Лиловый Демон: Вкус Дружбы

Размер шрифта: - +

Глава 24. Знакомство с пушистым доктором

Болезнь накрыла меня с головой. Во всяком случае Нами и Виви говорили, что я заболела. Моя температура поднялась под 40 градусов, во всем теле была невыносимая слабость, а есть не хотелось и вовсе, чем я очень расстраивала Санджи. Но он не сдавался и порой кормил меня через силу.

— Зозо-сан, я буду любить вас еще сильнее, если вы хотя бы попытаетесь съесть суп, что я приготовил для вас, — настаивал он. Также он говорил, что выбирал каждый ингредиент с особой любовью или что-то еще, и я его съела, лишь бы он прекратил этот «любовный» поток.

Когда ко мне приходил Усопп, то он рассказывал о своих новых изобретениях, которые он еще планирует сделать. Показывал мне чертежи, и я была удивлена тем, что он рисует действительно хорошо. Хотя о возможности воплотить большинство его идей в реальность, я не была уверена. Сама только корона чего стоит! Он придумал корону, которая своим сияющим блеском заставляла всех окружающих восхищаться им и ликующе говорить: «Великий Усопп! Великий Усопп!». Хотя если он ее все же создаст, я знаю, кто украдет ее в первую очередь — Нами.

Нами же, когда приходила, рассказывала, какой на палубе беспорядок. Что на палубе снег появился, и мы приближаемся к некоему зимнему острову. Также, что все волнуются обо мне и надеются на скорейшее выздоровление. Мне было приятно это услышать, однако я и сама толком не понимала, что со мной.

Когда приходил следить Зоро, то мы в основном молчали и спали. Причем первым вырубался именно он и своим храпом мешал мне.

С Луффи все оказывалось не так просто. Он то предлагал обтереть меня снегом, то облить ледяной водой, то накормить мясом, и все время получал за это от Нами и Виви. Но иногда он становился, на удивление, серьезным, чем меня удивлял.

— Зозо, когда ты спишь, я вижу странные картинки из твоего сознания. Что это?

— Что же ты видишь? — спрашивала я его.

— Небольшую деревню посреди странных деревьев, какого-то незнакомого мечника, потом огонь и… — он замолчал. Видно, он видел мои воспоминания, но не четко.

— Эти картинки — мое прошлое. Я все же начала вспоминать.

— Это те, что ты так боялась? Из-за этого ты заболела?

— Похоже на то, — сказала я. — Возможно, я заболела из-за того, что у меня началось возвращение воспоминаний, а, возможно, они возвращаются из-за того, что я заболела. Трудно сказать.

— Хм, — Луффи задумался. Выглядит забавно. — В любом случае мы скоро прибудем. Отдыхай пока.

После чего он с улыбкой убежал наверх, а я вновь уснула.
 

***



Я вновь оказалась в своей кладовой. Комната с черной жидкостью все так же была открыта, однако черной жидкости стало меньше. Похоже, надо вновь пройти через это, чтобы окончательно избавиться от этой комнаты и ее содержимого.

Глубоко вздохнув, я одним большим прыжком нырнула в черную жидкость, что морем разливалось в комнате.

Воспоминания заполняли мой разум.

Когда я очнулась, солнце освещало деревню, от которой остались одни угольки. Пираты уничтожили все. Даже наши деревья, которыми мы так гордились. Здесь больше не осталось ничего, что могло бы удержать меня.

Однако кое-что я все же должна была сделать. Так было принято у нас.

Поднявшись на гору предков, где находилось деревенское кладбище, я выкопала большую яму, на которую только была способна. На это потребовалось много времени, но я все равно это сделала. Мне спешить больше некуда.

После, когда яма была готова, перетащила туда все обугленные кости жителей деревни. Это было больно. Это было невыносимо, но я продолжала перетаскивать, складывая их в яму.

Так надо сделать. Меня этому учили. Так положено. Это единственное, что я могу для них сделать. Я их похоронила.

Дальше не знала, что мне делать. Не знала, куда идти. Однако тут оставаться больше не могла, поэтому, прихватив с собой лишь меч моего учителя, пошла туда, куда глаза глядят.

Проходили дни. С водой проблем не было: речка с пресной водой разливалась по всему острову, а вот с едой… с этим были проблемы.

Иногда я находила съедобные растения, о которых нам рассказывали на медицинском отделении, но разве ими наешься? Но как-то раз я добралась до соседней деревни, и меня привлек сладкий, манящий запах свежеиспеченного пирога. Он был настолько соблазнительным, что я сразу поняла, что хочу им обладать.

Подкравшись к дому, из окна которого был слышен запах, я заглянула внутрь. Это был небольшой домик с парой комнат, небогатой обстановкой и маленькой кухонькой, в которой стоял стол, а на нем то, что привлекло меня в первую очередь. Пирог.

Я слышала, как кто-то медленно перешагивает из комнаты в комнату, но кухня пока была пуста, а это значит, что у меня есть шанс. Я никогда еще не воровала. Мне такое даже в голову не приходило, но, видно, все приходится делать в первый раз.

Подпрыгнув, я забралась на кухню через открытое окно. Вот он, пирог, прямо передо мной, аккуратно лежит на деревянной доске. Не задумываясь, я тут же схватила его обеими руками и укусила, и только через две секунды поняла, что он безумно горячий.

— АЙ-ЯЙ-ЯЙ!!! — залепетала я, дуя на свои обожженные руки.

— Кто здесь? — услышала я мужской голос из комнат.

Ой-ей! Нужно прятаться. Шаги были уже совсем близко. Секунда-другая и я уже сидела под столом, прикрытая длинной скатертью.

— Кто здесь? — повторил обладатель голоса. По звучанию это был старик, и сейчас он медленно подошел к своему, уже надкушенному, пирогу. — Проклятые еноты! Выходи, разбойник! Где ты спрятался? А, ну, вылезай давай!

Старик схватил длинную метлу и стал бить им все шкафчики и укромные уголки, в надежде выманить енота. Естественно, он и не прошел мимо стола.

— ОЙ! — воскликнула я, когда по моему лицу прошлась метла.

— Ах, вот ты где, паразит! Ну, я тебе сейчас… — злился старик и стал еще сильнее размахивать метлой, все чаще попадая мне в лицо.

— Да не енот я! — крикнула я. — Что за чокнутый старик?

— Э? АААА!!! Говорящий енот!!! — заорал старик, от страха выронил метлу и рухнул на пятую точку. Когда он упал, наши глаза встретились.

— Ну, видишь? — спросила я, улыбаясь. — Я не енот.

— Теперь вижу, — злился старик, вставая и вытаскивая меня из-под стола. — Как тебе не стыдно? Увидела, что раз старик живет один, то его можно обворовывать? Куда только смотрят твои родители? Разве тебя не учили, что воровать плохо?

— Отстань! — крикнула я, вырываясь из его рук. — Нет их больше, понял? Глупый старик!

Я уже побежала обратно к открытому окну, чтобы быстро убежать отсюда, как почувствовала, что меня схватили за воротник одежды и повесили на большой крюк, что находился на кухонной двери.

— И куда это вы собрались, юная леди? — спросил старик, после чего достал из кармана очки и, надев их, взглянул на меня снова. — Ох, ну и вид. Поросята в сарае и то чище выглядят.

— Ну, так отпусти меня и не смотри! — злилась я, не переставая пытаться освободить себя.

Старик уже хотел что-то сказать, но тут его взгляд сосредоточился на моем лице, и он замер.

— Ну, что опять? Пусти меня, чокнутый старик! — ворчала я.

— Ты случайно не из деревни с разноцветными деревьями? — неожиданно спросил он, и я замерла.

— Нет. Нет больше той деревни, — сказала я спокойно, хотя внутри все сжалось. — Я сама по себе.

Видно, старика это не удивило.

— По всей деревне ходят дозорные и ищут тебя.

— Меня? — не понимала я. — Что им от меня нужно?

— Они говорят, что это ты уничтожила свою деревню, — сказал старик. — Что появился некий мечник, что совершил невозможное и обучил тебя драться, а ты убила всех остальных.

Злость буквально разъедала меня изнутри. Так вот как они все провернули? Скинули все обвинения на меня. И ведь всем было известно, что дети в той деревне довольно необычные. Никто не будет сомневаться в честности слов дозорных.

— Это… это…

— Но я им не верю, — сказал старик и улыбнулся. — Я был как-то раз в вашей деревне, и вы помогли мне, не взяв с меня ни белли. Думаю, ты не такая, как о тебе говорят.

— Спасибо, — сказала я. Мне стало так легко от того, что кто-то не верит этим дозорным. Слезы радости и грусти вновь полились по моим щекам.

— М-да… — закряхтел старик, явно смущаясь увиденным. — Ну и дела. Ладно… чего уж там. Можешь пока остаться у меня. Как только звать тебя?

Я уже открыла рот, чтобы произнести свое имя, но тут поняла, что не помню его. Имя, мое имя! Оно такое простое и всегда ликующе отзывалось в моем сердце. Как меня зовут?

— Я не помню! — сказала я, понимая, что случилось невозможное и ужасное.
 



Зозо Кат

Отредактировано: 10.10.2018

Добавить в библиотеку


Пожаловаться