Лилит

Размер шрифта: - +

Глава 4

Лилит.

Домой я пришла, когда уже начало светать, но так и не смогла уснуть. Время проведенное с Эриком было таким чудесным, что хотелось чтобы оно длилось как можно дольше.

- Не знаю, когда мы еще сможем уведется,- разочарованно выдохнул он, когда мы собрались прощаться, - все-таки я не всегда смогу тайком убегать из замка, а надзиратель слишком уж строгий. Чувствую себя девицей заточенной в башне.

Наш заливистый смех разрушил тишину наступающего утра.

- Что ж, - сказала я с широкой улыбкой на лице, - придется мне приходить сюда каждую ночь, чтобы не пропустить вашего прибытия принц Эрик.

Только когда сказала поняла, что это прозвучало как обещание. Как всегда слова вырываются не подумав. Но Эрик только улыбнулся и посмотрев на желтый цветочек лютика, который он все это время вертел в руке, заложил мне его за ушко. От этого невинного прикосновения оно незамедлительно покраснело, сопровождаемое табуном мурашек по коже.

- Я за один вечер успел пересказатьтебе всю мою жизнь, так что думаю теперь можно прейти на ты, что скажешь?

- Согласна, – лучезарно улыбнулась принцу.

-Что ж по такому случаю, - интригующе потянула последнее слово, и протянула правую руку Эрику, - можешь звать меня Динара.

Он ошарашено посмотрел на меня, будто я доверила ему свою самую большую тайну и поспешно пожал руку как будто боясь, что я могу передумать.

И сейчас вспоминая все это, хотелось прыгать от счастья. Коснувшись нежных лепестков цветка, покоившегося на прикроватной тумбочке, почувствовала, как в груди располагается что-то теплое, надолго там поселившись.

- Лилит, спускайся к завтраку, - звонкий оклик мамы вырвал меня из воспоминаний, и я радостно, подпевая себе под нос поспешила присоединится к родне.

Звон приборов, постоянный смех откуда не возьмись было привычным в нашем круге. И это вечное мельтешение сородичей приносило свою лепту в мое превосходное настроение.

- Сегодня мы проводим бабушку с тетей и дядей домой, а потом вернемся к уборке,- крем уха услышала я наставления мамы непослушному братцу Эйгану.

- Нееееет, вы уже уезжаете? Почему так быстро, - захныкала я пытающейся накормить непослушного Лукаса тете Мери, - все остальные и так уехали даже не дождавшись завтрака, хоть бы вы остались подольше.

- Я еще немного у вас погощу сестренка, не грусти, - улыбнулась Фрэя, обняв меня за руку.

- Мы бы все с радостью остались Лилит, ты же знаешь, но надолго оставлять свой дом не охота, и мы не хотим вас стеснять, к тому же, - поспешно прервала отрицания мамы тетя Мери, - у Лукаса вот-вот проявятся силы, и подвергать всех опасности обнаружения мы не можем… Да и наш дом находится на опушке леса, там мало кто ходит, будет немного полегче.

Вспомнив об опасности обнаружения от прежней непринужденной обстановки не осталось и следа. Все сразу поникли, и даже маленький Лукас и ничего не понимающий Эйган затихли, не решаясь издать ни звука.

Нам с Фрэйей тогда было по семь лет, а мама была главой всего пять спокойных лет и несмотря на такой срок была еще не слишком опытной. Как по мне, быть главой клана та еще головная боль. Кроме того, что на тебе лежит большая ответственность за жизнь каждого в клане, ты еще и вынужден следить за безопасным прохождением всех шабашей, проводить обряд инициации каждого новорожденного младенца в клане, а это, я вам скажу, отнимает много сил, и еще куча всяких обязанностей в придачу. Но самый ужасный закон, заставляет тебя содрогнуться и посочувствовать главе. Если кого-то из ведьм или колдунов не смогли спасти из плена охотников и уже ведут на костер, глава должен удерживать обезумевших от горя членов клана, чтобы никто не посмел ринуться на помощь. Потому, что только так можно обезопасить всех остальных в клане. Все что тебе остаётся, это сжимать кулаки от бессилия, и скрепя зубами смотреть как погибает твой товарищ, только ментально помогая ему уменьшить боль от огня забирая часть этой боли себе, и все ради сохранности остальных. Да жестоко, но вполне логично. В то время, наша тетя Криста родила сына, нашего кузена Зейна – названного в честь его погибшего отца. Он погиб в бою с каким-то охотником, когда она только забеременела, но не смотря на ужасную потерю смогла сберечь ребенка и выносить его здоровым. Вся семья собралась по поводу какого-то праздника в Сандресе, в нашем доме и перед ужином все решили погулять по главной площади. Приблизительное время когда проявляется сила ребенка – от времени когда ему выполняется шесть месяцев до одного года – у каждого по разному. Тогда сила выплескивается и по истечении двух недель успокаивается и не используется до получения носителем знаний к ее применению. Зейну было только четыре месяца, когда на главной площади столицы, знойным летом, прямо над ним и державшей его тетей Кристой пошел снег. Да, он был ледяным магом – большой редкостью… Ребенок был убит сразу на месте, от стрелы караулившего тогда охотника из «Ведьминого Когтя». От горя, тетя Криста прокричала заклинание, и охотник начал стремительно терять влагу из тела, пока не был иссушен насухо. Все произошло так быстро, что мама даже не успела подавить ее силу, дабы спасти хотя бы ее. Кристу связали, и следующим утром спалили заживо. Нас с Фрэйей тогда там не было, но позже, когда в дом вошли заплаканные, подавленные и истощенные родственники, и папа несущий маму на руках, мы поняли как ужасно все было. Поддавшись нашим уговорам кузен рассказал нам, что моя мама забрала на себя столько боли тети Кристы, что потеряла сознание, а тетя сгорая не проронила ни звука, только плакала, отстранённо глядя в небо. Мама очнувшись была в ужасном состоянии, пролностью изнеможонная и с трудом востанавливалась. Годы прошли затянув за собой ужасные раны потери, но шрамы которые остались после них все равно терзали каждого, особенно на годовщину их гибели.



Лина Ричи

Отредактировано: 31.03.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться