоять, и он сел на край дивана:

— Что «бывшие» там едят? Все же умерли или «обрели себя». Получается, им есть нечего должно быть! — начал шептать он жене.

В основном старались разговаривать шепотом.

— Некого, то есть, — едва слышно поправила его Марина.

— Да. Но, по сути-то они не мертвые, а «живые по-другому». Урезанная версия человека.

Марина ничего ему не ответила.

— Может быть они друг друга едят? Ну «сильный слабого» и все в таком духе? — неожиданно предположил Саша и взглянул на жену.

— Ты смеешься? Тогда бы все очень быстро закончилось.

— Ну, нет. Мы же не знаем, что происходило с трупами.

— В каком смысле? Что с ними могло происходить, кроме того единственного из возможного, что и случилось? — удивилась она.

— Нет, не обязательно. Вот загрызли, например, «бывшие» одного человека. Перегрызли шею, выпотрошили так, что его кишки по всей округе разбросаны. И вот что происходит с ним дальше?

— Как что? Он умер. Все, привет небеса! – Марина посмотрела на мужа так, как будто он забыл буквы алфавита.

— Нет, а что если этот человек потом тоже «встает»?

— Но он же мертвый!

— А все остальные, значит, живые? – Саша начинал злиться.

— Ну, как-то да, более активные особи получаются, если не потрошить их сразу! – передразнила она его.

— А может не в этом дело? Вдруг у «бывших» все как-то иначе работает? Ну, например, не обязательно, чтобы кровь по венам бежала! Может по ним какие-то паразиты ползают. Или черви. — Саша даже замолчал на секунду, а потом воскликнул. — Да, вместо крови какие-нибудь черви! Нет, ты просто представь. И вот эти паразиты развиваются и «поднимают на ноги» трупы. И они ходят. Ищут еду.



Людвиг Старчевски

Отредактировано: 11.10.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться